Кадры решают всё (СИ)

– Некросссс… – прошипела темнота, отступая, – зззачем ты пришшшёл?
– Лорд Эдриен, – громко сказал Теодор, удерживая вокруг себя и Морти защитный купол и при этом притягивая к себе призрака. Тот сопротивлялся изо всех сил, но противопоставить сильному некроманту ему было нечего. Каким бы сильным магом при жизни ты ни был, в призрачном состоянии противиться призыву ты не сможешь. Но призрак лорда Эдриена сопротивлялся изо всех сил, и Тео пришлось слегка надавить. В итоге перед ними возникла размытое чёрное пятно, в котором с определённы трудом можно было узнать человеческую фигуру.
– Ты знаешшшь меня? – в шипении призрака прозвучало что-то, похожее на удивление, но тут же пропало. – Нет большшше лорда Эдриена…
– Мой друг, – голос графа прозвучал неожиданно, но сгусток мрака вздрогнул, словно от удара кнутом, – ты мне нужен, Эдриен. Вернись!
– Ссснова… ссснова… – простонал призрак, словно сгибаясь пополам от боли, – я не сссмог ссспасти… зззащщщитить…Просссти…
Дальнейшие слова слились в невнятное бормотание, затем призрак мощным рывком попытался сорваться с невидимой цепи, на которой держал его Тео, но не смог. И тогда Морти включил фонарь, который, оказывается, успел прихватить. Тьма слегка рассеялась, и Тео увидел силуэт высокого мужчины в длинном плаще. Узнать в нём того мага, которого показывала им Зайка, было очень сложно: призрак выглядел измождённым, смертельно уставшим и совершенно равнодушным. Лишь в глубоко запавших глазах вспыхивали искры ненависти.
– Эдриен, – негромко окликнул его граф, – Эдриен, вернись, ты мне очень нужен, без тебя мне не справиться. Ты нужен мне и ты нужен Изабель. Ты помнишь её?
– Это опять кошшшмар, – прошипел призрак, не отрывая взгляда от графа Генриха, – это бред, это видение…
– Это не бред, – Морти сделал шаг вперёд, и призрак не отшатнулся и не напал, – это я, Эдриен. Я пришёл просить тебя о помощи.
– Генрих, – простонал призрак, подлетев к бывшему воспитаннику, и вдруг опустился на колени, – прости меня, я не смог уберечь тебя. Я знал, что эта мразь не оставит тебя в покое, но не смог защитить того, кто был мне как сын.
– Ты не виноват, что умер раньше меня, – мягко ответил Морти, – поверь, я не виню тебя, но мне нужна твоя помощь, Эдриен. Я хочу просить тебя помочь моей дочери, ставшей душой замка, и тем, кому она поверила.
– Некросу? – недовольно колыхнулся в сторону Теодора призрак. – Изабель не могла довериться ему, призраки не любят этих детей Вестницы Бесконечности. Я и сам занимался немного некромантией и знаю, какую тьму она несёт в себе. Да и к чему? Замок разрушен, на кладбище призраки… Не будет у замка нового хозяина, пока не погребён старый.
– Что вы знаете об этом? – Тео решил, что пора вступить в беседу, так как призрак перестал шипеть и начал разговаривать достаточно осознанно. – Поверьте, я искренне желаю и Изабель, и графу Генриху спокойного посмертия, и никогда не стану принуждать никого. Но замок получит новую жизнь: в нём будет основана академия. И я — её новый ректор.
– Академия? – было ощущение, что призрак не верит сам себе. – Какая академия?!
– Академия Последнего Шанса имени его величества Ганелона, – невозмутимо пояснил Теодор, – и, как ректор, я хотел бы предложить вам работу в ней. Леди Матильда, например, уже некоторое время работает у нас экономкой и намерена продолжить трудиться и тогда, когда появятся студенты.
– Матильда? – окончательно растерялся бывший маг. – Она … здесь? А крошка Изабель? А…
– Леди Изабель, которую вы сделали душой замка, оказывает нам всяческую поддержку, – улыбнулся Тео, – а также Биэль, капитан Харви и даже Густав.
– Что скажешь? – призрак повернулся к графу и пристально всмотрелся в него.
– Я? – переспросил Морти. – Мне кажется, идея академии просто великолепна.
– Что же, я должен всё осмотреть и тогда принимать решение, – помолчав, сказал призрак, – а ты, мальчик, можешь снять иллюзию. Она хороша, но ты не Генрих. И мне хотелось бы понять, что заставило вас прибегнуть к этому маскараду.
 
– Откуда? – воскликнул Морти, сбрасывая иллюзию и становясь самим собой. – Иллюзии — мой дар, никто не может видеть сквозь них.
– Запомни, юный демон, – устало улыбнулся призрак, уже почти восстановивший пусть призрачную, но человеческую внешность, – обмануть можно кого угодно, иллюзии твои хороши, слов нет. Но любящее сердце увидит правду сквозь любой морок…
– Мы просто хотели, чтобы вы вынырнули из своего сумрачного состояния, и решили, что нужен некий психологический якорь, образ того, кто был вам дорог, – стал объяснять смущённый Морти, – и ни в коем случае не хотели вас обидеть.
– Я верю, – кивнул бывший замковый маг, – это было, наверное, единственно верное решение.
– Могу я задать вопрос, – выдохнув и поняв, что всё в порядке, спросил Тео, – он, наверное, будет непростым и болезненным для вас… Что случилось с графом Генрихом?
Призрак бывшего мага как-то побледнел и съёжился, но достаточно быстро оправился и подлетел ближе к Тео и Морти.
– Я знаю не слишком много, – явно переборов себя, начал он дрогнувшим голосом, – я расскажу с самого начала, а вы спрашивайте, если что.
– Уж про это не переживайте, – бодро сказал Морти, усаживаясь на ступеньку лестницы, – и ежели что — обращайтесь за психологической помощью, я здесь.
– К тебе? – скепсиса в голосе бывшего мага хватило бы на десять человек, но Мортимер сделал вид, что не заметил. Действительно, профессионалы выше этого….
– Так вот, – вернулся к рассказу Эдриен, – когда я отдал все силы, чтобы малышка Изабель смогла завершить заклинание, Генрих сражался внизу и был только ранен, да и то не опасно. Гораздо страшнее оказались для него раны душевные: он, взрослый воин, хозяин замка, остался жив, а его юная дочь, его радость, его счастье, погибла. Я приходил в себя долго, но смог восстановить почти половину резерва и тогда предложил графу похоронить девочку в башне и сделать хранительницей замка. Он сначала отказал, но потом оставшиеся в живых немногочисленные воины смогли убедить его в том, что это будет лучшим решением. Мы вынесли тело Изабель из пустого фамильного склепа — замок ведь был недавно построен — и перезахоронили в башне. Я провёл необходимый ритуал, и Изабель стала душой замка. Но Генрих не находил себе места, стал озлобленным, ни с кем не общался и лишь ковал планы мести графу Блайвилю, один нереальнее другого.
– А что, этот Блайвиль, он просто хотел отнять землю? Про жену графа мы уже знаем, нам леди Матильда сказала, – аккуратно прервал рассказчика Тео.
– Род Блайвилей издавна был знаменит своей тягой к запретной магии, – задумчиво ответил призрак, – но тогдашний король закрывал на это глаза, ведь они всегда селились далеко от столицы. А раз нет угрозы трону — то и пусть балуются, ведь в провинции так скучно!
– А что такого в этой земле, что Блайвиль хотел её получить? – задал в свою очередь вопрос Мортимер. – Раз уж пошёл на такое массовое убийство?
– Я тоже задавал себе этот вопрос, – призрак покачал головой, – но ответа не нашёл…
– Морти, а ты можешь узнать по своим каналам что-нибудь? Может, из вашей божественной братии кто-нибудь в курсе? – попросил Тео Мортимера, и тот с готовностью кивнул. – И что же случилось потом?
– А потом однажды я не проснулся, – спокойно, как о чём-то обычном, сказал бывший маг, – что было достаточно странно, учитывая то, что я практически восстановил силы и мог прожить ещё долго.
– Вас убили? – сочувственно вздохнул Тео. – Но кто?
– Я не знаю, – ответил призрак, и Теодор удивлённо поднял брови.
– Так не бывает, призрак всегда знает, кто стал причиной его смерти, это аксиома! Это я вам со всей ответственностью могу сказать!
– Как видишь, бывает, – пожал призрачными плечами Эдриен, – и я даже пытался разобраться, но всё словно пеленой покрыто. А потом не до того стало.
– Граф? – понимающе вздохнул Морти. – После вашей смерти его уже ничто не держало в замке, да? Он не мог сам уйти из жизни, но хотел поквитаться с врагом?