Забирая ее (СИ)
Мы ехали долго. Казалось, обогнули город два раза. Словно он не знал куда вести. Или пытался собраться с мыслями? Стала ли для него наша встреча неожиданностью? Судя по его напряжению и внимательному взгляду в лобовое — Заур сам в растерянности.
Я не выдержала первой. Спустя минут двадцать волнительной езды, спросила его.
— Куда ты меня везешь?
В ответ лишь короткий взгляд в зеркало заднего вида. Его черные глаза пылали злостью. Стоило мне взглянуть в них, я погибла. Все чувства, все, что так тщательно прятала все это время — вернулось. В груди снова появилась огромная черная дыра. И она причиняла невероятную боль.
Спустя несколько минут он остановился. Дверь машина открылась, и его крепкие руки снова схватили меня.
— Здравствуй, моя jamela, — шепотом, со злостью. А я глаз от него оторвать не могу. Изменился как. Похудел, черты лица словно из камня высечены. Скулы заострились, под глазами синяки небольшие, и взгляд его — голодный, ожесточенный, злой. Он другой. Я чувствовала это. В прежнем Зауре были крохи человечности, а этот…
Заур будто мои мысли читает. Их ход его злит. Он хватает меня и тащит за собой.
Мы за городом, в поселке. Дом в два этажа, выглядит достаточно презентабельно. Пока мы поднимаемся по ступенькам крыльца, я думаю о том, что у Заура в каждом городе по дому. Это перестало меня удивлять.
Как только мы заходим внутрь, он наконец-то выпускает меня. Мне становится холодно, и снова страх сковывает каждую клетку организма. Дурочка! Увидела его, и снова слабину дала. После всего, что было, разве есть у нас шанс?
Заур поворачивается. Скидывает с себя пиджак, а я отмечаю, что он здорово на нем смотрелся. Хотя, о чем я? Этот мужчина даже в рваных тряпках будет горячим как ад.
Он наступает на меня. Мне вдруг становится зябко. Я пячусь, отходя в просторную гостиную.
— Ты же понимаешь, что это должно было произойти, Самира… — он идет ко мне. Шаг за шагом, сокращая между нами расстояние. И я знаю — если подпушу к себе, все будет кончено. Я не смогу сопротивляться, не смогу поступить правильно. То, что сейчас творится внутри меня — так громко, так сильно.
— Ты изменился, — срывается шепот.
Красивые губы кривятся в улыбке. Он смеется, ни на секунду не отпуская с меня взгляда. И в его глазах нет и капли нежности или любви. В них нет ничего от моего Заура. Заура, которого я нарисовала себя когда-то. Заура, по которому до сих пор стонет мое сердце.
Когда между нами остаются считанные сантиметры, Заур останавливается. Он больше не смеется. Его лицо вдруг становится жестким, свирепым. Губы сжаты в тонкую линию, скулы напряжены.
Он тянется ко мне, и смотрит так, словно что-то чувствует. Будто ему больно, и в то же время он люто ненавидит меня.
— Раздевайся, — жестким, грубым тоном. Замираю, не смею даже вдохнуть. Потому что знаю — он не отступиться. И нет в нем любви. Одна жажда мести. Впрочем как и всегда.
— Нет, — дрожащим голосом.
Я не позволю ему снова сломать себя. Смотрю на него сквозь пелену слез. Он делает шаг, и теперь я полностью в его власти. Я чувствую его — каждый сантиметр его твердого тела. Заур разводит мои ноги своим бедром, упирается в меня. От его близости голова идет кругом.
Если я поддамся ему — все будет сломано. Моя налаженная жизнь будет испорчена. Он снова станет истязать меня.
— Не надо, пожалуйста, — выдыхаю еле слышно, и в этот момент его пальцы касаются моих губ. Мне больно. Больно от желания дотронуться до него. От желания обнять, коснуться его губ, отдаться ему. Может я дура, может я конченая идиотка, но сейчас, стоя в его руках, столько месяцев спустя, я чувствовала себя предательницей. Из-за Димы, из-за того что сбежала. Сколько раз я мучилась в сомнениях, сколько раз перемалывала все, что произошло с нами, и думала о том, что, возможно, должна была дать нам шанс. Заур сложный, с ним не будет простого «долго и счастливо». С таким как Зу не бывает тихой размеренной жизни. Он как болезнь, как наваждение. Мне казалось, что я вылечилась. Столько времени прошло. Но сейчас, дрожа от его касаний, вдыхая его запах и сходя от него с ума, я понимаю, что это неправда. Я также как и раньше больна. Неизлечимо больна им.
Глава 6
Со стороны улицы вдруг раздается громкий сигнал автомобиля. Я не могла видеть, кто это, но почувствовала. Дима. Сердце забилось в тревоге и наваждение от встречи с Зауром схлынуло, оставляя после себя горький вкус сожаления и чувства вины.
— Я с другим, я выхожу замуж, Заур, — шепчу, когда его губы касаются моей кожи. Он вздрагивает, я чувствую это. Но его руки все еще трогают меня, стягивая с плеч лиф платья.
— Мне пох*й. Ничего этого не будет, — возле самых губ рычание. Его близость сводит с ума, мне так сложно бороться!
— Отпусти ее!!! — раздается громкий, истошный крик Димы. И он будто ушат ледяной воды.
Я резко толкаю его в грудь. Не ожидающий сопротивления, Заур отступает буквально на шаг. Но этого достаточно, чтобы вырваться из его хватки и отбежать в сторону.
— Заур, пожалуйста, отпусти. Все давно уже кончено. Я с ним…
Он молчит. Возвышаясь скалой, смотрит на меня с примесью гнева и презрения.
— Этот ублюдок даже слова не сказал, когда я забрал тебя. И ты променяла меня на него?
Он провоцирует меня. Знаю, что бы сейчас ни сказала, это не подействует. Зауру плевать на мои мысли и чувства. Для него всегда имело значение только то, чего хочет он.
За окном снова раздается крик. И он режет мои нервы. Дима тарабанит в ворота. Мне страшно за него. Шестаков понятия не имеет, в чье логово пришел.
— Он здесь. Он приехал за мной, потому что любит. И я его люблю. Отпусти нас, Заур. У тебя ведь есть она, — я не помню ее имени. Той, что была на вечере с нами за столиком. Я пытаюсь говорить тихим, размеренным голосом, опасаясь любой из вспышек.
— Она не имеет значения. Также как и он.
Он снова наступает на меня. Я пячусь назад, упираясь спиной в подоконник окна. Слышу за окнами мужские голоса и звуки борьбы. Ручные псы Заура пытаются заставить Диму уехать. Мне страшно за него, но сейчас я ничего не могу сделать.
— Где ребенок?! — раздается будоражащий кровь рокот. Я не могу думать ни о чем, кроме Шестакова. Я слышу, как его бьют. Я слышу, как ему кричат, чтобы он уехал, но Димка упрямо отказывается.
Я знаю, что не должна давать слабину. Мне больно, но все, что я могу сделать — увезти отсюда Диму.
Он нависает надо мной. Уперев в стену руки, смотрит мне в глаза с ненавистью. Заур наклоняется, так, что между нами миллиметры расстояния. Я вижу его так близко, каждую крапинку его карих глаз, каждую ресницу. Замечаю новый шрам над правой бровью, и это делает мне больно. Каждое слово, каждое его движение — это чертов ад.
— Ты была беременна! — кричит так громко, что мне хочется сжаться в комок. Закрыть ладонями уши, рыдать от страха. Но я продолжаю стоять и смотреть на него.
— Нет, — выдыхаю и замираю в ужасе.
Он замирает. Прожигает меня глазами.
— Ты была беременна, когда убегала от меня.
Произнося это, он кривится. Так, будто ему больно. И это уже слишком.
— Я не была беременна, Заур!
Он резко подскакивает ко мне. Я испуганно кричу, когда он бьет рукой в стену, чуть выше моей головы.
— Врешь!!!!
Прикрываю лицо руками, всхлипываю. Мне так страшно! Он пугает меня.
— Не вру! — рыдаю.
Заур отталкивает мои руки от лица, больно схватив за подбородок. Сжимает его так, словно удавить хочет.
— Врач мне сказал, что ты беременна, — произносит тихо, на распев.
— Значит, он ошибся! Я не была беременна никогда!
Замирает, шокированный моими словами. А спустя секунду вдруг выпускает меня. Заур поворачивается ко мне спиной, и стоит так, опустив плечи. В одно мгновение он меняется. Только что был агрессивным, свирепым монстром. А сейчас уставший, потерянный. Словно тяжкий груз лежит на его плечах. Зу косится на меня. Обхватив ладонями голову, стискивает ее.