Кадры решают всё (СИ)

– А когда Кеннету красили когти? – тут же заинтересовался Морти, моментально забыв о своём недовольстве темой разговора.
– Когда король Ганелон представлял Тео в качестве ректора новой академии, – засмеялся Харви, – это было потрясающе! Когда-нибудь мы тебе расскажем. Но тогда леди Матильда и госпожа Теана, – тут капитан отвесил уважительный поклон довольно заулыбавшимся женщинам, – сотворили чудо! Теодор произвёл настоящий фурор, ну и мы с ним за компанию. При этом идея костюмов и всего остального была придумана, как говорят, «на коленке». Поэтому я бы снова доверился в этом вопросе леди Матильде. Что скажете, дамы?
– Наш Теодорчик и все, кто с ним пойдёт, должны выглядеть не просто чудесненько, а великолепно! Чтобы они там, эти правители, все себе ручки до локоточков сгрызли, мои сладенькие! – с энтузиазмом откликнулась госпожа Теана, задорно тряхнув кудряшками.
– Насчёт ручек не знаю, но вот то, что Теодор должен выглядеть сногсшибательно, но при этом со сдержанным благородством — это несомненно, – высказалась в свою очередь леди Матильда и смерила будущих участников бала оценивающим взглядом. – Я буду думать, как нам произвести впечатление и при этом избежать повторения прошлого варианта костюма.
– Можно мы пойдём? – с надеждой спросил Хасид, настороженно поглядывая на изучающих его женщин. – А то у меня такое впечатление, что вы, леди Матильда, прикидываете, как получше меня приготовить и подать к столу…
– Примерно так и есть, – не стала спорить с ним невозмутимая леди, – но так и быть, можете идти… пока…
– Вообще-то это твой кабинет, Тео, – громким шёпотом сообщил ректору Морти, всё ещё слегка обижающийся на леди Матильду за её угрозу надеть на него бантик со стразами, – так что ты вполне можешь тут и оставаться… Это я так, на всякий случай…
Глава 12 
– Храни их Великая Бесконечность, – прошептала Габриела, стоящая на крыльце вместе с Джулианом, которого после долгих размышлений и споров до хрипоты всё же решили оставить. Не по причине недоверия — за прошедшие дни и Тео, и остальные уверились в исключительной порядочности и какой-то невероятной внутренней чистоте нового члена коллектива. Просто в итоге все сошлись во мнении, что время раскрывать карты ещё не пришло и заявлять о настоящем происхождении травницы Юлины пока рано. Джулиан сначала спорил, но потом признал правоту друзей и согласился остаться «за старшего» вместе с Харви и Кармайклом. Никто даже близко не представлял, сколько этот самый загадочный Бал продлится и, следовательно, когда Тео, Биэль, Морти и Хасид смогут вернуться.
И вот сейчас все домочадцы, ибо именно большой семьёй и ощущали себя все нашедшие приют в замке и около него, выстроились на крыльце и провожали отправляющихся на Бал. В присланном Лимейной официальном документе были перечислены все приглашённые и было дано указание явиться в определённое время на берег болота. Именно туда сейчас и направились Теодор и «сопровождающие его официальные лица», как было сказано в переданном приглашении.
Прошедшие десять дней были наполнены суетой и какими-то никак не заканчивающимися делами, но все события затмила презентация созданных леди Матильдой при помощи госпожи Тамьяны и проявившего удивительное для воина чувство стиля Кармайкла костюмов для отправляющихся на бал.
В тот день Тео принимал обустроенные Зайкой комнаты мужского общежития, которое Биэль с завидным упорством продолжал именовать казармой. Они как раз обсуждали с демоном важный вопрос: нужен ли в комнатах турник или достаточно того, который будет на тренировочной площадке. Теодор настаивал на том, что комната — это прежде всего место отдыха, а демон продавливал идею о том, что и во время отдыха не грех пару раз подтянуться, так сказать, просто чтобы быть в тонусе. Тео вспомнил свои студенческие годы и представил, что он ещё и в комнате подтягивался бы, и содрогнулся. В итоге сошлись на том, что турники будут только в комнатах студентов боевого факультета, а целители, артефакторы, алхимики и некроманты как-нибудь и без этого элемента дизайна обойдутся.
 
Прозвучавший сигнал коммуникаторов прервал спор, и Тео с Биэлем, придя к относительному согласию, отправились в холл, как и было прошено в сообщениях, пришедших на их коммуникаторы. К моменту, когда они туда добрались, в холл подтянулись и остальные заинтересованные лица, то есть практически все.
В середину холла торжественно вышла леди Матильда и, строго оглядев замерших от любопытства зрителей, сказала:
– Мы долго думали, совещались и решили, что в данном конкретном случае будет уместно, если вы все пойдёте в костюмах, которые после небольшой переделки потом станут парадной формой для преподавателей Академии. Это не королевский дворец, здесь нужно обозначить не только и не столько богатство, сколько статус и единство. Поэтому мы придумали вот это…
Она отошла в сторону, и из боковой двери появился Кармайкл, который активно участвовал в разработке и даже согласился сегодня поработать моделью, как назвала это та же леди Матильда.
На декане боевого факультета был строгий камзол из тёмно-синей ткани, украшенный только вышитой золотом на левой стороне груди эмблемой. Узкие тёмные брюки были заправлены в высокие сапоги с позолоченными шпорами. Из-под камзола виднелась рубашка серо-стального цвета с элегантным кружевным жабо. Манжеты, слегка выглядывающие из рукавов, тоже были отделаны кружевом. Получилось строго, элегантно и дорого.
– Никаких мантий, никаких шляп и прочей неуместной мишуры, – прокомментировала леди Матильда новую форму. – Только строгие костюмы. Готовы выслушать ваши замечания.
– Это просто восхитительно! – совершенно искренне воскликнул Тео. – Вы неподражаемы, леди Матильда! И все, кто вам помогал!
– У нас у всех форма будет одинаковая? – поинтересовался Хасид. – И у Тео?
– Форма Теодора немного отличается, – пояснил уже Кармайкл, – у него рубашка не серая, как у всех, а белая, кружева лиорские, и, главное…
Тут демон посмотрел на Биэля, и тот, кивнув, куда-то поспешно ушёл, но буквально через минуту вернулся, держа в руках небольшой поднос, на котором лежало что-то, накрытое тканью.
– Что это? – озвучил возникший у всех вопрос любопытный Морти. – Там какие-нибудь украшения?
Биэль остановился рядом с леди Матильдой и со значением переглянулся с остальными призраками и с Кармайклом. Тео замер, понимая, что сейчас произойдёт что-то очень важное не только для него, но и для остальных. Он даже почти перестал дышать…
– Теодор, – торжественно начал Биэль, обращаясь к ректору, – мы подумали и решили, что пришло время сделать то, что мы собирались сделать ещё месяц назад. Лимейна назвала тебя королём академии и признала, что твой статус для местных жителей — и живых, и мёртвых — равен королевскому. Мы с ней в этом полностью согласны. Поэтому, посовещавшись, мы решили передать тебе вот это…
Тут Биэль сдёрнул ткань с подноса, и Тео замер в восхищении: перед ним лежала графская геральдическая корона. Тонкий золотой обруч с девятью украшенными чёрными жемчужинами зубцами. Строгий, изящный и невероятно красивый. Тео почувствовал, как у него перехватило дыхание, а глаза защипало.
– Это графская корона Генриха, – негромко сказал лорд Эндрю, но в царившей в холле абсолютной тишине его голос был слышен всем, – если кому и носить её, то только тебе, Теодор.
– Но… – только и смог выговорить растерянный и поражённый ректор.
Тут из возникшего облачка вышла Зайка и подошла к нему. Она взяла Тео за руку и очень серьёзно посмотрела на него, а потом кивнула, показав пальчиком на себя, а потом на него.
– Она хочет, чтобы ты принял эту корону, – негромко сказал Биэль и, подойдя ближе, торжественно надел золотой обруч на голову Теодору. – Ты достоин её, Тео. Мы так решили.
– Благодарю, – прерывающимся голосом ответил Тео и, повинуясь внезапно вспыхнувшему чувству, опустился на одно колено. – Я принимаю этот венец и клянусь быть достойным вашего доверия.