Пещера Желаний (СИ)
— Вы всё-таки не оставляете ни малейшего шанса благоразумию управлять вашей жизнью. Предпочитаете, чтобы ею управлял хаос чувств и эмоций.
— Ты загадочно изъясняешься, — с набитым ртом промямлил Грахт. — Что ты хочешь этим сказать?
— Посмотри на их глупые улыбки, — хохотнул князь. — Они же признались друг другу в любви!
— Да! — восторженно сказал Марус. — Я сделал Элине предложение. И она согласилась стать моей женой!
Грахт и Витмир чуть не подавились, услышав такие новости. Они радостно затараторили, обнимая и поздравляя друзей. Ранарт поднялся на ноги и, прищурив жёлтые глаза, посмотрел на Элину, потом улыбнулся и проговорил:
— Я счастлив, что ваши сердца теперь бьются в унисон. И хотя я всегда высказывался против подобных глупостей, тем не менее я за вас искренне рад. Поздравляю! Надеюсь, что мы все переживём битву, а потом закатим пирушку по случаю свадебного торжества!
— Ура! Жених и невеста! Жених и невеста! — заорали Витмир и Грахт и запрыгали вокруг счастливой парочки.
— А сейчас, друзья, вынужден спустить вас с небес на землю, — серьёзным голосом промолвил Ранарт. — Нам предстоит сражение. Давайте обсудим всё. Грахт, позови начальника стражи.
Через некоторое время рыжий обертлуг вернулся в сопровождении рослого крылата, облачённого в кольчугу.
— Вы звали меня, ваше величество? — отчеканил он, глядя на Элину.
— Ну, вообще-то, звал тебя я, — проворчал Ранарт, — но, разумеется, с позволения королевы Элины. Скажи, вернулись ли гонцы и с какими новостями.
— Значит, так, — начал свой доклад начальник стражи, который временно взял руководство военными сборами на себя, — принц Элор подоспеет сюда к ночи. Обертлуги будут здесь завтра утром.
— Кстати, ты не представился, — заметил князь.
— Простите великодушно, — проговорил крылат. — Меня зовут Лакнор, поступил на службу вскоре после того, как Злана заняла престол.
— Ясно. Доложи обстановку, — потребовал Ранарт.
— Сборы происходят стремительно. Жители Золотых Садов давно тревожились за судьбу нашей страны. Раньше их останавливало бездействие Зланы, но теперь, когда новая королева заявила о намерении дать отпор ордам Варкана, все возликовали. И стар и млад спешат облачиться в кольчуги.
— Отлично! — обрадовался Ранарт. — Прикажите войскам строиться на поле на северном берегу Илавура.
Лакнор вопросительно взглянул на Элину, немного удивляясь, что обертлуг взял на себя полномочия давать распоряжения.
— Слушайте Ранарта Рахта, — ответила на его немой вопрос королева. — До прибытия принца Элора я назначаю вулквонского князя главным военачальником.
— Слушаюсь, ваше величество! — протараторил крылат и поспешил выполнять приказ.
— Помнится, ваше величество, вы угрожали мне тем, что ваша страна прекратит всякие отношения с Вулквонсом, — ехидно улыбнувшись, промолвил Ранарт. — Теперь же вы назначаете меня военачальником.
— Ранарт, ты опять начинаешь вредничать, — смеясь, укорила обертлуга Элина.
— Вредность — моя вторая натура, — усмехнулся князь.
— Неправда, — не согласилась с ним королева. — Это просто маска, за которой скрывается ранимая и мечтательная личность.
— Ты серьёзно, Элина? — удивился Ранарт. — Обо мне так ещё никто не говорил.
— Просто пока тебе не встретился тот, кто разгадал бы суть твоей души, — добавила крылатка.
Между тем снаружи стали доноситься голоса и лязг оружия. Друзья поспешили выйти на улицу. Они увидели, как воинские отряды крылатов маршируют в сторону назначенного места сбора. Воины приветствовали свою королеву, Элина почтительно им отвечала.
— К вечеру мы соберём на поле многотысячное войско, — доложил, запыхаясь, подбежавший Лакнор.
— Вот и славно! — обрадовался Грахт. — Не пора ли и нам облачиться в доспехи?
— Пора, — согласился Ранарт. — Лакнор, распорядись на этот счёт.
— Слушаюсь! — с готовностью ответил начальник стражи.
Вскоре небольшой отряд крылатов приблизился к друзьям и преподнёс им оружие и облачение. Элине подали серебряную кольчугу со знаком королевского отличия — эмблемой Золотых Садов. На кольчуге красовалось изображение короны с распростёртыми по обе её стороны крыльями. Такая же эмблема украшала посеребрённый шлем. Сзади кольчуга имела отверстия для крыльев. Из оружия Элина взяла большой лук со стрелами, а на поясе закрепила меч и кинжал, подаренный накануне Ранартом. Марус и Витмир также облачились в кольчуги и надели на головы шлемы. Мечи у них и так были. Да и вулквонские кинжалы тоже. Обертлуги не стали надевать кольчуги из тех соображений, что в такой броне им будет труднее перевоплощаться в волков. Но шлемы они надели. На поясе у Ранарта грозно сверкали ножны волшебного меча.
— Надеюсь, Жало Справедливости на этот раз достигнет своей цели, — проговорил князь. — Я вгоню его в самое сердце Варкана Гартари!
Облачившись, друзья отправились к месту сбора войск. Лакнор распорядился, чтобы королеву и её приближённых сопровождал отряд воинов.
Вечерело. Низко опустившееся солнце слало на землю косые лучи, которые отражались на шлемах и кольчугах. Посреди поля был высокий холм, который Ранарт предложил использовать в качестве наблюдательного пункта. Все нашли эту идею здравой. Когда они поднялись на холм, то увидели, как многочисленно войско крылатов, а ведь сборы начались совсем недавно! Значит, крылатый народ не потерял свою боеспособность, несмотря на старания изменницы Зланы. Пока друзья восторгались военной мощью Золотых Садов, Марус подозвал Ранарта и прошептал:
— Послушай, Ранарт, ты знаешь Элину. Знаешь, как она упряма. Но всё же убеди её не принимать участия в сражении.
— Это будет весьма непросто, — засомневался обертлуг.
— А ты попытайся, — настаивал эресвенец. — Нельзя допустить, чтобы она погибла в первом же бою! Вообще нельзя допустить, чтобы она погибла!
— Ты ослеплён любовью, — произнёс князь. — Будешь всё время следить за тем, чтобы твоя возлюбленная была в безопасности, забыв о своём собственном благополучии.
— Пусть так! — горячо воскликнул Краснослов. — Пусть я погибну, лишь бы она осталась жива.
— Ох, опять эти сопли, — раздражённо пробубнил обертлуг. — Но так и быть, попробую её уговорить.
Он подошёл к королеве и заявил:
— Элина! Я, как временный военачальник твоей страны, категорически против твоего участия в битве.
— Я не намерена отсиживаться, пока гибнут мои люди! — возмутилась крылатка.
— Им будет только хуже, если погибнешь ты, — настаивал на своём Ранарт. — Лучше сиди здесь и наблюдай за ходом сражения.
— Князь прав, ваше величество, — сказал оказавшийся рядом Лакнор. — Воины надеются, что уберегут свою королеву.
— Многочисленные отряды крылаток, вооружённых луками, будут нападать на врагов с воздуха, им нужна предводительница, — пояснила Элина. — Кто, как не королева, подаст пример мужества? Я буду сражаться!
— Ничего не меняется в твоей голове! — вспылил Ранарт. — Хотя нет, меняется! Как только ты надела корону, ты стала ещё упрямее!
— Кто бы говорил! — напыжилась Элина. — Я буду сражаться, и это окончательное моё слово!
— Вижу, тебя не переубедить, — вздохнул устало князь. — По крайней мере, я пытался…
— Лучше взгляни на наше войско, и в тебе сразу проснётся надежда, — посоветовала Элина.
И в самом деле, армия, собранная в столь короткие сроки, поражала своей многочисленностью. Присутствующие на поле воспрянули духом. Они уже предвкушали победу. Воины распевали военные песни, Лакнор и Грахт рассуждали о том, как могут дальше разворачиваться события. Их предположения были самыми радужными. Вдруг один из присутствующих на холме стражей воскликнул:
— Глядите! Глядите! Там, на западе!
— Что? Что? — заволновались друзья.
— Факелы! Многочисленные огни! — последовал ответ.
— Это приближается вражеское войско, — сказал Ранарт.
— Как же их много, — с досадой заметил Марус.
Поле замерцало оранжевыми огоньками. Их было так много, что они казались огненным морем или извержением вулкана, пустившего по своим склонам раскалённую лаву. Предвкушение победы сменилось чувством обречённости. В темноте вспыхивало всё больше факелов. Нехорошее предчувствие холодом сковало ряды крылатов. Послышался встревоженный шёпот. Тревога поселилась в сердцах. Воины молча наблюдали за приближением зловещих огней.