Академия 2 (СИ)
“Да когда же ты отвяжешься…”
— Пожалуйста, если что-то пойдет не так, то сразу возвращайся. Я буду ждать.
— Не переживай. Я быстро. Одна нога здесь, другая там.
Девушка усмехнулась.
— Главное, чтобы не буквально, а то мне будет грустно.
— Не грусти. Такое со мной уже случалось, и, как видишь, жив-здоров, — я все-таки улыбнулся, но из-за перемотанного лица Синтия едва ли смогла что-нибудь разглядеть.
— Приближаемся! Джек, готовься прыгать по сигналу! — прозвучал из динамика голос Маришки. Флаер заметно снизился и сбавил скорость. — Пошел-пошел-пошел!
Не медля ни секунды, я сиганул вниз.
Валькирии тут же побежали следом, чтоб наблюдать за моим спуском. Бросив мимолетный взгляд наверх, заметил торчащую из толпы голову кролика.
— Удачи, Джек! Спаси Идельку и возвращайся!
“Да раз плюнуть, хах”.
***
Огонь бушевал, закручивал огненные вихри, сжигал все на своем пути. Многие пытались скрыться, убежать от беснующейся стихии, но в итоге были пойманы, укутаны его липкими объятиями, чтобы остаться с ним навечно. Он рисовал свои картины, пел свою безжалостную песню. Каждый раз новую и в то же время странно знакомую.
Стоило мне спрыгнуть с флаера, как я без промедления кинулся по направлению к месту, где остановился сигнал Идель. С каждым шагом я приближался к стене огня. В этот момент в голове всплыл образ Фу Хуа. Ее пламенные крылья и жар. Однако здесь все было иначе. Необузданная стихия, желающая пожрать все на своем пути, не оставив ничего кроме пепла, необъяснимо отличалась от огня феникса.
— Хон! Приготовься!
– “Всегда готов, капитан!”
Когда влетел в огонь, первая мысль, которая меня посетила, была такой: “А все не настолько уж плохо”. Но с каждой новой минутой, проведенной мною внутри пожара, я все больше понимал, насколько она обманчива.
– “Здесь жарковато”.
— То ли еще будет!
У нас не было времени глазеть по сторонам. Сигнал Идель остановился в одной точке, а это значит, что либо мы опоздали, либо близки к этому.
“Держись, заноза. Только держись”.
– “Хо-хо, капитан переживает?”
Передо мной возникла стена пламени, в которую я тут же без тени сомнений вошел, прикрывая лицо руками.
— Да-а-а. Просто я дебил. Не обращай внимания.
– “Конечно-конечно. Дело только в этом”.
— Давай без подколов.
– “Да какие подколы. Я горжусь тобой, Джек! Во имя чести, горжусь!”
С каждой секундой двигаться становилось все сложнее. Мой импровизированный огнезащитный костюм стал ощутимо нагреваться и сейчас неслабо так парил. Со стороны я, наверное, очень похож на необычный мини-паровоз.
Видимость была почти нулевая, а еще на меня постоянно что-то падало. Ветки, порой даже деревья. На меня. Не куда-то ещё, а вот именно на меня.
— Хон!
– “Вижу!” — пара хвостов перерубила ствол одного из таких. Раздался хлопок, древесная кора полетела в разные стороны. Мне снова пришлось прикрывать глаза.
От падения в воздух поднялся то ли дым, то ли пепел. Ствол разгорелся с новой силой, но я просто его проигнорировал, перепрыгнув и побежав дальше.
– “Думаю, она где-то здесь!”
— Смотри в оба! Ищи что-нибудь примечательное. Что-нибудь, что может напоминать укрытие.
К этому моменту одежда в районе спины прилично нагрелась и начала доставлять довольно ощутимый дискомфорт. Дышать становилось труднее.
Не снимая верхонок, с трудом, но все же натянул маску и вдохнул полной грудью. Не сразу, но полегчало.
Время шло на минуты, а Идель мы так и не нашли. Местами одежда начинала самовоспламеняться. Тушил все, что видел, а что не видел… ну… наверное, продолжало гореть.
– “Джек! — голос хонкая тоже был напряженным. — Мне кажется, мы здесь уже были!”
Я как раз остановился, чтобы оглядеться. Сплошные огонь да дым, и даже глазу зацепиться не за что.
– “Где нам ее искать?”
— Не знаю, — я нутром чувствовал, как мало времени у нас осталось. Снял маску и спустил с лица тряпки. Кожу тут же обожгло горячим воздухом. — ИДЕ-Е-Е-ЕЛЬ!
Крик просто утонул, растворился в общем шуме пожара.
— Бесполезно, — в бессилии сжал я зубы.
“Ну же, заноза. Подай хоть какой-нибудь знак. Давай”.
Я еще раз внимательно огляделся в надежде хотя бы понять, куда она могла побежать. О чем думала. Представить, что ей могло двигать в тот момент кроме паники.
Не знаю, удача ли это, но когда мы совсем отчаялись, заметил, как в метрах двадцати на землю рухнуло несколько деревьев. Не так, как они падают обычно, заваливаясь, а так, словно их скосили гигантским серпом.
Вариантов имелось не особо много, а потому решили глянуть, что же там. Это должно было стать последним местом, которое мы собирались проверить. И дело не в том, что я больше не мог держаться — еще как мог, — а в том, что если Идель столько времени находилась в одном месте и без движения, то, скорее всего… Лучше об этом не думать.
Перепрыгивая горящие бревна, стволы деревьев и пробегая охваченные пламенем кусты, наконец добрался до небольшого оврага.
– “Никого… Как же так?”
— Да не может этого быть! — от отчаяния хотелось развалить этот лес к чертям собачьим. Дым застилал глаза, но мне все-таки удалось заметить какое-то движение. — Нет, постой, — рывок, подбегаю ближе и все-таки замечаю оседающую на землю Идель. Неудивительно, что мы ее не заметили. Бедолага не то чтобы пригорела, но заметно подкоптилась. Опаленные розовые волосы во многих местах приобрели грязно-пепельный цвет. Да что там, она вся сейчас была грязно-пепельного цвета. Еще немного — и я бы не понял, что передо мной человек, даже если бы подошел в упор.
– “Как она?”
Приложил пальцы к шее.
— Жива. Остальное нам расскажет Ангела.
Расстелив на земле огнеупорную ткань, аккуратно положил на нее Идель. Возможно, мне показалось, но заноза улыбалась в этот момент. Наверное, снилось что-то хорошее.
“Везет тебе, блин,”
Времени разбираться не было.
Положил рядом кислородный баллон, надел маску, а затем, завернув в ткань, отдал Хону на попечение. Хонкай заботливо опутал ее хвостами и переместил за спину.
Осталось дело за малым — выбраться из этого пекла.
Отдернув тряпку на руке, сверился с компасом.
— Нам на запад. Как думаешь… успеем к завтраку?
В этот момент у меня вспыхнул рукав, который я спешно потушил.
– “Лучше поспешить”.
И я побежал.
Лес представлял из себя самый настоящий смертоносный лабиринт, из которого не было выхода. Для кого угодно — но не для нас. Мы не сворачивали, а просто шли напролом. Перешагивая, перепрыгивая, а порой пролетая насквозь. Сбивали деревья, срывали кустарники, топтали горящую траву.
Огонь делал все возможное, чтобы остановить нас, но мы каждый раз показывали ему средний палец и шли дальше.
— Однако… — я почувствовал, как маска от кислородного баллона начала плавиться прямо у меня на лице. — Этот чертов километр затянулся.
Нос резануло, и в легкие ударил горячий воздух. — Ас-с… Твою мать. Какие… Кха-кха! Офигенные ощущения!
– “Не останавливаемся! Нельзя останавливаться!”
— Знаю!
Идти стало совсем трудно. Огонь был невероятно плотным, а горящие преграды стали появляться намного чаще. Тряпки окончательно высохли и уже слабо защищали от жара.
Я бежал сколько мог, но с каждым шагом чувствовал, как это становится сложнее. Дышать приходилось через рот.
— Хон, — глаза устали щуриться, несмотря на то, что я постоянно прикрывал лицо рукой. — Собери все хвосты… кха… закрой Идель, иначе сгорит.
“Как же тут жарко…”
Голова начала кружиться. Рядом что-то хлопнуло, потом с другой стороны. Тряпье вспыхнуло. На этот раз удалось сбить огонь, но уже через минуту он вернулся.
– “Горим!”
– “З… знаю!”
Шаг. За ним еще один.
“Не останавливаться. Главное — не останавливаться”.
Дышать невозможно. В ботинки как будто цемента налили.
Облизнул потрескавшиеся губы сухим языком.