Академия Акм 2 (СИ)

— Жаль. Очень жаль.
Танна развела руками, и мужчина поцеловал ее в прямой пробор на голове.
— Ты все равно умница, дорогая. Фарл справится.
Анна-Лиза им бы зубами в горло впилась, да кто ж даст? Фарл вернулся быстро, подхватил оба саквояжа, и направился к выходу.
— Анна-Лиза, иди за мной, — потянула ее за руку мать. Достала по дороге небольшую сумку, заранее готовилась, стерва…
Анна-Лиза послушно шла.
И понимала, что — беда.
Селия сейчас в Аргайле, Линда уехала с отцом… Грон и Рональд на острове, с императором. Помощи ждать не от кого.
***
В карете Фарл раскинулся на одном сиденье, Анну-Лизу пихнул на второе, пихнул рукой в грудь, ухмыльнулся.
— Ну что? Прокатимся, дорогая невеста?
Анна-Лиза молчала.
Ах, вызвать бы водяную плеть… ты бы, скотина, до самого Лоходола бегом бежал! Или — полз, на четырех костях! Сломанных!
Но даже этого она не смогла бы сделать. Только смотрела… и надеялась, что Фарл прочтет обещание убийства в ее глазах.
Парень хмыкнул.
— Жаль, что надо торопиться. Но и в карете можно заняться чем-то интересным, нет? Пересядь ко мне, Анна-Лиза.
Девушка послушно выполнила приказ. И содрогнулась от отвращения.
Скотина!
Воняло от него дешевым вином, и дорогими духами, страшная смесь. Вино, духи, пот, собственный, мужчины, запах… последний — особенно омерзительный.
Гадина!
— Ну, детка, скажи, как ты меня любишь!
Анна-Лиза молчала.
Она же не детка, верно?
Фарл похабно хмыкнул — и полез руками в вырез платья Анны-Лизы. Тонкий шелк сполз под его пальцами, и мужчина впился пальцами в нежную плоть.
— Не сопротивляйся, Анна-Лиза.
Девушка заскрипела зубами.
Но — что она могла сделать? Только надеяться, что до более серьезного не дойдет.
***
Линда осматривала Креси.
Красивое место.
Уютное спокойное, а благодаря отцу- еще и очень упорядоченное. После стольких лет службы, лэр Далг не мог подойти к вопросу иначе.
Равняйсь, смирррна! И трое суток карцера. За то, что кусты не острижены.
Но Линде нравилось. Наверное потому, что слуги не выглядели запуганными, крестьяне были спокойны, а во взглядах, которые люди кидали на лэра Винона было уважение.
Его не боялись.
От него не ждали подвоха, не ждали зла или подлости. Знали, что все будет по справедливости, а это — важно. Никому не хочется играть в игру, если вторая сторона всегда поменяет правила под себя, это понятно.
Линда с удовольствием осмотрела и дом, и земли, а потом отдала должное отличному обеду, который приготовила…
Да-да. Именно тетушка Мори.
У них с лэром Виноном все было настолько серьезно, что женщина отказалась выходить за него замуж. Отец признался Линде — и посмотрел на нее с надеждой.
— Может, ты с ней как-нибудь поговоришь? А?
— Поговорю, если хочешь. А ты женишься?
— Ты против не будешь?
— Буду. За, — честно сказала Линда. — Пап, ты у меня такой замечательный! Разве вы не заслуживаете счастья? Сколько вы уже вместе?
— Да уж лет десять…
— Вот. А если вы мне еще и братика или сестричку подарите — вообще замечательно будет.
— Не подарим. После второго малыша Мори рожать запретили.
— Ну и пусть. У нее двое есть, у тебя я, а если что — помочь ее детям ты ведь не откажешься?
Линда помнила сыновей тетушки Мори. Кажется, их тоже звала военная служба?
— Уже помог. Но я рад, что ты не против, — лэр Далг разглядывал дочь. Серьезно, вдумчиво. — Ты выросла, малышка.
— Так выросла — или малышка?
— Выросла. И малышкой тебя даже называть неловко.
— Но я тебя все равно люблю, пап. Ты у меня самый лучший.
Лэр Далг улыбнулся дочери.
— Я тебя тоже люблю. А ты мне внуков подарить не хочешь?
Линда покачала головой.
— Папа, я пока к этому не готова.
— А когда готова будешь?
— Да кто ж его знает?
— Болит еще?
Винон спрашивал со знанием дела. Но Линда только улыбнулась.
— Болеть, наверное, будет всегда. Сам понимаешь, ранит несбывшееся. То, чего в моей жизни никогда не будет… никогда…
 
— Но может будет нечто лучшее?
Линда пожала плечами.
— Может, и так. Юры нет, мне придется жить своей жизнью. Я уже начала, и буду продолжать в том же духе.
— И чем ты хочешь заниматься? Путешествовать?
Линда подумала пару минут.
— Не знаю. Мне понравилось путешествовать, но дороги — это не мое. Я себя чувствую не так. Неправильно… не знаю, как это выразить.
— Я знаю, — успокоил дочь лэр Далг. — Ты — маг земли. Тебе нужен кусочек земли, который ты будешь считать своим. А пока привязки не произошло, тебе будет сложно.
— Даже так?
— Да. Поэтому я и возделывал Креси, не жалея рук. Мне хотелось бы, чтобы ты стала здесь своей. Ты его… чувствуешь?
Линда пожала плечами.
— Не знаю. Нам о таком в Академии не рассказывали.
— Так об этом и не рассказывают, — хмыкнул лэр. — Это, скорее, из уст в уста передают. А маги считают это ненаучным, только вот я не первый год на границе. Насмотрелся. Магу земли, дочка, нужен тот клочок земли, который он считает родным. Который в его сердце. И если он будет туда возвращаться… тогда все будет правильно.
— Магу воды нужно озеро?
— Магам воды нужно или озеро. Или река, или ключи, или что-то такое… все реки мира — одна река. Но и им тоже нужно куда-то возвращаться.
— А огонь? Воздух?
— Посмотри на свою рыженькую подругу. Она маг огня — и что она делает?
— Горит, — рассмеялась Линда. — Из нас троих Селия горит ярче всего.
— Вот ты и поняла. Пока горит огонь, пока душа горит — она жива. Потухнет — умрет.
— А воздух?
— Воздуху легче всего. Они легкие, они ветреные бродяги, они везде приживутся…
— Юри мог бы прижиться здесь? — Линда спрашивала уже более спокойно. Болело, да. Но не так, как год назад, и слезы не катились сами собой, и куски души, словно по живому, не вырывало…
Уже легче.
— Ветер везде может прижиться. А вот остаться….
— Остаться?
— Смена мест, лиц, впечатлений… это ветер, детка. Маги земли и маги воздуха обычно не уживаются, если ты об этом. Воздух хорошо уживается с огнем, земля с водой, с огнем, но не с воздухом. Слишком уж он для нее легковесный…
— Понятно. А насчет дома — нет. Я себя не чувствую дома в Креси. Прости, пап.
— Дай время. И Лин я не просто так спросил. Может, тебя еще кое-что заинтересует?
— Что?
— У нас тут сосед есть… не сказать, что старый, не женат…
— Папа!
— Дочка? — лэр Далг был сама невинность.
— Сводником заделался на старости лет?
— Внуков хочу, — выражение лица у Винона было таким, что Линда фыркнула. Вот же ж! Разморковь твою капусту! И ругаться не получается… повезло ей! У нее не только отец — у нее еще и замечательный друг.
— Папа, не надо пока. Ладно?
— Хорошо. Но ты подумай, сосед у нас — золото.
— Что ж его никто не откопал, коли так?
— У всех свои раны, детка.
— Вот. Мне своих хватает, еще я с чужими возиться буду.
— Я тебя не неволю, сама знаешь.
Линда кивнула.
Знала.
— Пап, давай об этом потом.
— Договорились. Но с Мори ты поговори, хорошо?
Линда только головой покачала. Отец… такой отец. Не в лоб? Ну так на фланги! Не одна цель, так другая, но где-то он своего обязательно добьется. Но почему бы и не поговорить?
***
Анна-Лиза молчала.
А что она еще могла сделать? Проклятое зелье так и не выветрилось из крови, и она мгла только зубами скрипеть.
Фарлд лапал ее в открытую, но до чего-то более серьезного дело не дошло. Только до обещаний консумации брака.
И демонстрации ценного места, которое должно вознести ее к вершинам счастья.
 
С точки зрения Анны-Лизы — ничего особенного. Она и побольше видала. Маг же!
Бывали они в морге, и трупы резали, а как еще основы целительства преподать? Какая там стыдливость? Так что ничего нового Анна-Лиза не увидела, только противно было до тошноты. Хоть бы проблеваться, может, тогда проклятое зелье… впрочем, Анна-Лиза понимала, что результата не будет. Гадость уже в крови.