Наследница в его постели

– Бамф еще не приехал, – сообщил Джулиан.
– Что значит, еще не приехал, Дев? Уже почти десять. Я чертовски проголодался.
К этому моменту леди Бамф достаточно пришла в себя, чтобы сохранять самообладание.
– Мой сын задерживается, ваша светлость, – сообщила она. – Он скоро будет. Может, мы выпьем чаю, пока ждем Руперта, ваша светлость? Белинда, позвони.
– С пирожными? – оживился герцог. – С удовольствием.
Едва Белинда коснулась колокольчика, как в комнату вошли два лакея. Один нес серебряный поднос с чайными принадлежностями, другой – складной столик, который и установил перед креслом леди Бамф.
– Располагайтесь на диване, рядом с Белиндой, ваша светлость, – предложила она герцогу.
Пока герцог наслаждался пирожными, Джулиан непринужденно беседовал с Белиндой, отметив красоту дома и окружающего парка, где так легко затеряться, оставаясь в двух шагах от Пиккадилли. Но леди Бамф была начеку, заподозрив в нем ловкого охотника за состоянием, вознамерившегося соблазнить ее дитя, чтобы завладеть широко разрекламированным приданым Белинды в пятьдесят тысяч фунтов.
– Терпеть не могу этот парк, – заявила Белинда, надувшись. – Здесь чувствуешь себя отрезанной от всего мира. Я предпочла бы обычный городской дом. Мне хочется быть в гуще событий, а не прятаться в лесу. Мама, мы не могли бы отказаться от аренды?
– От аренды? Выходит, его сиятельство не владеет этим домом? – пробормотал Джулиан. – Интересно. – Вытащив из кармана блокнот, он сделал в нём пометку – не потому, что не надеялся на свою память, а чтобы поставить на место леди Бамф.
И это ему удалось.
– Мой сын ищет подходящий дом, – резко бросила она. – А где живете вы, мистер Девайз? – ядовито осведомилась она.
– На Ломбард-стрит, миледи, – сообщил он, ничуть не смущаясь, что называет свой скромный адрес.
– Никогда не слышала о такой улице, – презрительно фыркнула леди Бамф. – И где это?
– В Сити, миледи.
– В Сити! Я думала, там живут только евреи и торговцы.
– Да, это не Вест-Энд, – согласился Джулиан с раздражающей невозмутимостью.
– Неужели все мужчины в Сити носят брюки? – спросила Белинда с любопытством.
– Практически все, – последовал шокирующий ответ. – Для тех, кто зарабатывает себе на жизнь в грязи и угольной пыли Сити, белые шелковые чулки не самый практичный предмет одежды. И, по-моему, нелепо расхаживать по столице в сапогах для верховой езды. Я не приближался к лошади с тех пор, как уволился из армии.
Белинда испустила счастливый вздох.
– О! Вы служили в армии, мистер Девайз? Должно быть, у вас полно увлекательных историй, которые вы могли бы рассказать.
– Ни одной.
Белинда опешила, пока не заметила веселые искорки в его голубых глазах.
– О, вы дразните меня! Представляю, сколь великолепно вы выглядели в военном мундире. Вы служили в кавалерии? – спросила она с надеждой.
– Нет, хотя и ездил верхом.
Это замечание озадачило Белинду, но ее мать поняла.
– Вы хотите сказать, что были офицером? – насмешливо произнесла она. – В мое время только джентльмены могли получить офицерский чин.
Герцог вручил Белинде свою пустую тарелку и облизал пальцы.
– Мадам, да будет вам известно, Дев – джентльмен, – сердито заявил он. – Его отец – барон.
Глаза леди Бамф расширились.
– Так вы тот самый мистер Девайз? – ахнула она. – Сын лорда Девайза?
Джулиан слабо улыбнулся.
– Да, имею такую честь.
– Вы тот тип, который обрушил «Чайлдс банк»! – провозгласила она обвиняющим тоном, величественно поднявшись на ноги. – Как вы посмели даже показаться среди приличных людей? Вы лишили средств некоторых из моих лучших друзей! Я знаю вашу мать, – продолжила она, злобно сверкая глазами. – Представляю, как она гордится вами.
– Конечно, гордится, – вставил герцог. – А вы разве не гордитесь своим сыном? Кстати, где он? Чем скорее он женится на моей сестре, тем быстрее я обзаведусь племянником.
Выдавив улыбку, леди Бамф снова села.
– Уверена, он уже на подходе, ваша светлость, – любезно отозвалась она. – Ему не терпится встретиться с вами... и леди Виолой, конечно. Какая жалость, что она не приехала в Лондон.
 
– Нет, Дев, – твердо сказал герцог, когда Джулиан открыл рот, собираясь вмешаться. – Я сам. Моя сестра категорически отказывается приезжать в Лондон, – объявил он, стряхивая крошки бисквитного пирожного со своего жилета. – Если ваш сын хочет жениться на ней, то должен приехать в Йоркшир и сделать все как полагается.
Закончив свою речь, он посмотрел на Дева.
– Это я предложила Руперту пригласить леди Виолу в Лондон, – сообщила леди Бамф. – Мне казалось, что она с удовольствием проведете нами лондонский сезон. Теперь я понимаю, что мое вмешательство привело к недоразумению. Не вижу причин, почему бы Руперту не отправиться со мной и Белиндой в Йоркшир, если таково желание леди Виолы.
– Но, мама! – запротестовала Белинда. – Руперт сказал, что если леди Виола не послушается его, он заставит ее пожалеть об этом, когда они поженятся. У него очень вспыльчивый характер, – поведала она Джулиану, который снова сделал пометку в своем блокноте. – И потом, мама, сейчас пик сезона. Мы пропустим очень важные события, если уедем. Не думаю, что в Йоркшире есть что-нибудь интересное. Руперт сказал, что это край света. Леди Бамф бросила обеспокоенный взгляд на блокнот Джулиана.
– Чепуха! – резко бросила она. – Руперт никогда не говорил ничего подобного. Что касается меня, то мне не терпится увидеться с моей будущей дочерью. Мы с радостью отправимся в Йоркшир, как только соберемся.
Примирившись с обстоятельствами, Белинда с надеждой поинтересовалась, будет ли мистер Девайз сопровождать их.
– Боюсь, работа не позволит мне покинуть Лондон, леди Белинда, – учтиво ответил Джулиан.
Белинда скорчила недовольную гримаску.
– Работа! Неужели вы еще не сделали себе состояния?
– Боюсь, что нет, – ответил он, убирая блокнот.
– Но вы же обрушили тот дурацкий банк! – удивилась она.
– Я делаю состояния для других людей, а не для себя, – объяснил он. – Это мой образ жизни.
– Виола хочет венчаться в Йоркском соборе, – сообщил герцог. – Вы против, леди Бамф?
– Вовсе нет, – любезно отозвалась она. – Йоркский собор – прекрасный выбор.
– И первая неделя июня не подходит, – заявил герцог, удивляясь, что все идет так гладко. – Это наши праздники. А потом начинается сезон охоты.
– Ах да, – сказала она. – У вас же есть охотничье поместье в Шотландии.
– Нет, – отрезал герцог, побагровев.
– По-моему, оно называется Лайонс, – стояла на своем вдова. – Леди Виола унаследовала его от своей матери, Луизы Лайон, известной красавицы.
– Говорю вам, нет никакого поместья! – рявкнул герцог, резко поднявшись, и отошел к окну, поманив за собой Джулиана. – Дев, – прошептал он напряженным тоном, – старуха каким-то образом узнала о Л айонсе.
– Она просто пытается прощупать почву, – сказал Джулиан. – Предоставьте это мне.
Но герцог не мог успокоиться. Он был на грани того, чтобы покинуть дом, когда дверь гостиной внезапно распахнулась, и в комнату вошел Руперт Белфри, третий маркиз Бамф, похлопывая по бедру парой желтых кожаных перчаток.
– Мой сын! – гордо объявила леди Бамф. Облаченный в бордовый фрак, белые лосины, жилет из парчи и блестящие сапоги со шпорами, маркиз являл собой образец модного лондонского денди. С тщательно расчесанными бачками и золотистыми завитками волос, живописно падавшими на лоб, он был почти так же красив, как его мать.
– Представляешь, Руперт? – сказала леди Бамф. – Его светлость пригласил нас погостить в Йоркшире. Ну, разве это не замечательно?
– Можете ехать с Белиндой хоть завтра, – снисходительно отозвался маркиз. – Если, конечно, ты считаешь, что у нее есть шанс захомутать его. Я, разумеется, останусь в Лондоне. Этот сезон даже лучше прежнего, я разрываюсь между приглашениями.
Леди Бамф изобразила свою самую лучезарную улыбку.