Я так больше не хочу (СИ)
Воскресенье провожу дома. А в понедельник сообщаю Захару, что начала работу над спецификацией клуба. Работать буду дома или уеду к себе. Сегодня высветилось напоминание, что я записана к парикмахеру на четверг. Искать здесь мастера не хочется, а Людмиле я доверяю уже лет восемь, у нее стригусь. Кто носит короткие стрижки, понимает, как важно это делать регулярно и желательно у одного мастера. Поэтому ближе к обеду вызываю такси и еду к клубу, чтоб забрать свою машину. Беру с собой спортивную сумку, планирую заехать в фитнес центр и посетить бассейн.
Моя машина стоит на прежнем месте. Вот только выехать со стоянки я не могу, какой-то урод заблокировал мне проезд, практически подперев мою красотку. Какой придурок вообще так паркуется? Места ведь полно. Или эта машина, как и моя, стоит здесь потому что хозяин уехать на ней не смог? Но, судя по всему, он и приехал в клуб не очень трезвым, иначе я не могу объяснить причину такой парковки. Несколько раз обхожу обе машины и понимаю, я заблокирована, при всем желании, выехать я не смогу. Смотрю на дверь клуба, возможно, охрана могла бы мне помочь, может как-то сдвинуть машину, дать мне возможность выехать? Или вызвать эвакуатор, пусть утащат ее отсюда. Ещё какое-то время решаюсь, уговариваю себя, что дальше холла не пойду, а поэтому, встретить Костю шансы ничтожно малы. А эвакуатор придется ждать и не факт, что мне повезет и за это время я не попадусь ему на глаза. Включаю режим Арины Викторовны и иду в клуб.
— Здравствуйте, — мне на встречу выходит знакомый парень.
— Здравствуй, Слава, — здороваюсь я. — Мне помощь нужна, там какой-то… Нехороший человек, заблокировал мне проезд. Хотела машину забрать, а выехать не могу. Может её откатить как-то можно?
— Хорошо, сейчас кого-нибудь из ребят позову, посмотрим, что можно сделать.
— Спасибо, я тогда на улице подожду, — мы расходимся в разные стороны. Я довольна, что скоро отсюда уеду, открываю машину, забрасываю на пассажирское сиденье сумку. Совсем о ней забыла, так и таскала на плече. Замечаю, что на коврике много песка, наклоняюсь, чтоб достать его и вытряхнуть. Время в ожидании освобождения провожу с пользой. Но стоит мне закончить и обернуться, как я уже жалею, что затеяла все это. Лучше бы эвакуатор вызвала.
14
КОСТЯ
Я звонил Арине, несколько раз, но она сбрасывала, а сообщения остались непрочитанными. Приехав в понедельник в клуб, я увидел, что ее машина по-прежнему стоит на стоянке. Недолго думая, подъезжаю к ней и блокирую выезд. Вперед ей ехать некуда, там высокий бордюр, а сзади моя машина. Ты в ловушке, Ариша, сбежать по-тихому не получится, хоть, я смотрю, ты любишь это дело. Пи*дец, я похож на психа, разговариваю с воображаемой Ариной. Прикуриваю, и какое-то время просто пялюсь на машину, словно Арина может материализоваться в ней, если долго смотреть. Да, них*я я не волшебник. Тушу бычок и иду в клуб.
Дела отвлекают, через пару часов спускаюсь в бар, прошу сделать двойной американо. Зал почти заполнен, время обеда, и офисного планктона из ближайших зданий здесь полно. В зал заходит Слава и озирается по сторонам.
— Кого ищешь? — спрашиваю парня.
— Там Арина Викторовна застряла, просила помочь машину оттолкнуть, а то она выехать не может.
Приехала. Не ожидал, что так буду рад это услышать. А ведь рад, черт возьми, рад, словно подарок получил, даже улыбаться начинаю.
— Свободен, там моя машина ей мешает, я разберусь.
— Хорошо, Константин Евгеньевич, — Слава возвращается на свой пост, а я иду к своей дикой кошке. Она наводит порядок в своей машине, попка в обтягивающих джинсах смотрится охренеть как сексуально. Бля, да она вся — один ходячий секс. Опираюсь бедром о капот своей машины и жду, когда меня заметят. Арина выпрямляется, отряхивает ладошки, и поворачивается.
— Привет, — улыбаюсь ей.
— Здравствуйте, Константин, — сухо здоровается она и
оглядывается на дверь клуба.
— Они не придут, — сразу сообщаю ей, прекрасно понимая, кого она ждёт. — Это моя машина, — объясняю я.
— Зачем?
— Ты трубку не берешь, — пожимаю плечами. — Сама ко мне тоже не пришла бы.
— Уберите машину, мне нужно ехать, — складывает руки на груди. Подхожу ближе.
— Ты ведь тоже хочешь, — не свожу с неё глаз. — Чего ты боишься? Чьих желаний?
Глаза в глаза, я жду ответ, но слышу другой, до боли знакомый голос, который я меньше всего ожидал сейчас услышать.
— Костя, как хорошо, что я тебя застала, — оборачиваюсь. — Привет, сын, — мама подходит и приобнимет меня. — Здравствуйте, — говорит она Арине. — Извините, что прерываю, Костя мне нужны ключи от квартиры?
— Какой квартиры? — я всё ещё в шоке от маминого появления.
Мама. Если честно, я теряюсь в своих чувствах. Я люблю ее бесспорно, но и обида все ещё живёт во мне.
Когда ей было двадцать, а Захару двенадцать, их родители погибли в автокатастрофе. Она оформила опекунство над тогда ещё несовершеннолетним братом. Через год появился я. Я не знаю, кто мой отец, мама не любила говорить о нем, мне досталось только отчество, и внешность. Когда я в подростковом возрасте косячил, "весь в отца" было самым главным ругательным аргументом. А когда мне стукнуло восемнадцать, она собрала чемоданы и уехала. Захар в то время уже выкупил клуб, в котором начинал ещё официантом на первом курсе института. Быстро стал админом, потом управляющим, он вообще крутиться умеет. Мама решила, что ей хватит жить для нас и уехала, сначала в Италию, затем во Францию, там познакомилась с греком и вышла за него замуж. Об этом мы узнали постфактум, когда она пригласила нас в гости, один единственный раз. Теперь она живёт в Пеании недалеко от Афин. И она ни разу не приезжала домой за все восемь лет. Она и звонила сама лишь раз в год, поздравить с днём рождения.
— От нашей, — с улыбкой говорит она.
Она все ещё очень красивая, мне кажется, даже помолодела. Конечно, теперь ей не приходится работать за троих, и обеспечивать Захара и меня, тем более, как только смогли мы ей помогали. Но и исчезать, как будто нас в ее жизни никогда не было, а теперь вот так просто заявиться…
— Она давно только моя, — по-детски с нескрываемой обидой говорю я.
— Может Вы всё-таки уберёте машину? — спрашивает Арина.
Оборачиваюсь к ней, понимаю, сейчас разговора не получится, поэтому прошу, скорей требую:
— Я позвоню, будь добра, возьми трубку.
— Константин, — вздернув подбородок отвечает Арина. — Я работаю не на Вас. Но, даже если бы это было так, диктовать мне, что делать, Вы не можете. Нам не о чем разговаривать, просто уберите машину, и мы распрощаемся.
Нет, этот вариант меня не устраивает, распрощаться не получится, но я не успеваю ничего ответить, меня снова окликает мама.
— Сын, меня машина ждёт, дай мне ключи.
— Они в кабинете, — говорю ей, — Пойдём.
— Константин, — возмущается Кошка. — Вы не убрали машину.
Подхожу к ней максимально близко, и тихо говорю:
— Если ты не хочешь по-хорошему, мне придется играть грязно. Хочешь уехать, на своей машине, дождись, а лучше поужинай со мной.
— А больше ты ничего не хочешь?
— Хочу. Я много чего хочу, — улыбаюсь. — Но начнем с ужина, решайся Ариша.
— Ты невыносим.
— Мне нравится, что ты перестала выкать, — подмигиваю.
— Машину убери.
— Пообещай.
— Костя, — раздражённое от мамы.
— Тебя ждут.
— Я тоже жду.
— Черт с тобой. Один ужин, — сдается Арина.
Довольный переговорами, обхожу свою машину, и отгоняю ее так, чтоб Арина могла проехать. Она со стоянки уезжает словно за ней гонятся. Злится, что уступила, это и понятно, она же кошка, что гуляет сама по себе… Ничего, я тебя приручу. С довольной улыбкой выхожу из машины. Мама встречает меня строгим взглядом.
— Кто эта женщина? Что у тебя с ней?
— Мам, я с пятнадцати лет не отчитывался перед тобой. И поверь, делать этого сейчас точно не буду. Где твои вещи?
— В машине, — она указывает на припаркованное такси.