Великий и Ужасный 3 (СИ)
— Пока Кузя не натрахается, никуда мы не поедем, — развел руками я. — А я еще в торговый центр заскочу, того-сего возьму, путь неблизкий, запас карман не тянет, а «Гуси-Лебеди» не в каждом селе имеются!
— Мое дело предупредить, — поиграл желваками Иван Иванович. — Не одна только Хлоя жаждала твоей крови. Недоброжелателей у одного ресторатора урукской национальности невероятно много!
Мы стояли у шлагбаума, за которым прохаживался гном, чуть в стороне от ведомственного внедорожника, так что ярыжки не могли нас слышать.
— Работает татау? — спросил я.
— Отменно, — коротко кивнул сыскарь. — Я у тебя в неоплатном долгу.
И в этот момент предплечье мне ожгло яростно, остро! Я вздрогнул и уставился на свою руку, и Рикович — тоже. Медленно, как будто через силу, на серой урукской коже проявлялись иероглифичные очертания усилителя — того самого треугольничка со штрипочками. А потом — один за другим — целых четыре черепа: эдаких терминаторских рожи. Они, наверное, обозначали безвременно подохших от моей руки киборгов. И когда это я четверых-то ухайдакал? Может, от ран кто-то преставился?
— Это что еще за каракули? — удивился целовальник. — И золотом полыхает!
— А что — действительно не понимаешь? — с некоторой надеждой спросил я. — Прям не видишь, что тут изображено?
— А должен понимать? — Иван Иванович просто взял — и потыкал пальцем мне в руку. Очень беспардонно! — Это что-то урукское, какие-то тайные письмена?
— Тайные письмена? Ну и славно, ну и замечательно… — довольно оскалился я. — Давай, до свидания! Мне нужно это… Арахисовую халву есть идти!
Он, конечно, ничего не знал про халву, но гном уже подавал мне многозначительные знаки и заманивал в свою берлогу на входе. Так что я отсалютовал сыскарю и ярыжкам кулаком и, развернувшись на пятках, зашагал к господину Лекермаулу. Едва слышное гудение электродвигателя возвестило мне о том, что спецслужбисты убыли по своим архиважным и архинужным делам, и я мог расслабиться в приятной компании. И пожрать! После приключений и мордобоя пожрать — это самое оно.
Стоит отдать должное этому кхазаду: Карл Лекермаул сначала накрыл на стол, выставив по центру глиняное блюдо с огромным куском халвы, нарезал бутербродов с колбасой и сыром, закипятил электрочайник и залил глиняный же заварочник кипятком, распуская по всему помещению роскошные травяные ароматы. И только потом уселся напротив меня на продавленный диван, разгладил бороду и проговорил:
— Вы ведь тот самый Бабай Сархан, да? Вы и есть креативный директор «Орды»? У меня имеется к вам серьезный деловой вопрос.
И мне пришлось вынимать ложку из халвы и перестраиваться с предвкушения гастрономического удовольствия на серьезный и деловой лад:
— Слушаю внимательно!
— Мы… Я и мои друзья, мы хотим взять франшизу. Меня достала эта работа, торчать тут целыми днями без всякой перспективы! Нет, место хорошее, и под землей опять же — но скукота! Я было ножи-ножницы точить взялся попутно, ключи мастерить — но это всё так… Хобби! Хочется чего-то настоящего, нового! По деньгам — у нас кое-что имеется, на первое время хватит. Но нам нужен такой же фудтрак, как у вас, только на три спальных места. Это реально? Я прочитал ваши условия на страничке в Сети, выглядят очень заманчиво, но я не знаю — какие именно формальности нужно соблюсти, чтобы стать частью вашего проекта?
— Очень простые формальности, — я снова взялся за ложку, отломил солидный шмат халвы, отправил его в рот, запил травяным чаем и блаженно зажмурился. — Даже одна. Одна простая формальность.
— И какая же? — подобрался кхазад.
— Нужно будет сказать четыре самых важных слова в вашей жизни… — снова занеся ложку над халвой, проговорил я.
* * *— Лучше бы трахаться пошел! — осуждающе заявил Кузя. — А потом уже они бы тебя похитили, и я бы сам видосы снимал. А то Тимоня этот ваще не вдупляет. Потешный, конечно, но в плане видосик запилить — полный плафон! Профайл. Порнаф! Э-э-э-э… Парафин? Профак? Про…
Я не выдержал, коротко замахнулся и врезал ему подзатыльник словарем:
— Изучай! — и снова вцепился в руль.
— Эт че — и в книжный не заедем? — обиделся гоблин. — Ты трижды обещал, а теперь бьешь меня пыльной книжонкой по затылку? Позор, позор на тебя, я всем скажу, что ты говнистый!
— Я — говнистый? Это ты прое…любил своё духовное просвещение! Я там сражаюсь с киборгами, рискую жизнью во имя… — тут я задумался, а Кузя, засранец эдакий, тут же прочувствовал момент.
— Во имя чего? Ну, ну? — он машинально листал странички словаря и зловредно на меня посматривал.
— Во имя престижа Орды и продвижения личного бренда! — выкрутился я. — А ты какого-то слабоумного Тимоню отправил, он, падла такая, что, полицию вызвать не мог?
— А зачем? — искренне удивился гоблин. — Я ваще-то ему сказал чего? Видос, сказал, снять. Снимет видос — дам деньгу и пачку чипсов. А полицию вызывать уговора не было! Он мне сразу позвонил, когда увидел, что мужик с баллоном тебя у туалета караулит, а я и говорю…
— Кузя, ититьская сила! Ты вообще там не охренел случайно? — я повернулся к нему и постучал ему пальцем по лбу, отчего гоблиненыша вдавило в сиденье едва ли не по самую шею.
— Ваще-то! — пискнул он. — Ваще-то я думал о престиже Орды и продвижении личного бренда!
— Ужас какой, — помотал головой я. — Тут врагов не надо с такими соратничками!
— Я отвлекся от сисег ради своего единственного почти что друга! Ваще-то! — возмутился гоблин. — Там знаешь, какие титьки у Томки? Ого-го! Больше, чем твои битухи! Я поднял телефон! Я ваще-то даже хотел Риковичу позвонить, но…
— Но влияние сисег было слишком сильным, да? — усмехнулся я.
Определенно, Кузя был тем еще чертом. Но чертом полезным — вон, как в сети народ возбудился после того, как гоблин на хостинг залил видос со схваткой с киборгами! Даже наши, Сан-Себастьянские, уже точат ножи и плюют на кулаки, и грозятся в крестовый поход на Формацию пойти! Но нам это не надо. Нам надо что? Нам надо бы Хтонь местную освоить, а потому наши ордынские франчайзи выедут сюда уже завтра. Хуеморген написал — три фудтрака готовы, и пока что они будут осваивать Великий Тракт, по моим стопам. Дело это непростое, как показывает практика. Впору значок клеить с белой дланью и надписью в стиле «Орда Френдли», как в кафешках, где принимают собачников с питомцами! Мысль-то на самом деле хорошая… Еще и место придумать можно такое, характерное… Если в нашем стиле — то это точно должна быть площадка для мусорных контейнеров! Ляпнул на ограждение наклейку — и все наши знают, что тут порядок, а Орду любят и ждут.
В Камышин, кстати, поедет какая-то семейная пара, парень и девушка из сталкеров Евгеньича — к ним вопросов не будет, может, и подберутся к «бережку» поближе, пронюхают, что тут и как. Хотя, на первый взгляд, именно в Камышинской Вольнице свою Хтонь знают, холят, лелеют и даже любят. Вон, водных магов пестуют — целый «НИИ Водной магии имени Б. Г. Садко» имеется, и коллегиум при нем. Так что, если никто дерьма на вентилятор, как в Сан-Себастьяне, не подкинет — всё у них в порядке тут будет, и ниша есть разве что для фастфуда. А для боевого нашего крыла — пожалуй, что и нет тут применения. Аналога маякского Проспекта в Камышине не имеется!
А потому…
— Кузя, прокладывай курс на Орск! Даже если у меня окаменеет жопа и потечет кровь из глаз — я намереваюсь к утру добраться до Орска! — мы уже гнали на Восток, но, учитывая все вводные, наша траектория определенно требовала коррекции.
— Тыщу двести километров! — выбравшись из сидения, заявил мой ушастый штурман. — Но я готов страдать — там тоже есть бардак! И даже очень много!
И тут же полез в телефон. А я откинулся поудобнее в кресле и хотел было уже подкрутить звук в аудиосистеме и втопить педаль в пол: по радио звучала очень подходящая музыка, «Каменный Таран» пел что-то очень знакомое, про «Огненный полет». Но внезапно голос подал мой планшет, и я аж вздрогнул: с экрана гаджета пялился светлейший князь Воронцов, харизматично глядя с аватарки видеочата!