Тайны пустоты (СИ)

– За что загрызёшь? – с недоумением спросил правящий оленями коренастый мужчина в колоритном наряде народов севера, похожим на те, что Таша видела на Ямале и Таймыре. Голос мужчины показался знакомым, и когда он повернул к ней широкое, покрытое морщинами лицо, она потрясённо воскликнула:
– Хадко!!!
– Мы встречались раньше? – Ненец пригладил покрытые инеем седые усы, прищурил узкие глаза. Таша растерялась, не зная, что ответить, и старый охотник заговорил сам: – Шаман сказал, блуждающая душа вернулась и ей требуется помощь. До сих пор «блуждающей душой» он называл только мою подругу, я думал, к ней во весь опор несусь.
– Правильно думал, я и есть она, Таша Грибнёва. Внешность у меня изменилась, но могу ещё один твой портрет нарисовать – не отличишь от прежнего, – прохрипела Таша. Горло сдавило, на глазах выступили слёзы: она дома, на Земле, среди друзей. Спутник Хадко, перехвативший у него вожжи, с любопытством глянул на неё и сосредоточился на дороге, а знакомый ненец всем корпусом развернулся к ней, усевшись на санях боком и внимательно рассматривая её яркими тёмными глазами. – Хадко, мой друг сильно обгорел, его в больницу надо срочно доставить!
– С такими страшенными глазами и клыками, как у волка? Ты видела, как он рычит?! А я видел, когда в нарты его перекладывал, на меня даже раненый медведь такого страху не нагонял! Хорошо, что парень быстро отключился, а то я с перепуга и выронить его бы мог. Насчёт больницы ты глупость придумала: его оттуда сразу в специальное заведение заберут – на опыты! Ты, правда, Таша?
– Ага. А ты летом медведя бурого подстрелил, подвид, занесённый в Красную книгу края.
– Да больной был тот медведь!!! И давно пора их из книги твоей вычеркнуть: совсем уж обнаглели косолапые, в «Норильском вестнике» писали, что медведь опять украл еду у туристов! Пока они костер разводили, он их рюкзак с запасами и умыкнул. Без всякого стеснения расположился поблизости и, не обращая внимания на крики, слопал всю вяленую рыбу, хлеб и мясо. Поигрался с консервными банками, разбросал их по всему склону и утопал восвояси, а потом вопли со всех сторон: почему охотники не отстреливают опасных хищников?! А как их отстреляешь, коли в твою книгу все записаны?
– Хадко, с медведями и опытами потом разберёмся, Стейзу врач нужен!
– Так сын нашего шамана четверть века военным хирургом служил, на пенсии только в родное село вернулся. Теперь в нашем посёлке должность медицинскую занимает, приём ведёт в медпункте. У него и приборы там разные имеются, современные, недавно по какому-то проекту завезённые. И он свой, никому твоего чудика не выдаст. Парень хоть человек?
– Почти.
– Другой подвид, как ты выражаешься?
– Угадал. Далеко ещё до доктора?
– Не-а, вон за той полосой деревьев мой посёлок, неужели не признала?
– Зимой всё иначе выглядит.
– До зимы ещё не дожили, конец октября на дворе, полярная ночь ещё не началась. Да и будь сейчас разгар января, ты бы после лежания в сугробе не скоро языком шевелить смогла б.
Сани летели, старый охотник рассуждал о том, насколько и впрямь лето от зимы отличается, в том числе – в вопросах охотничьего ремесла. По следу зимой-то идти сподручнее, но зверь издалека охотника примечает, попробуй-ка к нему бесшумно и незаметно подкрасться! Засада надёжнее, да мороз не даёт долго в схроне сидеть.
– Хадко, откуда шаман узнал, что я вернулась? – перебила старика Таша.
– Духи ему сообщили, – так обыденно ответил ненец, что сразу стало кристально ясно: расспросы бесполезны, он уже выдал максимально подробный и всё объясняющий ответ. Он и ей поверил безоговорочно, потому что шаман её «блуждающей душой» назвал. – Ты сама-то человек или тоже теперь малость того?
– Человек, я изменилась не слишком кардинально, – вздохнула Таша. – Хадко, если этот мужчина умрёт, плохо придётся всем, на всех планетах бескрайней вселенной!
– И тебе? – проницательно спросил старый охотник.
– Я люблю его. Очень. Но Стейз важен не только для меня, он – Первый стратег содружества галактик!
 
– Ничего, сын шамана и не таких лечил, за время службы у Хеймале несколько генералов под ножом лежало!
...
Бывший военный хирург опытным взором окинул необычный наряд нового пациента. Вскинул седые брови, обернулся к замершей у порога Таше:
– Космонавт?
– Инопланетянин, – выдохнула она. – Гуманоид, способность к регенерации выше, чем у нас, сопротивляемость вирусам – тоже. Физической силы больше, чем у среднестатистического человека, и он может выпускать не только клыки, но и плазменные лучи из рук за счёт встроенных имплантов.
– Он сможет разгромить операционную, если очнётся?
– Легко, – подтвердила Таша. – К несчастью, плазменные шнуры управляются мысленно, так что просто обездвижить его недостаточно, надо как следует усыпить на время вашей работы. К сожалению, я не знаю, какая доза наркоза ему требуется и какое вещество он хорошо перенесёт. Остаётся надеяться, в его организм генетически и технологически заложен большой запас прочности: в его мире у всех людей имеется множество полезных медицинских внедрений.
– Встань у его головы и смотри ему в лицо. Если наркоз и обезболивающие подведут и он очнётся – разговаривай с ним и успокаивай его.
Молясь всем богам, чтобы Стейз не пришёл в себя, пока обрабатывают его ожоги, и боясь представить, какую он испытает боль, если очнётся, Таша замерла у изголовья операционного стола. Она сознательно не поворачивалась, смотря только в кроваво-красное обваренное лицо. Брови и ресницы стратега обгорели полностью, веки на глазах надулись кровавыми пузырями. Волосы с головы отпали вместе со снятым шлемом, кое-где обнажив кости черепа. Человек при такой стопроцентной площади ожога тела точно бы не выжил, а сердце Стейза ещё билось, давая надежду.
– Удивительно, что руки пострадали меньше других областей, – обронил хирург.
– Они наполовину искусственные, состоят из огнеупорных материалов, – вспомнила Таша. – Вы аккуратнее там, плазменные лучи испускаются с ладоней, не активируйте их случайно.
– Однажды мне довелось оперировать солдата, у которого в бедре застряла неразорвавшаяся часть снаряда. Если бы она рванула во время той операции, я бы сейчас не пытался оживить космического пришельца. Будем надеяться, аккуратность и фортуна меня и на этот раз не подведут. Наркоз действует?
– Да. Я ощущаю чувства Стейза и если начну чувствовать отголоски его боли – сразу скажу вам и мы увеличим дозу вводимого внутривенно препарата.
– Что ж, все найденные в теле искусственные включения я оставляю на местах, но они могли утратить функциональность из-за действия высоких температур.
– Поверьте, меньше всего меня сейчас волнует исправность его приборов! Главное, чтобы выжил!!!
– Сколько времени прошло со времени воздействия огня? Всего-то?! Да уж, скорость протекания процессов в организме очень далека от человеческой, я бы предположил, что прошло не менее семи часов.
– За семь часов я бы замёрзла насмерть, а у меня даже обморожений на кистях рук нет. Судя по всему, Хадко нашёл нас практически сразу после того, как я... ушла в транс.
– Ты находилась на морозе в той одежде, что на тебе сейчас? Тогда вас действительно нашли быстро. Ты медик? Очень уверенно говоришь об обморожениях и дозах препаратов.
– Я биолог-эколог, в экспедициях бывало всякое.
– Значит, термины «ожоговый шок» и «острая токсемия» тебе известны. При таком тяжёлом поражении отмершие ткани длительное время отравляют организм, более того – может развиться некроз конечностей и тогда придётся делать ампутацию.
– Понимаю.
– У него сильно пострадали голова и шея. Он может остаться слепым и глухим, утратить способность к речи.
– Сделайте всё, что в ваших силах, а с последующими проблемами будем разбираться по мере их поступления. И отдельная просьба – не сообщайте властям о нашем появлении, если возможно.
– Тогда я не смогу отправить пациента в больничный стационар. Впрочем, учитывая твои рассказы о плазменных лучах и бормотание Хадко о фантастических глазах и выдвигающихся клыках, соглашусь с пользой неразглашения вашего визита. Отец настроен всемерно вам помогать, так что поселитесь в домике поблизости от медпункта, куда я смогу почаще заглядывать. Если вдруг начнётся резкое ухудшение состояния мужчины – сразу прибегай или пришли кого. В посёлке все свои, все тебя поддержат, раз шаман вашу парочку под свою опеку взял, и чужакам ваших секретов не раскроют. Не принято у нас против указаний шамана идти.