Когда мы встретились (ЛП)

— Я люблю тебя, милая.
Ее улыбка становится шире. То, как я ласково называю Сев и ее сестру, всегда вызывает у них эту хитрую улыбку, а для меня это причина, по которой этот провинциальный город всегда будет держать меня здесь, независимо от слухов маленького городка.
***
Когда мы приезжаем, Сев уходит в офис, где тусуется весь день. У моих девочек нет няни, и, честно говоря, мне нравится, когда они со мной, и я знаю, что они делают.
В мастерской сразу сталкиваюсь с Лилиан, пытаясь избежать с ней разговора, срываю с прилавка заказы на ремонт и направляюсь к двери.
— Бэррон? — зовет она.
Чеееерт. Поворачиваюсь на пятках, чтобы посмотреть ей в лицо, и моментально сожалею об этом. Я не люблю, когда люди плачут. У меня две дочки, так что это повседневное явление, но мне от этого не легче. Они обрабатывают меня своими слезами. Получают все, что хотят, выпятив подбородок и хлопая заплаканными глазами. Не верите мне? По дороге сюда я остановился ради этого проклятого медведя. Его грязное обмякшее тело сидит на детском сиденье Кэмдин и ждет ее.
— Привет, доброе утро, Лил. — Пожалуйста, не хочу об этом говорить. Жду, глядя на нее. Она ничего не говорит, отпивая кофе. — Хорошо, я буду в мастерской.
— Эй, — начинает она, и я съёживаюсь. Ненавижу девичьи разговоры. Это сводит меня с ума. В такие моменты хочу рвать на себе волосы. Кроме того, не рассказывайте мне секретов. Не хочу ничего знать. Я могу рассказать кому-нибудь, и не желаю отвечать за распространение слухов. Вы знаете, я их не люблю.
Смотрю на Лилиан и по её тяжелому дыханию понимаю, куда она клонит. Она готовится излить мне свои девчачьи проблемы. Чего бы я только не отдал, чтобы снова оказаться в детской кроватке и смотреть на Мэрилина Мэнсона. Вот как мне нравится говорить о проблемах с женщинами.
— Прошлой ночью мы с Морганом были в баре и…
— Я собираюсь остановить тебя на этом месте. — Держу заказ на ремонт в руке. — Если это связано с членом моего брата, я ухожу. Есть некоторые вещи, которые я не хочу знать, и это одна из них.
Она делает паузу на мгновение, оглядываясь по сторонам в поисках Сев, которая полностью увлечена рисованием ведьм и Хэллоуина, прежде чем выпалить:
— Мы спали вместе.
Я уставился на нее. Растерянно. Черт, даже Сев отрывается от своего рисунка, качает головой, а затем возвращается к раскрашиванию. Дочка понятия не имеет, что это значит, но выражение ее лица бесценно. Опускаю глаза на заказы о ремонте. Кажется, сглатываю и переминаюсь с ноги на ногу, может быть, вздыхаю, но точно не знаю. Я считаю шаги к двери, мечта быстро преодолеть это расстояние и уйти от разговора.
— Ты собираешься что-то сказать?
Ухмыляюсь и продолжаю перелистывать заказы.
— Нет, но держу пари, что его жена собирается.
— Бэррон… — Лилиан начинает истерически плакать. Я имею в виду, чертовы рыдания на всю катушку.
Шагнув вперед, хлопаю ее по макушке.
— Хватит плакать.
— Что мне делать?
— Я не знаю, и мне все равно. Это между вами двумя.
Ее лицо искажается от гнева из-за того, что я не хочу с ней разговаривать.
— Я просто хочу с кем-нибудь поговорить.
— Поговори с Сев. Я уверен, она послушает.
Дочка ухмыляется, как и я.
— Я не буду слушать.
Теперь вы начинаете понимать, что мой маленький, любящий привидения, монстр очень похож на меня?
Лилиан продолжает говорить мне, что Морган не перезвонил ей сегодня утром, и она беспокоится.
— У меня нет на это времени. И так хватает поводов для беспокойства. — Делаю серьезное выражение лица. — Вчера Кэмдин гуглила секс с Барби. То, что ты трахаешься с моим братом, меня меньше всего беспокоит на этой неделе.
Лилиан теряет дар речи, теперь ее очередь быстро моргать. Не ожидали, что я подкину вам эту чертову пикантную информацию? Вот что я почувствовал, когда посмотрел на ее проклятый iPad и нашел это. Я еще не спрашивал об этом Кэмдин, потому что да, я хотел бы избежать этого разговора.
Сев берет свой рисунок, горсть мелков и направляется к двери.
 
— Хватит говоЛить сто слов в минуту. Голова болит.
Лилиан наблюдает, как она уходит, ее слезы уже высохли.
— Кэмдин действительно гуглила секс с Барби?
— Да.
— Это что шутка?
Хмурюсь, испытывая одновременно отвращение и любопытство при мысли об этом.
— Я понятия не имею.
— И ты ничего не сказал?
Выгибаю бровь.
— Что я должен был сказать?
— Столько всего приходит в голову. Ты должен поговорить с ней об этом.
— Это вещи, которые я, вероятно, не хочу обсуждать. — Прикрепляю скотчем заказы к прилавку. — А теперь оставь меня в покое. У меня полно работы.
Когда я подхожу к двери, Лилиан вздыхает.
— Если ты услышишь что-нибудь от Моргана, скажи ему, чтобы он позвонил мне.
Открываю дверь.
— Я не буду это делать.
Нахожу Сев, она сидит перед ящиком с инструментами и рисует на бетонном полу. Останавливаюсь возле нее, попивая кофе. Дочка держит в руках листок бумаги в черно-фиолетовых цветах. Разглядываю его.
— Что это?
— Ведьма. Она спит с Морганом.
Заливаюсь смехом. Боже правый. Всего девять утра, и посмотрите, сколько всего мы уже успели сегодня сделать.
— У Моргана плохой день, да?
Сев пожимает плечами.
— Я хочу есть.
Конечно, она голодна.
ГЛАВА 3
Проблемы с девушками
У нас всех они были.
БЭРРОН
— Кинь его в почтовый ящик за меня.
Серенити берет конверт и ухмыляется из-за написанного на нем адреса. Она уже в третий раз посылает эти документы назад в Калифорнию.
— Интересно, Тара отправит их обратно?
— Наверное, когда увидит, что я их так и не подписал.
Она смеется, закатывая глаза.
— Ты такой непреклонный.
— Так и есть, когда я чего-то хочу.
Ее щеки краснеют. Я знаю, что Серенити запала на меня. Она рассказала об этом, но я ответил, что ей всего семнадцать. А даже если бы она была и старше, то эта девушка не в моем вкусе.
— Он креветка. — Я уставился на Серенити. Накручивая свои золотисто-каштановые локоны на палец, она делает глоток воды и снова закручивает колпачок. — Он думает сердцем.
Серенити отвечает на звонки в мастерской, и хотя она милая девушка — слишком милая, если вы спросите меня, — она чертовски непредсказуема. Хорошенькая, но опять же, ей семнадцать. Этой весной Серенити заканчивает школу, может утомлять разговорами о бесполезном дерьме, соревнуется в скачках на конях вокруг бочек (Прим. пер. barrel race — дисциплина в родео) и хочет стать ветеринаром по крупным животным. Во-первых, никогда не доверяйте девчонкам-участницам родео, с ними проблемы, а во-вторых, она знает слишком много фактов о животных.
Например, о сексе креветок и осьминогов. Я не хотел этого знать, но теперь знаю, так что и вы слушайте. Самки осьминогов — каннибалы и едят самцов, когда им, черт возьми, этого хочется. Особенно во время секса, потому что они так близко друг к другу. Я за извращенный секс и укусы, но есть меня, нет, спасибо. Можете это представить? В любом случае, Серенити как-то днем рассказала мне, как именно это происходит. Я имею в виду спаривание. Самец осьминога засовывает свою руку-член (да, одна из его рук на самом деле член) в рот самки и молится, чтобы его не съели, прежде он успеет кончить. А если он действительно напуган, то отрывает руку, бросает в самку, посылая ее на хрен. Затем умирает одинокой смертью от изнеможения. На самом деле, они оба умирают после секса. Это как упоротая морская версия Ромео и Джульетты.
В любом случае из-за того, что я боюсь, куда зайдет этот разговор, мне не нравится разговаривать с Серенити.