Заклиная Печати. Тлеющие миры (СИ)
Видэ засмеялся с чувством.
— Ничего личного. Издержки профессии.
— Похищать чужие тела?
— Похищать тела посланников. Желательно ступенью повыше. Надолго хватает. Тебя хватит чуть ли не на всю жизнь.
— Я не продаюсь.
— Конечно, нет. Когда тебя уже оприходывал мой коллега. Аннен всегда находит самородков первым. И как ему это удаётся? — жалостливо цокнул языков Видэ, что оказался вторым. — Чтобы получить такое тело…
— Ему ещё долго придётся ждать. — перебил Страждующего я.
Киви на плече рыкнула и прежде, чем я смог её удержать, прыгнула на белого человека.
Белый человек. Всегда называю так Страждующих из-за их вечного отличия цвета. На Земле их одежда становится белой, на Синерис — чёрной, а во сне их униформа навеки серая.
— Киви, нет! — испугался за подругу я.
Видэ с лёгкостью поймал белиала двумя пальцами, зажал, словно в тисках, так что Киви зарычала ещё больше и кинулась кусать его пальцы.
— Что, малышка, вырасти не получается? — вежливо полюбопытствовал Видэ, глядя на потуги Киви подрасти. Но она лишь тряслась всем телом. Магия Страждующего впечатляла. Странным сверкающим маревом, словно сами звёзды спустились с неба, магия вилась вокруг богомолихи, не давая ей использовать свои силы. Он мог раздавить её пальцами в любой момент, но пока этого не сделал.
— Отдай её. — тут же потребовал я, шагнув к Страждующему в попытке отбить Киви, когда Видэ вытянул руку.
Я даже не успел увидеть, как он коснулся моей груди ладонью и я застыл, не в силах даже вдохнуть.
— Кажется, тебе пора вздремнуть. — сказал Видэ.
Я почти вскрикнул сквозь сжатые зубы «Нееет!». Видэ рассмеялся, уловив мой испуганный настрой. Он так и не открыл глаз. Прекрасно справлялся без них.
— Ну раз уж ты настаиваешь ещё немножко подышать, тогда так уж и быть, скажу в чём дело. Мне нужна саламандра грядущих. Но я не чувствую её в тебе. Где она?
Я снова мог дышать и говорить, но не проронил ни слова.
— Джейк, не заставляй меня лезть тебе в голову. — устало выдавил Видэ, как будто моя компания утомляла его больше, чем само моё существование.
— Не заставляй меня рассказывать твоему собрату по существу, что ты трогал его сосуд. — пригрозил в ответ я.
— Только попробуй. — недовольно кинул Видэ.
— Ты его боишься. Я знаю. Ведь я тоже боюсь его. Даже не представляю, что с тобой будет, когда Аннен узнает, что ты со мной сделал. Я слышу твои поверхностные мысли. Если ты выкинешь меня из тела сейчас и займёшь моё место, Аннен тем более узнает. Тогда тебе крупно влетит. Вряд ли удастся сбежать, ведь вы обитает в одном измерении. И насколько я знаю, Аннен держит бразды правления у себя в руках. Он верховное существо, в отличие от тебя.
— Тебе от меня тем более влетит, ведь после смерти ты окажешься в лимбе. Я вижу это по метке на твоей душе. — сказал Видэ. — Аннен постарался на славу обезопасить свой сосуд.
— Какие владения, такой и хозяин. — огрызнулся я.
Он отпустил меня, расплывшись в улыбке, но я так и не смог двинуться с места.
— Ладно. Пока я отступлю. Но это ненадолго, обещаю. — озорно улыбался он во все тридцать два зуба. И наконец надумал покинуть чужое тело.
— Только попробуй тронуть Киви… — начал было я.
— Держи свою мантиссу. — перебил Видэ, кинул в меня задыхающуюся от возмущения и от визга богомолиху и неспеша зашагал в сторону входных ворот лечебницы.
Как я не тужился, а не мог сдвинуться с места вот уже десять минут, как и Киви. Очередная вспышка молнии и перед лицом возникла тень. Я бы вздрогнул, будь хоть на миллиметр подвижным. Женская, миниатюрная тень девочки вытянулась ввысь и провела ледяными, точно смерть, пальцами по моей щеке. Пространство запело вокруг, когда её губы произнесли моё имя «Джеээээйк».
Моё сердце забилось так сильно, что готово было выскочить из груди и без потуг демонов прикончить меня побыстрее. Только один человек… а теперь уже мертвец ТАК ласково, так нежно тянет гласные моего имени. Она умерла много лет назад, а после я запечатал её в треугольнике со стенами из чистого света при битве в Саргассовом море.
В голове то и дело сквозили мысли. Нет, она не могла выбраться. Маки не могла найти лазейку сквозь печать треканты, одну из высших печатей во всей истории. Но сейчас она тенью стояла предо мной, а я тонул в обломках. Ноги погружались всё глубже, а Маки стояла лаская меня, гладила по голове, наблюдая с влюблёнными глазами, как хоронит меня в руинах. Я ушёл под землю с головой.
И тут же вынырнул, стоило только открыть глаза. Что это было? Гадать не было времени. Я нервно вскочил на ноги и собрался к машине. Теперь ещё нужно проверить бермудский треугольник на наличие печати треканта. Она не могла выбраться. Я лично заклинал печать в трио одиннадцатых.
Но только я спустился с горки бетона, как боль пронзила плечо ледяными иглами. Казалось, хуже прикосновения тени уже ничего не может быть. Но меня настигло это неприятное открытие, когда мне прострелили плечо, попав в старую незажившую рану.
«Моё крыло!» — кричал я в уме.
Я обернулся с возмущением в глазах:
— Ауч! — картинно заметил я, зажав рану рукой. Ладонь слегка засветилась, что было хорошо заметно в ночи.
Затем убрал руку. Ранение от пули заросло, а вот от тёмной стали — нет. Наградил на память один Шестой в Саргассовом море. Именно тогда умерла Трина, закрыв меня собой.
— Ты стрелял в меня? В меня? — моему разочарованию не было предела. Эмоции голосили лучше моего языка. Так и доверяй друзьям.
— Ты преступник. У нас есть доказательства. И гора трупов. Я лично просмотрел видеозаписи ещё раз. Да и твоё досье тоже. Ты убил этих людей, но зачем, Янг? — держал меня на прицеле Заревич.
— Как официально. Больше не «приятель Джейк»? — сатирически подчеркнул я и задумался: — Видеозаписи? Значит мне показали не всё. Ожидаемо.
— Ты арестован! Руки за голову и повернись, иначе я за себя не ручаюсь. Я знаю, что у тебя паранойя, тревожное и бредовое расстройства, пограничное и нарциссическое расстройство личности, приступы неконтролируемой агрессии и много всего в это духе. Я бы продолжил да горло саднит от твоего послужного списка. Одним словом, ты просто кладезь всех психических болезней. Теперь понятно, откуда ты мнишь себя защитником Божьим. Я с самого начала заподозрил неладное.
«Правде никогда не верят» — подумал я и вздохнул.
— Не думал, что до этого дойдёт. — я осторожно вытянул ладонь с еле заметным белесым сиянием вокруг к полицейскому другу. Его пистолет разобрался по частям. У того глаза расширились от шока. — Я тебе говорил, я посланник. Не удивляйся так магии, она не кусочек моей больной фантазии. Это жизнь, Тимофей. Может и ты однажды станешь посланником, кто знает, а? Может и ты однажды заболеешь этим? — с энтузиазмом сказал я.
Постучал по плечу полицейского, заметив, как скривилось лицо Тимофея от боли. Теперь мы квиты. Он поранил мне плечо, я его тоже немножко задел. И пошёл на выход.
За секунду Заревич развернулся, решив ухватить меня со спины. Я уловил это движение, громкий звук шагов, несмотря на стук дождя. И мгновенно развернулся. Перехватил его руку и скрутил, прижав Тимофея лицом к земле.
— Отныне мы не друзья. И я не приду на выручку за твоей шкурой, потому что когда я уйду отсюда, эти Твари кинутся на тебя, как на десерт. Они презирают меня, но бояться. Потому что знают, против меня им не выстоять и секунды. А ты лишь человек… как и я. Все мы люди, а значит должны держаться вместе.
— Говорит мне убийца. — хмыкнул Заревич.
— Думаешь, я смог бы убить всех этих людей? Да меня бы в считанные секунды лишили сил. С неба всё видно. Я поклялся защищать Второй мир, но прекрасно знаю, что не все достойны жизни. Судьба даёт нам второй шанс, чтобы что-то изменить. Это как у нас, у посланников. Им может стать любой человек с чистым сердцем и помыслами сделать этот мир лучше. Как сделать мир лучше? Любопытный вопрос. Каждый смотрит на это по-разному. Кто-то готов бросаться в огонь, жертвуя собой дабы спасти жизнь другого. А кто-то убивает и себя и других, думая, что мёртвая вечность сделает их могущественными. Вечность бывает разной. И низ лучше не выбирать. Сам погляди на тех костлявых и скажи, хотел бы ты стать ходячим скелетом, обтянутым кожей? — я кивнул на Витца вдалике с пятью остальными демонами четвёртого отдела.