Стримпанки. YouTube и бунтари, изменившие медиаиндустрию
Кроме того, из-за нашей открытости сложно прогнозировать будущее YouTube. Ранее в этой книге я упоминал, что Скутер любит сравнивать своих восходящих артистов с успешными знаменитостями и использует это как условное обозначение для критиков и поклонников, чтобы привлечь к артистам больше внимания. Новым медиа в целом свойственна такая тактика: Шейн назвал Vice «новым MTV», «следующим CNN» и даже «уличным Time Warner», Брайан сказал, что AwesomenessTV – это новый Nickelodeon. А Тед Сарандос, мой прежний руководитель, отмечал, что амбиции Netflix должны превратить его в HBO быстрее, чем HBO превратится в Netflix.
Хотя такой подход имеет своеобразную ценность для пиара, любое сравнение, которое мы попытаемся найти для YouTube, не подойдет. Мы не хотим стать новым HBO; мы не хотим быть следующим MTV; мы даже не хотим быть обновленным Time Warner. По правде говоря, никто в мире даже не представляет, какие новые высоты ждут YouTube.
Заключение: окно в мир
В 2015 году мы с женой решили съездить на Кубу. Каждого из нас эта страна привлекала по-своему. Моя жена выросла в Доминиканской Республике, а это всего чуть больше восьмисот километров от Кубы, и Остров свободы казался ей слегка искаженным зеркальным отражением ее родной страны. Обе имеют сходное географическое положение и примерно одинаковое население. Экономика примерно одинакового размера, жители обеих стран любят ром, сигары и бейсбол. Когда-то ее мать приложила огромные усилия, чтобы дочь смогла учиться в Соединенных Штатах, но сейчас Доминиканская Республика относительно свободна и открыта. Куба же по сей день является одним из последних в западном мире закрытых обществ, где ограничивается свобода слова и прессы, а также – до 2013 года – и путешествий.
Эта закрытость разжигала мой интерес и звала посетить страну. Я вырос в коммунистической Чехословакии, и теперь хотел посмотреть, как сейчас живется при коммунизме, и попытаться найти какое-либо сходство с тем, что окружало меня в детстве.
Тропическая Гавана не выглядела похожей на ледяную Прагу. Если уж сравнивать, Гавана больше напоминает Париж, – который оставили без присмотра лет на пятьдесят. Выйдите на одну из красивейших отреставрированных площадей, таких как Пласа Вьеха или Центральный парк, и сверните на боковую улицу: разрушенные трехэтажные фасады в стиле ар-деко, грунтовые дороги и непроточные канавы. Посмотрите на машины: сверкающие «шевроле» модели 1950-х годов для перемещения туристов по городу соседствуют с чадящими советскими «Ладами»; одну из таких я учился водить, когда был подростком. Выйдите из частных ресторанов-паладарес на общественные рынки, и скромный ассортимент вас поразит: на полках только пакеты с рисом и банки оливок. Несмотря на пальмы, мохито и красивый участок набережной Малекон, многое напомнило мне о детстве.
Позже, в один из последних вечеров нашего отпуска, подросток подошел ко мне за оградой отеля Saratoga, где мы с женой остановились. Он спросил, есть ли у меня код доступа к Wi-Fi в гостинице. Интернет практически недоступен на Кубе, кроме нескольких отелей, которые обслуживают международных туристов и продают доступ в интернет по часам. Я дал мальчику карточку, которую получил ранее на стойке регистрации, и подошел с ним к небольшой группе подростков, которые стояли прямо за стенами отеля, используя свои телефоны и гаджеты для доступа в интернет. Все они смотрели видео на YouTube.
Один смотрел лучшие голы Криштиану Роналду. Другой – латиноамериканские музыкальные клипы. Парнишка в шортах цветов американского флага смеялся над комедийными скетчами «Saturday Night Live» (если точнее, то над пародией на Трампа, еще до Алека Болдуина!). Подросток с татуировками на шее смотрел обучающее видео о том, как шить одежду. Моя жена, а она переводила наш разговор, объяснила мне, что он хочет начать собственный бизнес и продавать футболки.
Иногда легко запутаться в деталях, что же именно нужно для развития бизнеса YouTube: ведешь бесконечные переговоры по вопросам привлечения и размещения нового контента на платформе и постоянно устраиваешь презентации нашей работы и авторских каналов, чтобы заручиться поддержкой рекламодателей и за счет рекламных долларов обеспечить наших авторов, чтобы наша платформа помогала им процветать. Иногда невозможно справиться со всей этой многосложностью, но ведь компания обслуживает 1,5 миллиарда человек.
Но в такие моменты, как в тот вечер в Гаване, делаешь шаг назад, вспоминаешь, какое огромное значение имеет доступ к информации и развлечениям для тех, кто этого лишен, не располагает множеством источников информации и потенциальных развлечений. Вспоминаешь, каким может быть YouTube – источником знаний, радости, взаимопонимания.
В юности я, как и кубинские подростки, был в незавидном положении, с той лишь разницей, что я возился с антенной на старом семейном радиоприемнике в попытках поймать закодированный сигнал из Западного Берлина, или мы собирались на квартире друга нашей семьи, чтобы смотреть пиратские фильмы на экране маленького телевизора.
Хотя так я мог лишь одним глазком взглянуть на внешний мир, этого хватило, чтобы я начал сомневаться в речах чешского правительства. Этого оказалось достаточно, чтобы подтолкнуть меня покинуть Прагу и перебраться на Запад. И благодаря этому у меня появилось желание работать в индустрии развлечений: отправной точкой моего карьерного маршрута стал отдел писем в агентстве по поиску талантов Дж. Майкла Блума в Беверли-Хиллз, и продолжение этого прекрасного пути – просто волшебное: три самых влиятельных бренда в истории медиаиндустрии.
Сегодня благодаря YouTube у миллионов есть более широкое окно в мир, а ведь раньше люди и не мечтали о таком доступе к развлекательным, новостным и образовательным материалам, но наша платформа может предоставить их бесплатно.
Я задумывал эту книгу, чтобы рассказать историю нашего уникального бизнеса и объяснить, какой путь прошло новое поколение авторов и предпринимателей, тем читателям, которые либо не осознали оказываемого ими влияния, либо не думали, что оно имеет значение. Я хотел продемонстрировать важность сообществ, создаваемых такими ютуберами, как Хэнк, Джон, Тайлер, Лилли и Дженни. Я хотел без обиняков описать, с какими трудностями столкнулись Аданд, Мэтт, Джек и многие другие при формировании своей зрительской аудитории, и старался показать, как новаторская работа Шейна, Кейси, Скутера и Брайана меняла основы медиаиндустрии.
Но, пока я писал эту книгу, я осознал: хотя рассказанные мной истории призваны изменить восприятие YouTube аудиторией, главная их ценность в том, что благодаря им новый класс независимых авторов и предпринимателей сможет разобраться и найти свой путь в будущем медиаиндустрии. Следующее поколение артистов, педагогов, режиссеров и предпринимателей прямо сейчас намечает свой будущий маршрут сквозь мир, полный возможностей. Я надеюсь, что кто-то из них возьмет эту книгу и по-новому взглянет на роль, которую YouTube может сыграть на этом пути.
Раньше в индустрии развлечений видео было самой закрытой, самой дорогой и сложной средой для проникновения, – как сад, обнесенный самой высокой стеной. Но глобальное распространение бесплатных платформ, таких как YouTube, в сочетании с доступностью вездесущих смартфонов превратило видео в свободный рынок, где почти каждый может принять участие в соревновании. Наблюдая это явление, некоторые замечают только культуру одержимости славой и людей, которые жаждут внимания. Но критики видят только нелицеприятное отражение более содержательной картины.
Ютуберы улучшают методики обучения, помогая учащимся постигать новое в учебных заведениях, повышают статус, укрепляют права и развивают возможности недостаточно представленных социальных групп по всему миру, расширяют наши представления о гуманности, невзирая на установленные границы, создают новое поколение процветающих малых предприятий. Ютуберы ставят честность, достоверность выше известности, повышая интерес нового поколения к новостям и политике. Они даже рекламу делают захватывающей и выразительной. Благодаря им начинающие музыканты открывают новый путь к вершинам, а создание онлайн-видео становится одной из самых быстрорастущих отраслей в мире.