Ледяные маски Оверхольма 2 (СИ)
— Или не чужая. — Я все еще думала именно так, как говорила, и переубедить меня им будет сложно. — Возможно, я действительно просто умерла как Эмберлин, прожила еще одну жизнь в другом теле и в другом месте. А потом вернулась, освободившись от проклятия.
Говорила я эти слова не только и не столько для принца и Яролира, но и для Патрика. Мне искренне не хотелось, чтобы он решил, будто я самозванка и обманщица, которая только притворялась его сестрой, а на самом деле вовсю пользовалась наивностью и привязанностью подростка.
Я искренне привязалась к этому непоседливому, но очень честному, порядочному и храброму мальчишке. И не хотела его терять.
— Такая теория тоже может существовать, но на данный момент она абсолютно бездоказательна. Переселение души в другую оболочку нам знакомо, в том числе и на вашем примере, но вот подтверждений реинкарнации нет, — отмахнулся от меня Чариз.
— Зачем тогда весь этот цирк? — Я прищурилась. — В том числе и представление с «подслушиванием»?
— Проверки, проверки и еще раз проверки. А они лучше всего проходят, когда человек о них не знает. Вы, кстати, заметили, что нас тут пятеро?
— Я, ваше высочество, мой муж и мой паж, — перечислила я. — Кто пятый? Господин Торстен? Или брат Яролира?
— Патрика уже увели, если вы не заметили. До того, как вы признались в своем иномирном происхождении, — тонко усмехнулся Чариз, показывая, что понял подоплеку моих слов и моего упорства. — Нечего парнишке уши греть, с него пока достаточно. Яр, будь добр.
Муж вздохнул, чуть шевельнул рукой, и прямо за его плечом появился знакомый мне до боли мужчина в маске.
— Тристан, правильно? — кивнула я ему. — Или лучше называть вас лейтенант Арлингтон? Просто Ар?
— Можете по имени, — хмыкнул мужчина абсолютно незнакомым мне голосом. И снял маску. Точнее, он просто «пошел рябью», как старенький советский телевизор, и маска исчезла с его лица сама собой.
Он был похож на Яролира как… нет, не как близнец. Как родной брат — это ближе к истине. Выглядел на пару лет моложе и немного… жестче. Более рубленые черты лица. Другой цвет глаз. Губы чуть тоньше.
Тристан был красив, но его красота выглядела еще холоднее, чем внешность Яролира. А еще он был выше и массивнее. Ему, чтобы выглядеть внушительно, явно не приходилось носить под плащом магический «экзоскелет».
— А с кем я в итоге провела несколько ночей? — Меня действительно живо интересовал этот вопрос, и я чутьем уловила: если спросить прямо в лоб именно сейчас, мне ответят честно. Уж не знаю, отчего моя интуиция так решила, но она, как обычно, не ошиблась.
Мужчины подавились. Все трое, одновременно.
— Со мной. — Яролир поднял руку, как образцовый школьник за партой, и снова кашлянул, отведя взгляд.
— То есть только с собственным мужем? — Я тихо рассмеялась, не сумела удержаться.
— Хм… — Чего это они все так задумались, интересно? И на мой смех реагируют настороженно. Словно ждут… хм. Истерики? Попытки побить обманщика? Сковородкой по башке? Чего? — Да, никто из вас не нарушал священные узы брака.
— И повода для развода нет, — кивнула я, на секунду задумавшись. — Официального, я имею в виду. Только объясните мне, молодые люди… какого черта вы вообще затеяли цирк с требованием от Эмберлин подписать бумаги? И что мы будем с этим делать дальше?
— А почему это вы вдруг решили, молодая неизвестная нам леди, что мы должны перед вами отчитываться? Кажется, мы и так рассказали вам более чем нужно, — поинтересовался принц, опасно понизив голос. — И придержите гонор, я не ваш паж.
— Ну, во-первых, я старше вас всех раза в три. — Блефовать — так с музыкой. — И кое-что, как говорится, понимаю в колбасных обрезках. Вы не затеяли бы этот разговор, если бы не хотели найти во мне союзника, несмотря на подозрения. А во-вторых…
— Врет, — вдруг подал голос Тристан. — Не может она быть такой старухой. Ей около тридцати…
—…девяти, — охотно подсказала я. — Так что вы рядом со мной все равно молоды.
— Ну и что же «во-вторых»? — поинтересовался вдруг Яролир, не давая открывшему было рот принцу снова высказать мне претензии.
— А во-вторых, я все еще хочу развод по составленному нами договору в обмен на честное сотрудничество.
* * *Народ, я тут сейчас наслаждаюсь новиночкой от Мстиславы Черной, мне прямо нравится) Попробуйте, а вдруг и вам зайдет! Называется «Хозяйка графских развалин»;)
Глава 22
— А не слишком ли наглое требование к монаршей особе? — вкрадчиво поинтересовался Чариз, и я почувствовала с его стороны настоящую угрозу.
— А при чем тут вы, ваше высочество? — На меня вдруг навалилась усталость. — К вам вообще никаких вопросов… это у меня к мужу требование.
— Вот и высказывайте его в собственной спальне, — рыкнул принц. — А здесь помолчите уже и послушайте, что вам скажут! И будете делать что велено без всяких условий, понятно?
— Чар! Успокойся. — Яролир аж подскочил с кресла и, такое впечатление, попытался загородить меня собой. Во всяком случае, он уверенно занял место на линии возможной атаки. — Сам сказал — она иная. Ей просто непонятна наша иерархия и законы. Пусть ей там хоть пятьдесят, хоть сто лет, сейчас она будто маленький ребенок. Ты же не обижаешься на детей. — Муж украдкой бросил на меня многозначительный взгляд и отрицательно покачал головой.
— Она не настолько глупа, чтобы не видеть очевидного. — Чариз еще явно злился, но слова Яролира на него подействовали как масло, разлитое в бушующие волны. — И вполне осознанно, нарочно пробует границы дозволенного. Я всего лишь обозначил их для нее без лишних сантиментов. Эта душа — самозванка в теле Эмберлин, и пусть не забывает об этом! Да, призвали душу в это тело не по ее воле, но это не значит, что теперь я, ты или наше королевство ей что-то должны. Хочет долгов — пусть требует их у почившего лорда Лоингира, который и организовал проклятье для своей дочери.
— Ты не совсем прав насчет ее самозванства. — После непродолжительного молчания муж словно бы собрался с мыслями и выдвинул следующий аргумент: — Если ты вспомнишь основы, то сообразишь, что родовые знаки привязаны не только к телу, но и к душе. И раз уж они не исчезли… то вполне возможно, что перед нами именно Эмберлин, просто перенявшая знания чужой души. А так как изначальная ее личность утонула в безумии, то эта взяла верх.
— В любом случае урок хороших манер нахалке не повредит. — Принц так же внезапно успокоился, как раньше вспылил. — Я не ты, Лир, и не буду к ней так снисходителен. А еще стоит запомнить, что и все остальные лорды этого королевства — тоже… не ты. Милая Эмберлин, кем бы она ни была, сильно рискует однажды нарваться на серьезные неприятности в ответ на свою раскрепощенность и пренебрежение иерархией. Впрочем, я махнул бы рукой на этот факт, рискуй она только своей головой. Но пока вы не разведены, отвечаешь за эту женщину ты. И мне не нужно, чтобы тебя вызывали на дуэль после каждого появления твоей жены в свете. Вы поняли мою мысль, леди?
— Разве я хоть раз вела себя неприлично при посторонних? А сейчас всего лишь решила, что вы друг Яролира и потому достойны доверия. — Легкий испуг уже прошел, к тому же ему все равно не дала разыграться моя ледяная анестезия. Но слова принца я приняла к сведению.
— Вот именно. Я его друг. Не ваш. И вам стоит это запомнить.
— Жаль. — Я пожала плечами. — Вы казались мне достойным дружбы. Но навязываться я точно не собираюсь.
— И снова она хамит. — Чариз махнул рукой, словно сдаваясь, но я все равно заметила, что он спрятал усмешку в уголках губ. Как бы его высочество ни ругался, на самом деле он не так уж и оскорбился моим нахальством. Скорее, действительно попытался обозначить границы опасной зоны. — Ладно, Лир. У меня нет времени спорить с твоей женщиной. Сам разбирайся. Мне потом поведаешь результат. И да, «пока еще леди» Оверхольм. Фуршет в день «траура» никто не отменял. Раз хотите откровенности — извольте: вы допущены туда только с одной целью. Показать, что юг окончательно покорился северу.