Ладья (ЛП)

Камень богини.
Должно быть, всё дело в нём. Каким-то образом он повлиял на ки'тейн и не дал мужчинам забрать его у меня. Другого объяснения у меня не было.
Я не могла рассказать им что-либо из этого. Одному Богу лишь известно, что Давиан Вудс сделает, если он узнает, что у меня есть настоящий камень богини. Вероятно, меня запрут в его частной коллекции.
— Так. Ты поедешь с нами, — вожак грубо схватил меня за руку. — Нам платят за доставку ки'тейна.
— Отпусти её.
Конлан бросился к нам, но его движения до сих пор были вялыми из-за железа.
Мужчины с лёгкостью подчинили его и, заведя руки за спину, сковали их наручниками. Наручники были не из арсенала Агентства, но они были железными, так что со своей работой справлялись.
— Положи ки'тейн обратно в карман, — приказал вожак.
После того как я это сделала, он опустошил все мои другие карманы. Он бросил мои ключи, удостоверение, шокер и телефон на прилавок. Я прикусила щёку, когда он нашёл комплект отмычек во внутреннем кармане моей куртки.
Закончив, он развернул меня и заломил руки за спину, отнюдь не нежно. Я почувствовала холодный металл, когда пара наручников защелкнулась на моих запястьях, и стала гадать, не испытывали ли мои пленники ту же самую беспомощность, что ощущала сейчас я.
Мужчины силой потащили нас в сторону чёрного выхода из магазина. Мы миновали кабинет, и я мельком увидела Гуса, который свернулся клубком и спал на столе, где я его и оставила. Он был таким измождённым, что всё проспал. Что он будет делать, когда проснётся тут в полном одиночестве?
И бедная Ангела. Непосильное бремя легло на мои плечи от воспоминания об её мёртвом теле. Она всего лишь помогла мне и из-за этого умела. Они убили её.
— Зачем вы её убили? — спросила я, пока меня толкали в сторону запасного выхода.
Никто мне не ответил. Нас с Конланом довели до белого невзрачного грузового фургона, припаркованного у мусорных баков в задней аллее. Они посадили нас по разные стороны фургона и натянули чёрные мешки на наши головы. Завёлся двигатель, и меня накрыло ужасным чувством дежа вю. Только на этот раз в багажнике машины я была не одна. Не знаю, испытывала ли я облегчение от того, что Конлан был со мной, или меня терзало чувство вины, что я втянула его в это.
Я старательно запоминала каждый поворот фургона, визуально представляя маршрут, пока машина ехала по Бруклину. Я тут же поняла, когда мы начали пересекать мост, ведущий на Манхэттен, и было не сложно догадаться, куда нас везли. По крайней мере, на этот раз нас не ждала мерзкая клетка в подвале наркодилера.
Фургон совершил резкий поворот и спустился по короткому пандусу. Машина остановилась, и водитель опустил своё стекло, а потом машина тронулась дальше. Мы были в подземном гараже, и я была уверена, что был он под зданием Давиана Вудса.
Так и не сняв мешки с наших голов, нас с Конланом вытащили из фургона и завели в лифт. Все восемь человек вместились в лифте, так что вероятно это был служебный лифт, а не тот, в котором я поднималась в пентхаус Давиана на вечеринку. Мы поднимались в тишине, и когда двери открылись, нас провели по коридору, через дверь и вниз по короткому лестничному пролёту. Наконец-то кто-то толкнул меня в кресло и привязал ноги скотчем к ножкам. Мои руки остались в наручниках за спиной.
Я услышала удаляющиеся шаги. Все вышли из комнаты, и когда последние шаги померкли, я позвала Конлана, но меня поприветствовала тишина. У меня свело всё внутренности? Что они с ним сделали? Может они отвели его в другую комнату, чтобы мы не смогли разговаривать и придумать план побега.
Но я недолго пробыла в одиночестве. Мягкая поступь обуви возвестила о приближении человека, но не того, что носил армейские берцы. Меня не заставили долго гадать, кто это был. Мужчина схватил мешок и стянул его с моей головы.
В тёмно-сером костюме передо мной стоял Давиан Вудс, выглядя так, словно только что вошёл в зал совета директоров. На его губах играла такая же улыбка, как в ночь нашего знакомства, но в отличие от того раза, она не коснулась его карих глаз.
 
Меня нисколько не удивило, что мы находились в верхней столовой зоне его пентхауса. Я повернула голову к террасе и испытала огромное облегчение, увидев Конлана, прикованного к креслу на другой стороне стола. Он склонил голову и, похоже, был без сознания.
— Мисс Джеймс, — сказал Давиан, привлекая моё внимание к себе. — Я могу войти в зал, полный самыми острыми деловыми умами мира и прочитать каждого в нём. Благодаря этому качеству я построил целую империю. И всё же ты смогла не только получить доступ в мой дом, но и месяцами не попадать под мой радар. Как так?
Он приложил руку к подбородку и наклонил голову, словно был крайне заинтересован в моём ответе. Если он ожидал услышать от меня, что я была неким прекрасно обученным оперативником, он будет крайне разочарован.
— Ты не заметил меня, потому что я никто... для тебя, по крайней мере. Теннин имеет слабость к рыжим, а у тебя слабость к фейри. И никто из вас не мог заподозрить девушку, желающую пойти на одну из светских вечеринок Давиана Вудса под руку с принцем фейри.
Давиан изогнул бровь, услышав мою оценку его личности, и потом он рассмеялся.
— Гениально в своей простоте.
Я улыбнулась в ответ. Чем меньше я скажу, тем лучше.
Его взгляд стал хитрым.
— Как так вышло, что молодая охотница, без явных связей, сдружилась с Неблагим Принцем?
— Я бы не стала называть нас друзьями.
Не знаю, какими бы я назвала наши отношения с Лукасом. Лучшим словом, на мой взгляд, было "запутанные", но Давиану я об это не сказала.
Взгляд Давиана метнулся к Конлану и снова вернулся ко мне.
— Тебя отловили в обществе с одним из его Королевских Стражей, который, как мне сказали, крайне рьяно защищал тебя. Почему?
Я окинула своего похитителя презрением.
— Ты бы мог спросить его, если бы твои наёмники не вырубили его.
Он уныло вздохнул.
— Этого не должно было произойти. Мне придётся улаживать дела с Принцем Ваэриком.
Я едва не поперхнулась, пытаясь не рассмеяться. Давиан явно спятил, если считал, что сможет договориться и найти выход из этого, после причинения вреда одному из мужчин Лукаса. Я решила позволить ему узнать это на собственной шкуре.
— Я решу эту проблему позже, — сказал Давиан. — Прямо сейчас, мне кажется, у тебя есть кое-что, за что я прилично заплатил.
— Кое-что, что не принадлежит тебе.
Я напряглась. Я была полностью в его власти, а мои руки были скованы за спиной.
— Это не для меня. Никогда и не было для меня.
— Не понимаю. Неужели ты не знаешь, что этот артефакт делает с нашим миром? Какой толк во всех твоих деньгах и во всех твоих бесценных драгоценностях, — я кивнула в сторону его галереи, — если мир разрушится?
Он нахмурился.
— Королева Анвин никогда не планировала рушить барьер между мирами. Её мужчины потеряли ки'тейн, и пытались найти его и вернуть в мир фейри. Как только они это сделают, барьер восстановится.
— Принц Ваэрик тоже ищет ки'тейн. Отдай его ему и пусть он вернёт камень в мир фейри. Тебе это очень поможет сгладить отношения с ним после того, что твои мужчины сделали с Конланом.
— Поможет, но у меня соглашение с Благой Королевой, — сказал он. — Оплата в момент получения.
Я уставилась на него.
— У тебя больше денег, чем ты когда-либо сможешь потратить, и у тебя нет никаких проблем с получением вещей, которые тебе достают из мира фейри. Что ещё могла она такое тебе пообещать, чего ты не можешь купить?
 
Глаза Давиана озарились возбуждённым блеском.
— Бессмертие.
Я покачала головой.
— Это невозможно. Никто не сможет тебе его дать.
— А Благая Королева может.
— Она соврала тебе, — я подалась вперёд из кресла. — Ты слишком старый. Ты в жизни не переживёшь обращение.
Он усмехнулся, и в его смехе послышались нотки безумия.