Тайны пустоты (СИ)

– Мы находились всего лишь на стадии предварительно знакомства, нечего и обсуждать, – глядя в сторону, сухо ответил Стейз.
– Вот как? – Психотерапевт нахмурился и потарабанил пальцами по столу. – Простите ещё раз, но откуда у вас такая информация?
– Таша сама мне сказала.
Откинувшись в кресле, знаток психологии крепко задумался, потёр ладонью подбородок, пробормотал себе под нос нечто вроде: «А мне так не показалось», и наконец изрёк:
– Таша из закрытого мира, не принадлежащего Альянсу. На её родине под выражением «предварительное знакомство» могут подразумевать нечто иное, чем у наурианцев. В сборнике исторических очерков я как-то наткнулся на рассказ о крупной общине, в которой знакомство мужчины и женщины считалось предварительным, несерьёзным и временным вплоть до рождения у них третьего ребёнка. – Тут Стейз поперхнулся чаем и во избежание непоправимых последствий поспешил выбросить из головы видение Таши, окружённой тремя их детишками. Его собеседник невозмутимо продолжил: – Вам следует выяснить подробности вашего "предварительного знакомства".
– Каким образом их выяснить? – задумался Стейз. – Я могу получить разрешение Военного стратега на проникновение в информационную среду её закрытого мира и взламывание их баз данных для выяснения брачных обычаев, но о наших с ней личных договорённостях так ничего не узнаешь.
Психотерапевт широко ухмыльнулся, с загадочным видом огляделся по сторонам и таинственно прошептал:
– Скажу вам по большому секрету, Стейз: люди изобрели уникальный и гениальный способ прояснять подобные недопонимания! И даже базы взламывать нет необходимости!
– Что за способ? – насторожился стратег, чувствуя большой подвох.
– Люди изобрели устную речь и научились беседовать между собой! И я отнюдь не шучу: способность людей к диалогу – величайшее достижение человеческих цивилизаций. Любые отношения требуют общения, и особенно необходимо разговаривать с человеком как раз в тех случаях, когда очень трудно сделать это.
Стейз счёл, что «очень трудно» – не эквивалентная замена определения «совершенно невозможно». Он лишался дара связных мыслей не только при виде её личика – его сводил с ума запах Таши, навевающий фантазии, неимоверно похожие на реальность. Ему мерещилось, он не просто на физическом уровне вспоминает прикосновение её горячих губ и обвивающих его нежных рук, а ощущает их! Каждый вдох, сделанный вблизи неё, заливал томительным чувством запредельного наслаждения и наполнял голову фантасмагорическими видениями переплетённых тел. Он не готов поверить в несерьёзность их знакомства, иначе откуда бы взялись такие несвойственные ему горячечные фантазии? А если огненная страсть заместила собой угасшие эмоции, то те должны были иметь мощность тысячи звёзд! Нет, что-то не сходилось у Стейза в алгебре чувств «несерьёзных отношений без обязательств», а он с детства привык верить в непогрешимость математики.
.
Родители, которых он навестил вечером и с которыми поделился возникшими у него сомнениями, выразились более определённо, чем психотерапевт.
– Что за чушь про «предварительное знакомство»? – вздёрнула брови мать. – Никто из вас не запрашивал биографические данные партнёра, не наводил справки о состоянии его здоровья, данных ДНК, физиологический совместимости, образовании и возможности адаптировать друг к другу ваши рабочие графики. Ни один из пунктов обычного для наурианцев предварительного знакомства не был вами пройдён. Зато вы проводили вместе всё свое свободное время, летали друг к другу за миллионы парсек и начали знакомство с родителями: у нас успели побывать, а твой запрос на посещение закрытого мира был одобрен уже после вашего исчезновения. К слову, во время визита к нам Таша смотрела на тебя так, будто ты единственный мужчина во Вселенной, что, мягко выражаясь, не характерно для стадии традиционного предварительного знакомства. В связи с чем не могу не поинтересоваться: ты не забыл о её втором уникальном таланте – искусстве лгать? Не думаешь, что как раз это умение она использовала в разговоре с тобой? – Мать сделала паузу, но не удержалась-таки от продолжения: – Если бы ты выбрал девушку из моего списка, то сейчас не ломал бы голову, лгала ли она тебе и каков уровень твоих обязательств перед ней.
 
– Из-за твоего нестандартного поведения мы не можем сказать, какие были между вами договорённости и были ли они вообще, – подхватил отец, – а Таша действительно могла скрыть от тебя правду об этом. Зачем? Этого знать не могу, но кто мешает тебе спросить прямо?
«Не кто, а что: безумная страсть, – думал Стейз, ворочаясь всю ночь без сна и изнывая от желания оказаться рядом с той, что никак не желала покинуть его мысли. – Такие разговоры не ведут в людных местах, а если я окажусь наедине с ней за закрытыми дверями, то подвергну её риску нападения одичавшего сладострастного варвара. К медикам заглянуть за препаратами, блокирующими туманящее сознание первобытное влечение?»
Его едко кололи недавние воспоминания. Вот на собрании Таша насмешливо говорит, что ему надо просто пожелать её увидеть. Едва ли она догадывалась, насколько это не просто: пожелать всего лишь увидеть! Когда она растворилась в чёрной мгле и не появлялась, пока он тщетно пытался отыскать дорогу к ней, Стейзу захотелось залить пустоту гневом и заставить беспросветную мглу отдать ему Ташу.
К сожалению, никакое желание не могло вернуть ему утраченное, не могло вернуть даже память о том, каково это – чувствовать яркие эмоции. Потом Таша возвратилась сама, недоумённо сообщив, что она-то никогда и не теряла связь с ним, а ждала, что и он сможет эту связь ощутить. В тот момент Стейз порадовался, что ментальная проекция не так подвержена страстному влечению, как физическое тело, и он способен сдержать порыв зацеловать девушку до полусмерти, выплёскивая скопившееся напряжение. И логика в кои-то веки не ушла в подполье в присутствии Таши, выдвинув гипотезу, что её чувства к нему отнюдь не остыли.
«В пустоте, где нет ничего материального, только эмоции дают настоящую силу». – Он наизусть помнил эту аксиому новой теории пустоты. И логика подсказывала: раз Таша способна отыскать только его из всех нуль-физиков, значит, к нему она относится более эмоционально, чем к другим. Если она солгала об их прежнем уровне близости... Предварительное знакомство не даёт мужчине никаких прав на девушку, но вдруг их связывали более интимные отношения и обещания верности и совместного будущего? Они же тогда оговаривали условие, что выгорание эмоций не станет для них препятствием? Это условие оговаривают все наурианцы, если судьба сводит их с представителями других рас.
– Поговори с ней по-человечески! – следующим утром выдвинул ультиматум Оррин, будто сговорившись с психотерапевтами и родителями. – Мне больно видеть, как вы украдкой поглядываете друг на друга и ходите, как в воду опущенные. Ты мужчина – тебе и делать первый шаг, и мне плевать, какие психологические загвоздки мешают тебе его сделать! В домике на Земле, в котором вы жили, все стены были увешаны твоими портретами и толстая папка была битком набита ими же: синенькая такая папка, я видел, как бережно она докладывала туда рисунки, снятые со стен. Ведать не ведаю, что именно вы обещали друг другу, но образ того, кто безразличен, не изображают с такой откровенной любовью.
Стейз помнил путь к жилому блоку Таши, но даже если бы забыл – его б вывел к нему внезапно проснувшийся звериный инстинкт, генерирующий способность отыскать свою женщину где угодно в материальном пространстве. Крок подтвердил, что он стоит перед дверью космоэколога Натальи Грибнёвой, и Стейз коснулся символа колокольчика на панели вызова. Дверь тут же растворилась, стратег, стиснув зубы, шагнул через порог – и никого не увидел. Прошёл в гостиную, позвал Ташу – никто не откликнулся.
– Космоэколог Наталья Грибнёва в своём жилом помещении в данный момент времени отсутствует, – произнёс искусственный интеллект, отчего-то решивший, что Стейз нуждается в подтверждении очевидного.