Ладья (ЛП)

В одном углу была установлена видеокамера, вероятней всего, так владелец мог приглядывать за своим товаром в своё отсутствие. Я заметила ещё одну камеру в кабинете и в конце коридора. Ничего удивительного в том, если окажется, что они расставлены по всему дому. Люди, которые ведут дела на чёрном рынке, обычно параноидально подходили к вопросу своей безопасности.
Я снова посмотрела на клетки, и во мне запылал гнев, стоило мне подумать о Финче и его родителях, запертых в одной из них. Насколько должно быть он был напуган, когда родителей отняли у него и продали. Чтобы случилось с моим братом, если бы наши родители не нашли его и не привезли к нам домой?
Напомнив себе, что я здесь по работе, я вышла из комнаты и прокралась несколько шагов вглубь по коридору до последней двери справа. Я бесшумно вошла в гостиную комнату и остановилась, уставившись на представшую передо мной картину.
На стенах и каждом предмете мебели сидели гигантские мотыльки всевозможной цветовой гаммы. Каждый мотылёк был размером с обеденную тарелку, с толстым брюшком и двумя парами усиков на голове. Несколько лет назад я смотрела документальный фильм про верисов на "Нэшнл Географик", но увиденное в фильме померкло в сравнении с тем, какими эти создания были вблизи.
Все мотыльки подёрнулись зябью, словно ощутили моё присутствие, и под лыжной маской у меня проступил пот над верхней губой. Я вспомнила, как посчитала, что у всей съемочной группы фильма крыша поехала, раз они подошли так близко к большому скоплению верисов, и теперь я гадала, не испытал ли один из тех парней внезапную жуткую потребность сбегать пописать. Мне слишком мало платили за это.
Двигаясь как в замедленном кино, я прошла глубже в гостиную комнату. Верисов привлекали яркие цвета, за исключением белого. По какой-то причине они не могли видеть белый цвет, так что я буду для них невидимкой до тех пор, пока не подниму шум. Их усики были высокочувствительны к звуку, и громкий шум будоражил их. Я лучше встречусь с изголодавшимся баннеком, чем с роем верисов.
Я приблизилась к ближайшему верису, взгромоздившемуся на спинке кресла. Затаив дыхание, я протянула руку и легонько провела пальцем вниз по спине создания. От второго касания, верис оцепенел и сложил крылья вдоль брюшка.
"Пока всё хорошо". Я выдохнула и подняла спящее создание, стараясь не растолкать его. Я развернулась и вернулась в комнату напротив, где нежно положила мотылька на дно большого стеклянного куба, который был запачкан белым помётом.
Снова и снова я повторяла мучительно медленную процедуру по введению каждого вериса в сон и переносу их в клетки. Через девяносто минут я уже поймала тридцать пять созданий, и осталось ещё пять.
Я тянулась к верису, вцепившемуся в занавеску, как вдруг наверху хлопнула дверь. Я застыла на месте, когда все пять верисов, оставшихся в комнате, тревожно замахали крыльями. Агент сказал, что все покинули дом, так кто же, чёрт его возьми, был наверху?
На лестнице раздались шаги и мужчина выкрикнул:
— Боже, я спал как убитый. Льюис, почему ты меня не разбудил?
Верисы взлетели.
"О, нет!" Я рванула из комнаты и лицом к лицу встретилась с потрясённым корейцем, который замер на нижней ступеньке.
— Кто ты, чёрт, такая? — требовательно спросил он.
— Тихо, — проорала шёпотом я, побежав к нему.
— Какого?.. — слово умерло на его губах, и он в ужасе выпучил глаза.
Я застыла на месте. Мне и оборачиваться не надо было, чтобы понять, что я опоздала.
ГЛАВА 5 
Мужчина заорал и, развернувшись, попытался убежать верх по лестнице. Ему удалось сделать всего лишь три шага до того, как верисы добрались до него. Они неистово закружили вокруг него, и у меня свело живот от вида огромных изогнутых жал, выступавших из-под их брюшков. Жала уже блестели от яда.
Я лихорадочно стала оглядываться по сторонам, ища хоть что-то чем можно было бы помочь мужчине. Мой взгляд зацепился за висевшую на стене картину в раме. Я сорвала её со стены в тот самый миг, когда мужчина издал леденящий кровь крик. Он скатился вниз по ступенькам и упал корчащейся, кричащей грудой у основания лестницы. Эти звуки ещё больше взбудоражили верисов, и, бросившись к нему, они стали пронзать его своими жалами.
 
Я побежала к ним, замахнувшись картиной. Развернувшись, я вмазала картиной по верису, отбросив создание к стене. В поисках новой угрозы другие верисы тут же позабыли о мужчине, но мой белый наряд сбивал их с толку. Они видели только картину, и кинулись на неё как метательные снаряды.
Целую напряжённую минуту, пока я отбивала одного вериса за другим, я думала, что пропала. Казалось, мои рёбра вот-вот треснут от давления в груди, и я едва не обмочилась, когда жало зацепилось за мою перчатку. Я умудрилась отогнать вериса прочь раньше, чем он смог ужалить меня, но от столь смертоносной ситуации меня бросило в холодный пот.
Ко времени как я покончила с последним верисом, мужчина бился в конвульсиях, и из его рта шла пена. Я бросила картину и, подбежав к нему, насчитала как минимум девять пузырчатых рубцов на его лице и руках. С таким количеством яда в крови, он умрёт в считанные минуты.
Я бросилась в комнату с клетками, где другие верисы всё ещё пребывали в отключке. Открыв дверцу их клетки, я сгребла немного белого кала и снова заперла клетку. Спешно вернувшись к мужчине, я покрыла рубцы склизкой, дурно-пахнущей массой. Мне пришлось сбегать за калом ещё раз, но когда я закончила, мужчина перестал метаться в конвульсиях, как и не стало пены во рту. Я понятия не имела, достаточно ли было моих мер, чтобы спасти его, но я дала ему шанс, и это было лучше, чем ничего.
Сдернув испорченные перчатки, я рванула к главной двери. Открыв её, я налетела на агента Росса.
— Вызывайте реанимацию. Внутри мужчина с множественными ранами от жал верисов.
Несколько секунд он таращился на меня, а потом развернулся и стал кому-то раздавать приказы. Агенты бросились заниматься делами, а Росс снова посмотрел на меня.
— Угроза нейтрализована?
— Да.
Я стянула лыжную маску с головы и получила огромное удовольствие от холодного воздуха, который омыл моё разгорячённое лицо. Отступив назад, я жестом позвала агента внутрь.
Он прошагал мимо меня и подошёл к лежащему без сознания мужчине у основания лестницы. Мимо меня протиснулись ещё агенты, и все они настороженно разглядывали мёртвых верисов в коридоре, пока направлялись к своему руководителю.
Росс окликнул меня.
— А что за белая фигня на нём?
— Испражнения верисов, — я заправила выбившиеся волосы за уши. — Если приложить их, это вытянет большую часть яда.
Его глаза широко распахнулись.
— И ты это знаешь?
— Моя работа знать это.
— Впечатляюще, — произнесла женщина-агент, которая присела рядом с мужчиной. — Никто не смог выжить бы после стольких укусов верисов. Если он выживет, он должен быть тебе признателен за это.
— Кто он? — спросил меня Росс, словно я должна была знать ответ.
Я покачала головой.
— Понятия не имею, но более чем уверена, что он друг владельца. Он спустился со второго этажа и, похоже, он проспал весь рейд.
Агенты стали смотреть на мужчину с новым интересом, и женщина, запустив под него руку, вытащила тонкий бумажник из его заднего кармана. Она отыскала водительское удостоверение и громко зачитала имя:
— Брайан Канг.
— Пробейте имя, — приказал главный агент. — Я хочу знать всё, что на него есть, и об его связях с Льюисом Тейтом.
 
— Да, сэр, — женщина-агент встала и, сверкнув мне улыбкой, поспешила прочь.
Росс повернулся к другому агенту.
— Диас, найди записи с этих камер. Если нам повезёт, Тейт не успел удалить их перед бегством.
— Если я вам больше не нужна, я вернусь к работе, — сказала я Россу. — Мне всё ещё надо найти никси и драккана.
Он посмотрел на меня, словно уже и забыл о моём присутствии.