Алерния. Королевства

«Нет, тут точно без вранья поведано», – решила Вика.
– Можешь прочитать, – заметив интерес попаданки к записанному Утой, предложил старший дознаватель. – Они рассказали обо всём.
– Кто стоит за этим покушением? – проявила нетерпение герцогиня, пока Вика принялась читать каллиграфически красивые буквы Уты.
– Герцогиня Еворния, Гленская волчица, – невозмутимо сказал Вускар. – Это она их направила сюда.
Урания от неожиданности чуть не задохнулась.
– Да как она могла! – вскрикнула герцогиня. – Вика, ты ведь её сыну жизнь спасла! И после этого…
– Госпожа, – остановила её Вика, быстро пробежав глазами показания наёмных убийц. – Не спеши делать выводы.
Судя по тому, что поведали допрашиваемые во время пыток, их действительно наняла сюзерен Викиного любимого Дебора за целых пятьсот лир – сумма для здешних реалий просто несусветная, пусть и выделенная на двоих – для того, чтобы те дождались возвращения из Милонега магини Тень и во время торжественной встречи выпустили по ней арбалетные болты, а затем скрылись в суматохе, которую поднимут специально нанятые помощники.
Вроде бы всё ясно и понятно, вот только эти показания прочитала попаданка из другого мира, и всё ей показалось глупым и сшитым белыми нитками.
Ну, во-первых, она и в самом деле не видела на месте никакой группы прикрытия, во-вторых, уже все, кому нужно и не нужно, знали, что с повелительницей Ордена присутствует сильнейшая магиня-целительница. И, даже не ведая о Викином «Динамическом Щите», рассчитывать на то, что в присутствии Эрны удастся убить Тень, было явной глупостью. А про Гленскую волчицу рассказывали много плохого, часто, как понимала Вика, несправедливо, но глупой её никто ни разу не называл.
– Кто из этих придурков более осведомлён? – спросила попаданка.
– Вот этот, – старший дознаватель показал на того, кому выжгли глаз.
Один из палачей воспринял жест Вускара как приказ привести в чувство поникшего убийцу, и, вытащив из очага раскалённую добела кочергу, прижёг его ею в районе паха.
К вою убийцы, к запаху крови, дерьма и мочи добавился сладковатый запах жареной человечины, знакомый Вике не только из памяти Неллы, но и своими личными ощущениями во время сжигания преступников на казнях. Она сама хоть старалась на жутких мероприятиях не присутствовать, но от смрада во Вьеже не всегда спрячешься.
– Прекрати! – Она зло посмотрела на палача, но наткнулась на совершенно равнодушный взгляд животного, а не человека. – Без моих команд ничего не делать.
Прижжённый кочергой продолжал корчиться и выть:
– Клянусь! Я сказал правду! Нас герцогиня наняла! Пожалуйста! Не надо! Я всё рассказал!
Из-за тупого палача пришлось ждать, пока одноглазый будет в состоянии понимать, о чём его спрашивают.
Наконец он немного поутих.
– Скажи, – Вика, как бы ей ни противны были запахи, исходящие от убийц, всё же подошла поближе. – А что, герцогиня Еворния тебе или твоему дружку лично задачу ставила? Ты сам видел её? Вот так, как сейчас смотришь на меня, только двумя глазами?
Почему такой простой вопрос не пришёл в голову главному дознавателю герцогской канцелярии, Вика не понимала. Видимо, тут слишком надеялись на возможности пыток и предпочитали лишний раз не напрягать мозги.
Попаданке с трудом верилось, что такая элементарная по меркам её родного мира подстава здесь вполне могла сработать. Однако в очередной раз убедилась, что сложные интриги здесь пока не в чести.
Она недолго мучила своих неудачливых убийц вопросами.
– Дурачков подставили, – констатировала Вика, заметив, что и до Урании с дознавателями это дошло. – Так что они нам ещё пригодятся, чтобы опознать того, якобы гленского, баронета Хонкова. Надо их перетащить в камеру верхнего яруса. Я попрошу уважаемую Эрну их исцелить.
 
Глава 3
 
Сырой воздух подземелья, когда она с герцогиней вышла из допросной к подножию лестницы, показался Вике восхитительным. Действительно, всё познаётся в сравнении. Это Урания привычна к пыточным – герцогиня провела в них много времени, когда выясняла у заговорщиков все обстоятельства убийства своего отца и покушения на неё саму. А вот Вика, хотя и старалась держаться подобающе, и у неё это даже вроде бы получилось, не без помощи магии исцеления, чувствовала себя отвратительно.
 
Вроде бы и истязаемые были убийцами, намеревавшимися за деньги лишить её жизни, и скоро Эрна сильно поправит им здоровье – глаз, конечно, не восстановит, но обезболит точно, – а всё равно на душе было гадко.
Насколько власть и могущество способны превратить её в кровожадное чудовище, совершенно равнодушное к чужим страданиям?
– Интересно, кто такой коварный, что придумал настроить тебя против Еворнии? – Герцогиня всё ещё была под впечатлением вскрытого попаданкой обмана. – Это же надо до такого додуматься!
И в раннем европейском средневековье ставшие известными интриги были редкостью, да и исполнялись они в тогдашних политических центрах – Риме, Париже или Кордове. А в основном максимум до чего додумывались в те времена всякие заговорщики – Вика однажды об этом читала – это зазвать жертву к себе в гости, напоить и убить. На таком фоне даже заговор старшего виконта Дамана выглядел чуть ли не гениальным.
– Узнаем, сестра. Кто, зачем, почему. Кстати, в твоём хозяйстве пытались огульно обвинить в измене претора Алгиса Вара – ты не знаешь такого – и его помощника Нойрана Фолина. Они сейчас у меня. Надо с них сегодня же снять все подозрения. Сделаешь?
– Я действительно не знаю этих людей, но если ты говоришь, что они не предатели, то уверена, так и есть. Ты хочешь их вернуть ко мне на службу?
– Нет уж, Урания. Что упало, то пропало. Это теперь мои личные помощники, у тебя и без них чинуш хватает, как по мне, так даже с чрезмерным излишком. Просто я думаю им поручить расследование этого дельца, и нужно, чтобы Алгис с Нойраном могли без опаски приезжать во Вьеж и вообще передвигаться по всему твоему герцогству.
– Они же орденцы, Вика. Им и так последние королевские фирманы позволяют беспрепятственно…
– Урания, им не нужно будет выпячивать свою принадлежность к Ордену. Понимаешь?
На вершине лестницы свою герцогиню и её знаменитую гостью дожидались гвардейские десятники, один из которых сбежал к ним навстречу, чтобы взять у герцогини фонарь.
– Понимаю теперь. Я пришлю секретаря, чтобы записал их данные. Уф-ф, добрались. Меня всегда утомляют эти длинные подъёмы, – пожаловалась Урания. – Завтракаете со мной, всей компанией. Возражения не принимаются.
Вика восстановила здоровье своей владетельной сестры по Ордену и покивала.
– С удовольствием. Только сначала вновь в мыльню. Мне кажется, я вся дерьмом провоняла.
– Фи, как грубо, моя могущественная подруга, – засмеялась Урания.
– Ах да, прости, – спохватилась Вика. – Я же забыла, что благородные девушки не какают, а значит, и слово «дерьмо» не ведают.
Уши идущих впереди них по полуподвальному коридору гвардейцев покраснели. Урания же согнулась от смеха. Хотя что такого было сказано? Или у неё тоже не всё на душе гладко после допроса? Попаданка хотела было отругать себя, но потом подумала: «Какого чёрта? У меня стресс. Имею право побыть немного хамоватой».
После завтрака Вика дождалась Эрну, пока та исцеляла горе-убийц, и вместе с ней спустилась к парадному крыльцу дворца, перед которым их дожидалась герцогская карета с эскортом гвардейцев во главе с красавчиком-капитаном Алеком.
– Бедная моя задница, – прокомментировала попаданка очередную поездку в карете по вьежским мостовым. – Но статус есть статус, куда деваться. Алек, – позвала она своего магистра воинов. – Сегодня твой предпоследний день, когда ты носишь это прекрасное гвардейское сюрко. С Уранией я уже договорилась, ты с завтрашнего вечера в отставке. Поплывёшь со мной на Акулий Зуб.
Алек так обрадовался, что еле сдержал крик восторга. Он хотел что-то сказать, но Вика, к огорчению Эрны, приказала Юнте опустить занавески на окошках кареты, что послужило сигналом к началу движения.