Пещера Желаний (СИ)
— Этот танец я танцевала для тебя, — нежно сказала она рыбаку, — но у меня есть ещё для тебя подарок.
— Какой же? — смутившись, спросил Витмир.
Русалка вместо ответа приблизилась к нему и поцеловала в щёку. У юноши перехватило дыхание. Он заглянул в красивые глаза девушки. Их синева отражала мерцание звёзд.
— Я никогда не получал столь прекрасный подарок, — с трудом проговорил он.
— Хочешь ли ты, Витмир Лавк, прогуляться со мной по водной глади?
— Я был бы счастлив от такой прогулки!
— Тогда сойди с берега и ступай по этим большим листьям.
Витмир неуверенно сделал первый шаг, опустив ногу на лист гигантской кувшинки.
— А он выдержит меня, этот лист? — забеспокоился рыбак.
— Смелее, — подбадривала его Лилия, — ступай! Ты сегодня был так смел, спасая своего товарища, что же ты сейчас боишься?
— Откуда ты знаешь, что я кого-то спас? — удивился юноша.
— Об этом знают уже все на Болотах. Ведь болотные жители наблюдают за людьми. Они приносят вести моему отцу, болотному царю, а заодно и всем остальным.
— Я не ожидал, что стану такой известной персоной.
Лилия взяла его за руку и повела за собой, уверенно шагая по листьям. Витмир, освоившись, не отставал от неё. Так они дошли до середины залива и уселись прямо на большие листья. Русалка и молодой рыбак сперва молчали, но потом разговорились. Витмир увлечённо рассказывал ей о своей стране, о городе Эриусе, о королевском дворце. Он поведал ей о традициях своего народа, о своём знаменитом предке, Этире Лавке, и о том, как он ускользнул от гарпигов в степи Отчаяния. Русалка заворожённо слушала своего спасителя, и глаза её блестели неземной красотой.
— Ах, как бы мне хотелось побывать в твоих родных краях, в этих городах и дворцах, — печально вздохнула она, когда Витмир замолчал.
Юноша взглянул на неё и увидел, как по её щеке скатилась, блестя, слезинка.
— К сожалению, ты не сможешь путешествовать по суше, — ответил он, — иначе я бы показал тебе нашу великую страну Эресвен.
Был предрассветный час, когда Витмир вспомнил о времени.
— Мне пора в лагерь, — сказал он. — После завтрака я заступаю на пост возле снасти, буду сигнальным. А ночью, должно быть, назначат меня часовым.
— Как жаль, что наша прогулка закончилась, — вздохнула Лилия. — А следующей ночью я смогу тебя увидеть?
— Думаю, да, — ответил юноша. — Когда меня сменит следующий часовой, я не пойду спать, а вновь приду сюда.
— Я буду ждать тебя, Витмир Лавк, — с нежностью в голосе ответила русалка.
Молодой рыбак встал и направился к берегу.
— До встречи, дочь Болот, — попрощался юноша и, помахав ей рукой, скрылся в зарослях.
Первые лучи солнца пробивались сквозь колючие ели, когда Витмир оказался в лагере.
— Где ты был? — удивился часовой.
— Да так… прогуливался.
Часовой лишь пожал плечами. После завтрака Витмир вместе со своим двоюродным братом заступил на дежурство в шлюпке. Настал их черёд быть сигнальными.
Вода недвижно стояла в тихой заводи. Шлюпка, скрытая тростником, была не видна с берега. После бессонной ночи Витмир клевал носом, сидя на шлюпочной скамье. Рамус Лавк задумчиво смотрел то на брата, то на тёмную болотную воду. Через какое-то время Витмир открыл глаза и, зевая, потянулся.
— Я, кажется, вздремнул чуток, — сказал он.
— Не чуток, — возразил ему Рамус. — Дежурство наше уже почти подошло к концу, а ты всё спишь. Что ты делал ночью, Витмир?
— Это не твоё дело, — насупился рыбак.
— Я починил нашу снасть… — продолжил неприятный для Витмира разговор Рамус. — Ты, случайно, не знаешь, кто её разрезал?
— Ничего я не знаю! — огрызнулся Витмир. — Чего ты ко мне пристал?
— Тебя не было ночью в лагере, брат, — не унимался его напарник.
— А ты откуда знаешь? Следишь, что ли, за мной?
— Тут и следить нечего, — откликнулся Рамус. — Два шатра у нас всего. И ни в одном тебя не было! А сейчас ты дрыхнешь, потому что ночью не спал.
— Послушай, — раздражённо промолвил Витмир, — у нас не военное положение и не военный лагерь. Так что я не нарушил никакие правила, уйдя на ночь в лес.
Рамус, поняв, что из родственника слова не вытянешь, решился на шантаж.
— Если ты мне расскажешь, где ты был, я, честное слово, никому не расскажу про порезанную сеть, — заявил он.
— Я вижу, ты не отцепишься от меня, пока не узнаешь правду, — обречённо вздохнул юноша.
— Не-а! — протянул Рамус и приготовился слушать увлекательную историю.
— Ладно, — согласился Витмир, — расскажу тебе всё. Только другим, чур, ни слова!
Рамус энергично закивал головой в знак согласия.
— В прошлое моё дежурство в наши сети кое-кто попался, — начал свою рассказ рыбак, — только это был не щукоящер…
— А кто же?
— Русалка.
— Русалка! — потрясённо воскликнул Рамус. — Да ты шутишь!
— Нет, не шучу. Вот слушай.
Юноша рассказал своему родственнику все подробности тех событий, которые произошли с ним на Болотах за последние сутки. Рамус слушал раскрыв рот. Когда повествование было окончено, он спросил:
— И этой ночью ты вновь пойдёшь на свидание с водяной девой?
— Да, — мечтательно произнёс Витмир. — Насилу я дожидаюсь, когда на мир опустится тьма и я снова смогу увидеть прелестное создание.
— А это не опасно? — встревожился Рамус. — Не утопит она тебя, как некогда русалка утопила Эрана? Помнишь, Краснослов рассказывал?
— Нет! Что ты! — возмутился рыбак. — Лилия вовсе не коварная, а очень милая и добрая.
На берегу послышался шелест травы, это пришли на смену братьям следующие сигнальные. Подплыв к берегу, молодые люди передали им дежурство и ушли в лагерь.
Весь день Витмир провёл в томительном ожидании ночи. Юноша мечтательно вздыхал, вспоминая свою прекрасную знакомую. Рыбак насилу дождался сумерек. Он честно выполнял свои обязанности часового, пока не пришла смена. Витмир, как и намеревался, не пошёл спать в шатёр, а молча покинул лагерь. Его влекло к тому заливу, где он провёл прошлую ночь. Пробираясь уже знакомой дорогой, юноша увидел мерцающий огонёк. Сердце его отчаянно забилось, руки задрожали от волнения, а в груди разлилась неведомая доселе сладость и теплота. Витмир сам себе удивлялся. Что это с ним? Таких волнений душа его ещё не знала.
Подойдя к воде, он смело вступил на гигантский лист кувшинки. Лилия ждала его, сидя в центре залива. Увидев молодого человека, она встрепенулась.
— Приветствую тебя, Витмир Лавк, — мелодично прожурчала она.
Витмиру показалось, что голос её взволнован.
— Здравствуй, прекрасная дочь Болот, — ответил он.
Они смущённо замолчали. А потом, когда волнение в сердцах улеглось, вновь повели тихую беседу обо всём на свете. Ночь пролетела стремительно. Витмир удивился, увидев рассвет.
— Как же коротка ночь! — с досадой воскликнул он. — Наступающий день снова сулит мне разлуку с тобой.
— Да, — подтвердила девушка, — пора вновь расставаться.
— Будешь ли ты меня ждать здесь и следующей ночью? — с волнением спросил Витмир.
— Буду, — тихо сказала она.
— Тогда я благословляю ночь! — радостно ответил он. — До встречи, прекраснейшая дева!
С этих пор виделись они каждую ночь. Между тем товарищи стали замечать перемену, произошедшую с отважным рыбаком. Витмир стал задумчив, постоянно что-то бормотал себе под нос, улыбался не к месту. Однажды юноша подошёл к предводителю и заявил:
— Саир, я знаю, что нам надо уплывать в Охотничью пристань, нас должна здесь сменить вторая группа смельчаков. Так вот. Я никуда не поплыву! Оставь меня здесь. Я продолжу охоту на Болотах.
Саир Мак так и обалдел от такой наглости. Никогда прежде Витмир не был так решителен и требователен. Однако, умудрённый годами, он догадался, что с юношей что-то происходит, что-то творится в его душе, в его сердце.
— Не могу понять, что с ним случилось? — признался позже Саир Краснослову.
— Да тут всё ясно как день, — ответил Марус.