Тайны пустоты (СИ)

Её голос сел, пальцы коснулись холодной преграды, защищающей чудо природы от человеческих рук. Она читала, что эти кораллы растут тысячелетиями за счёт оседающей на них космической пыли и мелких обломков других космических тел и не содержат ни единой молекулы белка. Их свечение обусловлено не биохимическими реакциями, а радиолюминесценцией, возникающей под действием жёсткого космического излучения. Таинственная красота цветов космоса своей нежной, пронзительной прелестью превосходила все иллюминации и фейерверки, когда-либо сотворённые человеком. И забурлившие в душе чувства рождали стремление и самой нести в мир только светлое и прекрасное. Дыхание перехватывало и хотелось стоять тут вечно, прижимаясь к надежному, как скала, дорогому мужчине. Действительно – идеальное место для влюблённых. Потянувшись чувствами к Стейзу, она ощутила всё то же лёгкое умиротворение и счастье, что ей, Таше, очевидно хорошо сейчас рядом с ним. Уникальное творение космоса не увеличило интенсивность эмоций наурианца, и сердца Таши коснулось сожаление.
– Ты многое знаешь о чувствах, знаешь, что они существуют и есть у других людей – тебе не обидно, что ты сам их практически лишён? – еле слышно спросила она, разворачиваясь к Стейзу и ласково проводя пальчиками по его лицу.
В ощущаемые ею эмоции вплелась ниточка искреннего веселья. На своём невозмутимом лице стратег мастерски изобразил крайнюю степень озабоченности и зашептал в ответ:
– Ты знаешь о существовании физики, о её удивительных сложных формулах, но не способна насладиться их выводом, изящностью их применения в интереснейших задачах, как другие, – тебя сильно мучает это?
Открыв рот, Таша озадаченно смотрела на своего мужчину, прежде чем поверила в невероятное: он пробует шутить! Наурианец!!! Кто там толковал, что его расе не свойственно чувство юмора?! Нагло врал тот товарищ!
– Совсем не мучает, – звонко расхохоталась Таша, – уж извинись за меня перед физикой! Эй, стратег, целоваться в общественном месте неприлично, что скажет на это мама-сенатор?! Ты рискуешь потерять официальный статус завидного жениха, свободного от всяких личных обязательств!
– Мои близкие давно в курсе, что я несвободен, а средства массовой информации публикуют только проверенные сообщения о личной жизни руководителей Альянса, сделанные от первого лица. Никакие догадки и предположения в сеть не попадают – распространение сплетен строжайше запрещено! Мало ли, какую случайную девушку я могу страстно целовать на аллее влюблённых?
– Ты и правда шутишь!
– Получается? – красиво изогнулась смоляная бровь.
– В целом да, но сразу хочу предупредить, как опытный комик начинающего юмориста: некоторые шутки бывают опасны для здоровья!
Когда Таша укладывалась спать в своём жилом блоке в башне Стратегического Центра, наслаждаться беспредельным счастьем и мечтами о Стейзе ей мешала лишь одна тревожащая мысль: коралловые рифы, увиденные сегодня, точь-в-точь совпадали с её редкими видениями в подпространственных туннелях. Хорошо это или плохо, она определиться не смогла. В конце концов, имела право на существование версия, что иногда выстроенные ею пути в пустоте выводят её к таким рифам совершенно случайным образом.
  
Глава 23. Противостояние в пустоте
 
Проходя по тюремному коридору в комнату для свиданий, Таша отнюдь не чувствовала себя победительницей в противостоянии со стариком-авгуром. Несмотря на уничтоженные колонии гигантских вирусов, очищенные от плотоядных водорослей водоёмы и практически стёртую с лица зельданских городов популяцию саблезубых котов. Несмотря на выданную ей медаль, признание иномирных коллег и благодарность живого Элиса. Несмотря на исправно работающие туннели и светящие звёзды. Решение Стейза о постановке на контроль целого десятка стабильных светил встретило резкую критику со стороны Верховного стратега, но было поддержано всеми физиками, астро-физиками и нуль-физиками Альянса, вынудив Верховного и Галактический Совет временно согласиться с принятыми мерами. Когда Таша спросила, почему учёное сообщество тратит огромные силы и средства из-за, казалось бы, пустых суеверий, Стейз хмуро ответил:
 
– Суеверия ни при чём. Да, процессы в звёздах идут в соответствии с их возрастной нормой, но настораживают мелочи... Сущие мелочи, но их много, а динамика их накопления вызывает тревогу у всех специалистов.
Ощущение, что они все сидят на пороховой бочке, мешало Таше с триумфом заявить авгуру, что его предсказания не оправдались. На этот раз не Брилс пригласил её наведаться в тюрьму, а она узнавала, согласен ли он на её визит. В ответ ей передали записку:
«Приходи, девочка. Судя по твоему хмурому виду на церемонии награждения, ты понимаешь, что выиграла лишь несколько битв, но не войну. Приятно убедиться, что ты умней, чем казалась».
Старик-авгур ожидал её на том же низком диванчике, с тем же выражением превосходства на лице. Военный стратег сообщил, что заключённый ни с кем кроме неё так и не разговаривал, даже от встреч с родственниками наотрез отказался. Старик высокомерно кивнул вошедшей в дверь Таше и произнёс с неприятной ухмылкой:
– Должен отметить оригинальность придуманных тобой решений экологических проблем. Само собой, все они вернутся с утроенной силой, но сами идеи заслуживают похвалы за нетривиальность подхода и блестящее исполнение.
– Колонии вирусов уже не вернутся, – зло возразила Таша.
– Ошибаешься. Более того, будут учтены прежние ошибки, и от новых разновидностей вирусов-симбионтов вы сможете избавиться, лишь намертво заморозив всё живое на планете.
– Кем будут учтены ошибки? – напряглась Таша. Ей вспомнилось, что первоначальная разновидность саблезубых котов-мутантов не могла прогрызть защитный костюм, в отличие от разновидности нынешней...
– Это правильный вопрос и тебе следует сосредоточиться на поиске верного ответа. К сожалению, времени у тебя остаётся всё меньше и меньше. – Старик сложил руки на животе и насмешливо поцокал языком, демонстративно сочувствующе оглядывая её напряжённую фигурку. Верно оценил выразительную мимику Таши и журчаще засмеялся: – К самым сильным человеческим чувствам недаром относят чувство вины, любовь и ненависть. Ты дошла до последнего звена в этой цепочке. Умница! Как я и говорил, ценимая тобой свобода выбора – фикция, красивая сказка для наивных людей, а на самом деле все твои поступки служат целям тех, кто сумел просчитать тебя наперёд. С такими бесхитростными натурами, как вы со Стейзом, сделать это проще простого! В любой экстремальной ситуации вы пожертвуете собой, а не другими. В любом общем деле возьмёте львиную долю ответственности на себя, не перекладывая её на других и неудачные обстоятельства. Будете биться до последнего за каждое благое дело, искать выходы из любого тупика, пока способны дышать и двигаться. Словом, все ваши действия очевидны наперёд.
– О да, поступки изворотливых подлецов просчитать куда сложнее, – процедила Таша сквозь зубы.
– Совершенно верно, девочка. Например, мотивы моих действий для тебя по-прежнему являются тайной за семью печатями, – язвительно хохотнул старик. – Давай объективно оценим, что мы имеем в итоге. Я хотел, чтобы ты заслужила полное доверие Первого стратега – тебе удалось сделать это. Ты заслужила то самое глубинное доверие, что невозможно без пробуждения чувств как таковых. Я хотел, чтобы тебя и стратега связала крепчайшая нить эмоциональной связи, за которую можно дёрнуть в оба конца – так оно и вышло. Я говорил о том, что главная сила Стейза в неизменной логичности его поступков – и вот даже Верховный и Военный стратеги усомнились в здравости его решений.
– Вы говорили, в той же логике кроется его главная слабость!
– У тебя действительно хорошая память! – Авгур издевательски зааплодировал, звонко хлопая в ладоши. – Теперь могу добавить больше: эта слабость будет стоить ему жизни.
Если бы ненависть Таши к открыто глумящемуся над ней старику можно было превратить в энергию, она бы доверху запитала галактический энергоблок. Как шикарно устроились преступники Альянса, живущие среди людей, генетически не способных на жестокость и ложь, давно позабывших смысл слов «пытки» и «шантаж»! На краткий миг Таше подумалось, что она готова примерить на себя не только должность штатного убийцы мутантов, но и единственного палача людей в союзе галактик. Старик посмотрел на её трясущиеся руки, белое как мел лицо и злорадно прищурился, вкрадчиво прошептав те же прощальные слова, что и в прошлый раз в этой же тюремной комнате: