Академия 2 (СИ)
— Княжна… — обратился я к хонкаю, что сидела в сторонке от общего действа.
— Да, Джек?
— Мне кажется, это слишком.
— Я тоже так думаю, но сделала поправку на то, что это ребенок Идель. Судя по всему, Долька испытывает приятные эмоции за прослушиванием подобных историй.
— И все же… Заставь ее прочитать что-нибудь вроде “Синдбада-морехода” или “Барона Мюнхгаузена”. Пусть пока ограничится этой литературой.
А между тем посиделки продолжались.
— Хо-хо, леди Идель! Чудная история, но что произошло дальше? Неужели на этом повествование обрывается?
Уловив изрядную долю восхищения в голосе Хона, Идель выпрямилась и, сложив руки на груди, самодовольно хмыкнула.
— Оно не может оборваться, потому что я сама видела конец.
— Но чем же тогда окончилось нападение бесчестных разбойников на честных жителей деревни?
— Ну, раз ты так просишь, то я просто не могу не рассказать. Наутро, в то самое короткое время, когда луна встречается с солнцем, в деревне… — начала Идель, однако в этот самый момент внезапно на всю комнату раздался противный звук будильника. Вся наша компания подняла глаза к потолку. Со стороны девочек послышалось недовольное хныканье и даже просьбы встать попозже, чтобы закончить историю.
— Похоже, — промурлыкала заноза, польщенная всеобщим вниманием, — что продолжение мы узнаем завтра.
— У-у-у, — заныли карапузы.
— Эх! Вот так всегда! На самом интересном месте, — возмутился Хон.
Напоследок богиня потрепала обеих девочек по голове и ушла.
А мне, как и занозе, настало время проснуться.
***
Я чистил зубы и думал о предстоящем дне. Планов особо не имелось, и самым важным событием должна была стать поездка в храм Фелиции. Но не только для того, чтобы попробовать вызвонить эту засранку, которая в последнее время очень ловко забивает хер на свои обязанности. Второй причиной была Фу Хуа. Да, я собирался сделать ей предложение. Романтика-хуянтика, но, надеюсь, феньке будет приятно.
Хотя присутствовал тут один нюанс, которого я опасался. Это сродни пауку, что сидит в темном углу кладовки. Вроде и не пакостит, но угол надо бы вычистить. Сейчас я говорю о бессмертии Фу Хуа. Ведь если просто подумать, что она живет больше четырех тысяч лет, то с ума можно сойти. А сколько отсчитано мне? Пятьдесят? Сто? Сто пятьдесят лет? Так сколько? И что это на фоне бессмертного феникса? Один взмах крыльев? Один… вздох?
Но с другой стороны, значит ли это, что теперь ей запрещено любить, иметь семью? Совсем и навсегда? Тоже бред.
В общем, вот о чем думает в последнее время моя бестолковая голова. И единственное решение, к которому я пришел — это сделать все как задумывалось, а там будь что будет. То есть забить хер на все проблемы, пока они не перейдут в критическую форму, а потом решить с помощью молотка и изоленты.
— Ум-м-у-у-у, хе-хе, м-м-м… На-на-на-а-а…
Я и Фу Хуа покосились на довольную харю Идель, которая аж пританцовывала у зеркала, напевая себе что-то под нос.
— Джек, — богиня уже успела одеться и сейчас застегивала последние пуговицы на блузке. — Передай Дольке, что я с нетерпением жду сегодняшней ночи, — она на секунду замолчала, чтобы оправить воротник. — Ее ждет о-очень интересная история.
Немного повертев мордахой перед зеркалом, заноза повернулась в мою сторону. На лице играла любящая улыбка.
— Обещаю, что ей понравится.
С этими словами Идель вышла из комнаты, и уже из коридора до нас донеслось последнее чересчур жизнерадостное “увидимся на плацу”.
Фу Хуа посмотрела на меня непонимающим взглядом, я в ответ пожал плечами.
— Может… дети так влияют. Материнский инстинкт, туда-сюда… Пойди разбери, что у нее в голове.
***
После утренней тренировки с Фу Хуа мы пришли на развод, который служил для нас местным источником новостей. И как всегда, его проводила вечно невыспавшаяся Тереза.
Няка ходила из стороны в сторону, сложив ручки за спиной, и лишь иногда поднимала пальчик в небо, чтобы обозначить особо важные моменты.
“Идет направо — песнь заводит, налево — сказку говорит”, хе-хе.
— …Прошу обратить внимание, что после завтрака вы сможете увидеть распределительную сетку на своих планшетах. Огромная просьба: не надо устраивать драк со своими напарниками потому, что у вас якобы в прошлом отношения не сложились, ня. Отдельно для вас жеребьевку никто проводить не будет, поэтому пользуйтесь тем, что есть.
О как. Неожиданно, но оказалось, что сетка бойцов для следующего турнира сформирована абсолютно случайным образом. То есть в команде могут оказаться как две валькирии, так и какая-нибудь рандомная гарпия с рандомной фурией. Вообще-то довольно любопытное решение. Мне даже стало интересно, кто попадет со мной в команду. Хотя… какая разница? Главное, чтобы не Синтия. Впрочем, эту блондинку я в последнее время почти не вижу и не замечаю. Возможно, прошла любовная лихорадка, что, по-моему мнению, к лучшему.
— …На этом все, — няка остановилась посерединке своего обычного “влево-вправо” маршрута. — Вольно, разойтись.
Я уже собирался “разойтись”, когда услышал свое имя.
— Курсант Джек, можно на пару слов? — обернулся и заметил обеспокоенное лицо Терезы.
— Что случилось?
— Журналисты приехали. Ожидают в административном корпусе, в переговорке.
— О, блин. Может, нахер? Скажи, что у меня понос.
— Хах, не прокатит. Их сюда послали с одной-единственной целью. Подозреваю, они даже под страхом смерти не уедут. Так что давай… Только это… Джек, — взгляд лольки стал каким-то уж слишком серьезным. — Держи себя в руках.
— Да я само спокойствие, ты ж знаешь.
— Ага, ня. У тебя две крайности: ты пытаешься либо сдохнуть, либо кого-нибудь трахнуть. Ни того, ни другого мне там устраивать не надо. Очень прошу, — директриса скрестила руки. А я заметил, как нервно у нее подергивается пушистый хвост. — Понял?
— Понял, понял. И кстати, пока ты здесь, хотел отпроситься в город.
— Зачем? — бровка лольки приподнялась, а хвост стал дергаться еще сильнее.
— В храм хочу съездить, попробовать до Фелиции достучаться. А то что-то мне совсем не нравится происходящее.
Тереза задумалась, а я добавил:
— Фу Хуа с собой возьму в качестве сопровождающей. Можно же? Мы туда-обратно, много времени не займет.
— Ладно, — няка помахала ладошкой, мол, хер с тобой. — Постарайся вернуться до отбоя.
К журналистам я собрался сразу после завтрака, разумно решив, что ничего страшного, подождут. Никто их в такую рань не заставлял сюда ехать.
***
Нахер! Нахер, говорю! Просто пиздец.
Теперь я понимаю, что имела в виду лолька, когда говорила держать себя в руках.
— Мистер Джек, мистер Джек! — раздался очередной вопрос из орущей толпы журналюг. — По какому принципу вы выбирали, кого спасти, а кого оставить? Говорят, девушек с темной кожей среди погибших было больше, чем остальных. Вы расист? Высшая валькирия разделяет ваши взгляды?
— Да нет же… Я старался как мо…
— Господин Джек, как вы объясните свое одновременное появление в торговом центре вместе с хонкаями? Ваше руководство знало, что будет прорыв, и не сообщило мирному населению? Кто будет оплачивать ущерб, причиненный обычным гражданам?
— Нет! В смысле, оно не…
— Высшая валькирия одобрила эту операцию?
— Какую нахер операцию?! Так, стоп!
Вообще никто не отреагировал. Все продолжали тыкать в меня своими микрофонами. Фотовспышек было столько, что у меня глаза начали болеть. А еще этот постоянный ор. Вопросы, вопросы, вопросы. Причем такие, что в них уже заранее кроется ответ, и не факт, что правильный.
— А ну ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ! — я резко поднялся с кресла, выпустив во все стороны хвосты. Тентакли живо распределились по стенам и потолку. Естественно, я не собирался никому вредить, но стоило обозначить границы.
В зале мгновенно наступила тишина.
— Во-первых, еще одна фотовспышка — и виновник полетит в окно. Во-вторых, перестаньте орать. Вас здесь много, а я — один. Предлагаю провести интервью в формате “один вопрос от одного представителя — один ответ от меня”. И сразу предупрежу, что за провокационные вопросы, — даже объяснять не стал, какие именно, они и так все понимают, — также вылетите из окон, — я молча обвел всех собравшихся взглядом, а затем медленно спрятал хвосты. — То, что произошло в городе, это жуткая трагедия. Наше появление не было какой-то спланированной операцией, а только великой случайностью… притом счастливой, хочу заметить, для всех тех, кого нам все же удалось спасти. Многие, наверное, не в курсе, но я сам чуть не погиб там, под завалами, и только благодаря своим товарищам смог выжить. А теперь, если у вас еще остались вопросы, я с удовольствием на них отвечу.