Опередить дьявола

Дамьен кивнул.
— Вчерашний угон, с девочкой. — Последнее слово он произнес с акцентом, выдававшим в нем уроженца Южного Лондона. Или Юго-Восточного, то есть из родных мест самого Кэффри. — Это было в новостях.
— Марта Брэдли, — вставила Симона. — Видимо, вы ее не нашли.
Кэффри слегка склонил голову в ее сторону.
— Пока нет. И мы не знаем, связано ли это как-то с вашими двумя случаями. Если вы не против, я бы хотел по возможности проследить эту связь.
Он включил МР3-плеер и повернул его микрофоном к гостям.
— Дамьен. Может, вы начнете?
Дамьен закатал рукава. Он чувствовал себя не совсем уютно в полицейском участке рядом с классной телкой, но вовсе не собирался этого показывать.
— Ладно. Это случилось несколько лет назад.
— Две тысячи шестой.
— Точно. Алише тогда было всего шесть.
— Тернер вам сказал? Мы хотели бы с ней поговорить в удобное для вас время.
— Задачка не из легких. Я два года ее не видел. Кэффри поднял брови.
— Ее нет. Укатила на родину. Вместе со своей слюнявой мамашей, этой водосточной канавой. Пардон. — Тут он устроил маленький спектакль: разгладил на груди рубашку и прижал ладони с оттопыренными мизинцами к лацканам, а голову откинул назад. — Милль пардон. Я хотел сказать, что моя дочь уехала из страны. Подозреваю, что на Ямайку. Вместе со своей болтливой мамашей.
— Вы разошлись?
— Самый правильный шаг в моей жизни.
— А вы это Тернеру… — Кэффри развернулся на стуле, словно ожидая увидеть того на пороге с блокнотом и ручкой наготове. И снова повернулся к гостю. — Ладно, я сам ему скажу, если вы сообщите телефон своей бывшей…
— Не знаю. Понятия не имею, где они сейчас. Лорна «ищет себя». — Он пальцами изобразил в воздухе кавычки. — В компании с дурковатым типом по кличке Принц. «Прокат катеров». — Он склонил голову набок и выдал фразу с залихватским акцентом и коверканием слов, вероятно, рассчитывая произвести впечатление на Симону: — Пыказвает тюристам крыкадилов. Я понятно выражаюсь?
— У нее там семья? — спросил Кэффри.
— Нет. Желаю ей удачи. Передайте ей, если найдете, пусть пришлет карточку моей дочки.
— О’кей, об этом после. А сейчас давайте вернемся в две тысячи шестой. К тем событиям.
Дамьен сделал пальцами у висков замысловатые кренделя, как бы давая понять, что он до сих пор не врубился.
— Та еще история. Да и времечко тоже, скажу я вам. Кто-то залез в нашу квартиру, тогда всех нас здорово тряхануло, мы не находили общего языка, понимаете, к тому же на работе нелады. В общем, и так дела швах, а тут еще это. Короче, мы на автостоянке…
— Перед кинотеатром.
— Перед «Ипподромом», ага, только приехали. Эта стерва уже вышла и, как обычно, красит морду рядом с машиной. Дочка сидит сзади, я отключаю навигацию, и вдруг, откуда ни возьмись, этот тип с пушкой. Видно, у меня был шок, так-то мне палец в рот не клади, я такой. А тут какой-то ступор. Не успел оглянуться, как уже лежу на асфальте. Ничего так? — Он продемонстрировал одну руку, сначала Симоне, потом детективу. — Сломал мне кисть, идиот.
— Он увел машину?
— Прямо из-под носа. Я же умный, правильно? Но и он малый не промах. Я только успел варежку раскрыть. Но далеко он не уехал. Девчонка моя на заднем сиденье подняла такой крик, что у него сыграло очко.
— В деле сказано, что он проехал всего полмили.
— Ага, мимо университета.
— И остановился?
— На обочине. Лопнул колесный бандаж, а где, спрашивается, взять новенький опорный подшипник? Ему ничего не оставалось. — Дамьен махнул вдаль. — Сделал ноги.
— Бросив Алишу?
— Ну. Она у нас молодец. Смышленая. Соображает. — Он постучал себя пальцем по голове. — Повела себя так, будто ничего особенного не случилось. Вокруг уже собралась толпа, а она вылезает из машины: — Ну, чего смотрите? Полицию кто-нибудь будет вызывать?
Симона улыбнулась.
— Умная девочка.
Дамьен кивнул, улыбаясь ей в ответ.
— Не то слово.
— А вы автомобиль рядом не заметили?
— Автомобиль? Там их столько было. Это ж парковка.
— Синий «воксхолл».
 
— «Воксхолл».
Он вопросительно посмотрел на Симону, но та лишь пожала плечами и покачала головой. Кэффри отметил про себя этот бессловесный обмен мнениями, означавший, что они, в отличие от него, убеждены, что их машины угнал один и тот же человек. Даже не зная подробностей эпизода с Розой Брэдли, они, кажется, не сговариваясь, решили, что и Марту увез он. Но Кэффри обязан оставаться непредвзятым. На первый взгляд в тех давних показаниях Дамьена и Симоны было много общего: угонщик действовал быстро и грубо, внешний вид тоже совпадал. Лыжная маска (не Санта Клаус), черная куртка и низко опущенные джинсы с петлями и завязками. Скорее всего, дизайнерские, показала тогда Симона. Но вид у него был такой, будто он собрался не машину угонять, а покорять Эверест. Роза Брэдли показала, что угонщик был в джинсах с кармашками и завязочками. Но Кэффри хорошо знал, что подобные косвенные улики еще ничего не доказывают.
— Дамьен? Так что насчет синего «воксхолл»?
— Четыре с лишним года прошло. Увы. Ничего не могу сказать.
— Симона?
— Там было очень много машин. Извините, не помню.
Кэффри чуть развернул МР3-плеер, чтобы микрофон был обращен к ней.
— Дело было в Брутоне? Родители привозили детей в школу?
Она кивнула и подалась вперед, не сводя глаз с плеера. Одну руку она положила на плечо. Вторая соскользнула к бедру.
— Верно. Не знаю, насколько вы в курсе, Клио тогда было девять лет. Сейчас ей десять. Прошло два часа, прежде чем мне сообщили, что она в безопасности. — Она послала Дамьену грустную улыбку. — Худшие два часа в моей жизни.
У Дамьена отвисла челюсть.
— Два часа? — воскликнул он. — Я и не знал. Понятия не имел.
— Об этом была заметка в местной газете, но дальше этого не пошло. Наверно, когда ребенок возвращается живой и здоровый, никто особенно не распространяется. К тому же в это самое время пропала жена футболиста. Мисти Китсон. И к нам интерес пропал.
— Миссис Блант? — поспешил ее прервать детектив, не давая ей уйти в сторону. У него были свои интересы. — Кто был в машине в то утро?
— Только я и Клио.
— А ваш муж?
— Нил был на совещании. Он член комитета «Гражданский совет». Дает рекомендации по детской опеке. Боюсь, что в нашей семье на хлеб зарабатываю я. Суровая борьба за существование. За презренный металл.
«У вас это неплохо получается, — подумал Кэффри. — Клио учится в брутонской Королевской школе, а на это кое-кто должен был раскошелиться».
— Это случилось перед школой?
— Не совсем. На улице, за углом. Я остановилась что-то купить по дороге в школу. И вот я иду обратно к машине, и вдруг… он. Из ниоткуда. Бежит.
— Он что-нибудь сказал? Вы запомнили?
— Да. Он сказал: «На землю, сука».
Кэффри перестал писать и посмотрел на нее.
— Простите?
— Он сказал: «На землю, сука».
— Тот тип, что увел нашу машину, говорил примерно то же самое, — вставил Дамьен. — Мне сказал: «На землю, дерьмо». А жену назвал «сукой» и велел ей уносить задницу.
— Почему вы спросили? — поинтересовалась Симона. — Это важно?
— Не знаю. — Кэффри выдержал ее взгляд. Те же слова угонщик во Фроме сказал Розе. У детектива в мозгу началась какая-то работа. Он прокашлялся и, опустив глаза, написал в блокноте «Речь» с вопросительным знаком. И обвел кружком. Он послал гостям уверенную улыбку, те же сохраняли серьезное выражение лиц.
— Если это тот же парень, — заговорила Симона, — то не слишком ли много совпадений? Три разных машины, и во всех маленькие девочки. Я хочу сказать… — тут она понизила голос, — вам не кажется, что он за девочками охотился, а не за машинами? И что тогда, по-вашему, он мог сделать с Мартой?
Кэффри сделал вид, что не услышал. Его улыбка стала еще шире, словно должна была передать этим двоим его абсолютную уверенность в том, что все-все будет прекрасно. Как чудо-торт, увенчанный вишенкой.