Незваный гость
— Который с собою на свидание захватили?
Бандерша глумливо хихикнула.
— Там на столике лежал.
— А потом куда делся?
— Почем мне знать? Не в себе пребывала, как кровь увидала, себя уже не помнила, убежала да бродила по городу, пока твои шавки купленные не набросились.
Старунов дописывал уже не первый лист и украдкой зевал.
— Скоро закончим, — наврала я.
Допрос только завершал первый круг, за ним последуют еще несколько, даже не на втором я изложу Мишкиной свою версию событий, сдерну рогожку с коллекции ножей и примусь фигурально махать перед ее лицом дохлой белкой. Дожму я преступницу, непременно дожму.
Камеру мы со Старуновым покинули только на рассвете. Ноги не слушались, пришлось тяжело опираться на письмоводителя. Хотелось не то что спать, а просто умереть тихонько от невероятной, сокрушающей усталости.
— Прилечь вам надобно, Евангелина Романовна, — бормотал парень. — Все время на ногах, виданное ли дело барышне так трудиться!
Он отвел меня в кабинет Волкова, помог устроиться на диванчике.
— До полудня поспи, — велела я, — после распиши все предметно по пунктам, в два отдельных дела убийства оформи. Стой! Иван, возьми в столе ключи, отопри сейф.
Старунов забренчал связкою.
— Ни один не подходит.
Странно, очень странно. Мишкина сказала, что из спальни Чиковой забрала саквояж с деньгами, кожаный дорожный саквояж. Совпадение? Другие деньги? Григорий Ильич… Спросить! Где он? Почему еще не вернулся? Нет, не могу больше думать.
Отпустив подчиненного, я попросту заснула.
— Гелюшка, — позвал негромко Волков, — вижу, как ты умаялась, но вынужден…
— Что? — открыв глаза, я резко села.
Грегори, пошатываясь, стоял перед диванчиком.
— Орудие преступление я тебе добыл, но более… — Он протянул мне неаккуратный газетный сверток. — Пора мне.
Газету я не развернула, переложила на стол, подхватила Волкова под руку, тот отстранился, обнимая меня за плечи.
— Проводишь?
— Саквояж где? — спросила я отрывисто.
В карих глазах зажглось удивление.
— В сейфе. Где же еще?
— А ключ от сейфа?
— У тебя.
— Погоди, присядь, минуточку погоди, не засыпай.
Выскользнув из мужских рук, я бросилась к столу, достала из ящика связку. Третий же ключ подошел, дверца сейфа распахнулась, внутри на нижней полочке стоял мой саквояж. Горестный вздох Грегори заставил меня поторопиться запереть замок.
— Прости, — сказала я, выводя Волкова из кабинета, — Мишкина все про этот треклятый… осторожно!.. твердила. Евсей Харитонович, подсобите.
Буквально волоком мы с Давидовым доставили Григория Ильича в его квартиру.
— Раскололась мадам Мими, — хвасталась я напропалую, — Старунов еще помог, толковый оказался парень, на ножах коллекционных старые следы крови учуял.
Давилов снял с Волкова сюртук, уложил в постель.
— Она ведь немало душ погубила, Мишкина эта. С саквояжем меня заморочила. Говорит, деньги у Чиковой свои забрала и гарнитур жемчужный. В котором та, помнишь, на балу была? Блатные твои про драгоценности не упоминали?
Волков болезненно морщился:
— Хорошо хоть нож возвернули. И деньги похищенные и драгоценности… Не бросай меня, Гелюшка, обещай.
— Не брошу.
— Дела на себя прими.
— Непременно. — Я взяла горячую Гринину ладонь в свои руки. — Все в лучшем виде исполню.
Он бормотал еще что-то про чувства, про то, что прежде подобных мне созданий не встречал, просил прощения за ту ночь. Мои щеки горели, Давилов за спиной почтительно сопел. Наконец Гриня затих, я спрятала его руку под одеяло, поднялась.
— Что ж, Евсей Харитонович, в нашем с вами присутствии нужды здесь более нет.
— Так точно! — щелкнул каблуками чиновник. — Ваше высокоблагородие, госпожа пристав!
В своем чародейском сне мистер Грегори Волкав удовлетворенно ухмылялся. Он успел, все успел: и саквояж в сейф поставить, и ключ обратно на колечко нацепить. Теперь ничто не указывает на его связь с этим делом. Некие абстрактные деньги, о которых твердит безумная опиумщица, некие его случайные слова. Он все правильно рассчитал, даже время погружения в сон. Рыжей сыскарке будет чем заняться в ближайшие дни, и об этом он позаботился. Еще одно звено в цепи надломилось, и она уже осыпается блестящими кусочками новой головоломки.