Сирень (ЛП)

— Угу, — пренебрежительно передразнил Лорен. Последовало недолгое молчание, а затем: — Если ты представляешь свою голую бабушку, я бы не советовал этого делать. Она вроде как горячая штучка.
Мои глаза распахнулись, и я обнаружил, что Лорен наблюдает за мной:
— О чем ты говоришь?
— Брэкстон. Ты хочешь ее трахнуть.
Ксавьер нашел нас сидящими на лестнице, хотя всего в нескольких футах от нас были пустые диваны. Мы прятались.
— По последним подсчетам, у меня было двое детей. Почему вы трое заставляете меня чувствовать себя так, словно у меня их пятеро?
— Расслабься, папаша, — ответил Лорен. — Мы в некотором роде профи. Ничего особенного.
— Ваша гитаристка — нет, — отрезал Ксавьер, указывая на Брэкстон. Она прекратила поиски и теперь изображала интерес к своему телефону, в то время как ее друзья задавали нашей занятой команде миллион вопросов. — Она понятия не имеет, с чем столкнулась.
Лорен пожал плечами, прежде чем откинуться назад и опереться локтем на ступеньку выше:
— Это не наша проблема.
— А когда люди, которые заплатили за то, чтобы увидеть ваше выступление, начнут требовать свои деньги обратно? Тащите свои задницы туда и убедитесь, что она не спасует, — покачав головой, Ксавьер выругался еще раз, прежде чем умчаться, чтобы наорать на кого-нибудь другого. Вот почему мы платим ему большие деньги — чтобы он беспокоился обо всем вместо нас.
Брэкстон устремилась к сцене, а ее друзья сгрудились вокруг нее в поисках поддержки. Вздохнув, я провел рукой по лицу. Чего, черт возьми, Ксавье ожидал от нас? Солгать и сказать ей, что все будет хорошо? Мы внесли свой вклад и научили ее нашей музыке. Остальное зависело от нее, и если она все еще не была готова, то никогда и не будет.
Чувствуя себя так, словно действую на автопилоте, я все равно поднялся на ноги, прежде чем поближе. Подойдя ближе, я увидел, как дрожат ее плечи.
— Эй, — Брэкстон обернулась на звук моего голоса, ее карие глаза стали круглее и ярче, чем когда-либо. Она была похожа на чертов водоворот, затягивающий меня и поглощающий целиком. — Готова?
Я уже мог прочесть ложь по ее губам, но потом она удивила меня, когда ее плечи поникли, и правда выплеснулась наружу.
— Честно? Не уверена, — съежившись, она выглядела готовой взять свои слова обратно и заверить меня, что сможет это сделать.
Я знал, что она сможет, но, очевидно, она так не думала.
— Прекрати.
Я не знал, что бы я сделал, если бы она солгала мне. Мои руки нашли ее плечи, и крепко сжали их. Все начиналось как невинный жест, но теперь я был слишком искушен. Тем не менее, я заставил свои руки оставаться там, где они были. У меня было не так уж много поводов прикоснуться к ней.
— Никто не вручил тебе этот момент на блюдечке, Фаун. Ты сама добралась сюда. Ты показала нам, из чего ты сделана, и мы решили, что хотим еще. И они тоже захотят, — заверил я ее, имея в виду толпу, выкрикивающую наше имя. — И ты тоже.
Как будто я делал это миллион раз, мои руки обхватили ее за талию. Между ее топом и брюками была полоска обнаженной кожи, которая горячо горела под моими руками. Мой большой палец рассеянно погладил нежную кожу возле ее пупка, и даже если бы я захотел остановиться, я не смог бы.
— Ты хочешь этого, Брэкс. Я знаю, что ты этого хочешь, — было сомнительно, имел ли я в виду ее новообретенную карьеру или себя. — Забудь, как ты сюда попала. Все, что имеет значение — почему ты осталась.
Как только эти слова слетели с моих губ, я задался вопросом, в чем же была эта причина. Черт возьми, мы точно ничего такого не делали. Брэкстон не была мотивирована деньгами или славой. Что-то еще придавало ее глазам такой решительный вид.
— Остальное — просто шум, — добавил Лорен, приближаясь. Я отвлекся от своих мыслей, когда Брэкстон перевела взгляд. — Ты его не слышишь.
Выпрямившись, она кивнула Лорену, а затем улыбнулась Рику. Когда она подняла на меня глаза, Брэкстон больше не выглядела неуверенной. Мне не хотелось признавать, что это со мной делало.
— Отлично! Брэкстон замотивирована, — вставила ее подруга-блондинка с большим ртом. Вздохнув, я заставил себя встретиться с ней взглядом. Как там ее звали? Гретхен? — Но ты пытался подбодрить мою лучшую подругу или пощупать ее? Я в замешательстве, — чтобы подчеркнуть свою точку зрения, подруга Брэкстон пристально посмотрела на мои руки, все еще сжимающие талию Брэкстон. Даже мой большой палец все еще поглаживал ее туда-сюда.
 
Блядь.
Я сделал шаг назад, как ребенок, которого только что поймали на воровстве из банки с печеньем. Лорен высокомерно вздернул подбородок, хотя в его глазах вспыхнула ревность. Он был самодоволен, потому что был прав.
Я хотел трахнуть Брэкстон.
Гнев Лорена был вызван тем, что он верил, что его детское заявление удержит меня от действий. Рик же просто выглядел смирившимся с тем, что в любой момент может разнимать драку между нами.
— Пойдемте.
Мой приказ разрядил напряжение, и все переключили внимание. Билеты на тур были распроданы, и прямо сейчас все они ждали. Нам больше не нужна была реклама.
Вступительный акт закончился, и сразу же технический персонал начал подготавливаться к нам. Кто-то вручил мне микрофон, Лорену — бас-гитару, Рику — барабанные палочки, а Брэкстон — наушники, поскольку она была бэк-вокалисткой в дополнение к исполнению соло и ритма. Меня сбивало с толку, что кто-то мог задаваться вопросом, почему я так сильно наседал на нее.
Когда Брэкстон проверила свою настройку гитары и гарнитуры, несмотря на то, что мы доверяли нашей команде, я поймал свою улыбку прежде, чем она успела соскользнуть.
Она не была безалаберна. Стоит отдать ей должное.
Закрыв глаза, я глубоко вдохнул, развеивая свои мысли по ветру. Не имело значения, сколько раз я выходил на сцену. Каждый раз мне казалось, что это в первый раз. А с новым участником это вообще было похоже, будто я только что выбрался из подвала своей бабушки.
Апокалиптический фон, который мы выбрали для нашей сцены, замаячил впереди, когда в зале погас свет, и крики восемнадцати тысяч человек приветствовали Брэкстон, Лорена и Джерико. Я держался в стороне, как и было отрепетировано, и, ожидая сигнала от Джерико, внимательно наблюдал за Брэкстон. Никто и никогда бы не догадался, что она раньше не делала этого миллион раз.
Внутри, я знал, что с Брэкстон никогда и ничего не бывает так просто. Тонкие намеки, которые она подавала, были очевидны только тому, кто наблюдал за ней слишком внимательно и слишком часто. Прямо сейчас она избегала смотреть на толпу. Это было к лучшему, так как хитрость представлять их в нижнем белье была притворством.
Джерико не стал дожидаться, пока стихнут крики, прежде чем начать бить по барабанам. Он был моим хронометристом, точно указывая мне, когда начинать и как заканчивать. Весь гнев, который он держал внутри, отчаянно желая быть хорошим парнем, он всегда выплескивал наружу, когда выходил на сцену. Схватив микрофон, я закрыл глаза и позволил фундаменту, который он заложил, стать моим атласом. Лорен плавно перешел на бас, а Брэкстон… она взорвала мой гребаный мозг. Через тридцать секунд, как только ритм был задан, я вышел из тени и поднял микрофон:
Как мне заглушить этот шепот
Как смотреть на того, кем я стал
Кастрирован по твоим прихотям
Я тону в своем желание
Сбит с пути красивой ложью
Ты забрала мои кровь, пот и слезы
Заперла в стенах, построенных мной
Ты наполнила мои реки яростью
Я так устал кормить своих врагов
Я оцепенел, наблюдая, как они растут
Почему я продолжаю преклоняться
Никто не держит меня внизу
Забирая все хорошее
Ты не оставила мне ничего, кроме ненависти
Ты хочешь все, что у меня есть
Теперь смотри, как я начну революцию