Тайна старинных флаконов

Я хлопнула в ладоши:
– У меня идея. Это не единственный способ добраться до письма – есть и другие. Идём!
  
Глава 21
 
Мы стояли в темноте, а лифт под лестницей с грохотом опускался всё ниже и ниже – в подземную аптеку. Я, разумеется, понятия не имела, там ли сейчас Виллем. И вообще-то поклялась никогда больше не брать с собой Бенно. Но оставить его с мамой и папой в тот момент я не могла. Со мной он хотя бы был под присмотром.
Лифт с резким толчком остановился.
Мы прислушались к происходящему за дверью, в кабинете. До наших ушей не донеслось ни малейшего шороха. Впрочем, возможно, Виллем притих, заслышав оглушительное громыхание лифта. 
Сжав ручку влажными от волнения пальцами, я раздвинула двери лифта. В кабинете было темно, хоть глаз выколи. Нос к носу мы ни с кем не столкнулись, и я облегчённо выдохнула. Осторожно продвигаясь в глубь помещения по стенке, я нащупала рукой поворотный выключатель. Щёлк – и над нами снова вспыхнули газовые лампы. На секунду я совершенно ослепла. После абсолютной темноты свет резко ударил по глазам.
– И какой же у тебя план? – спросил Матс.
Я предупреждающе подняла руку и стала ждать, не выдаст ли себя Виллем в случае, если он всё же затаился где-то поблизости, – прижала ухо к стене, за которой находилась аптека ароматов, и внимательно прислушалась. За стенкой царила тишина. Я осторожно открыла дверь и прошла сквозь стеллаж в следующую комнату. Там я тоже зажгла свет.
Убедившись, что нас окружают лишь мерцающие флаконы, я немного расслабилась.
Мы прошли к массивной деревянной двери, ведущей в оранжерею, я сунула ключ в замочную скважину, провернула его – три оборота, три щелчка, – и дверь отворилась. Свет не горел и тут, и нам опять пришлось самим нашаривать выключатели, чему я была очень рада. Мы тихонько прокрались по коридору к лестнице и поднялись в сарай для инструментов. Наверху мы снова прислушались, пытаясь уловить шарканье тяжёлых сапог Виллема или ещё какие-то шорохи, которые могли бы выдать его присутствие вблизи. Но было тихо. Я дёрнула за рычаг в полу, и мы, развернувшись вместе с чуланом, оказались в оранжерее.
Прежде чем я успела шагнуть из сарая, Матс удержал меня, схватив за плечо:
– Останься лучше тут с Бенно! А я схожу за письмом. Если Виллем всё же здесь, вы сможете вернуться и позвать на помощь.
Мне не нравилось, что Матс собрался идти один, но он был прав. Разумнее было кому-то остаться присматривать за Бенно, чтобы Виллем в крайнем случае хотя бы не поймал нас всех разом. Я кивнула и взяла Бенно за руку:
– Поторопись!
Матс выглянул из двери сарая и скользнул в оранжерею. Я напряжённо прислушивалась к каждому шороху вокруг. Шипение ламп, птичье чириканье где-то на улице и тяжёлое дыхание Бенно.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Матс наконец вернулся. Не говоря ни слова, он потянул за рычаг в полу, и мы, развернувшись, вновь оказались у лестницы, ведущей в подземный ход к аптеке. Когда пол чулана под нашими ногами с тихим щелчком встал на прежнее место, мы с Бенно не выдержали и одновременна спросили:
– Ну что? Забрал?!
Матс усмехнулся и протянул нам белый конверт:
– Давайте уйдём отсюда! Не хочу даже думать, что будет, если Виллем нас застукает.
Мы сбежали по ступенькам и, в считаные секунды преодолев коридор, вернулись в аптеку.
Когда за нами захлопнулась тяжёлая деревянная дверь, я, посмотрев на неё, сказала:
– Надо бы забаррикадировать вход, чтобы Виллем не смог сюда проникнуть.
– Хороший план!
Матс подошёл к стоящему посреди комнаты деревянному прилавку и попытался сдвинуть его с места:
– Идите-ка сюда.
Мы с Бенно догадались, что Матс хочет придвинуть прилавок к двери, и помогли ему его толкать. Он был чертовски тяжёлым и поддавался с трудом. Пришлось повозиться, но в итоге мы справились. Теперь Виллем не смог бы быстро сюда войти, и мы находились в относительной безопасности.
– Ну и? – потянул Матса за рукав Бенно. – Что написано в письме?
 
Матс положил конверт на мраморную столешницу прилавка. На нём чернилами было выведено: «господину Даану де Брёйну». А чуть ниже, такими же старомодными буквами – адрес виллы «Эви». Матс повертел конверт в руках, пытаясь разобрать имя отправителя.
– «Месье Эмильен Ф. Бернар», – прочитал он вслух. Дальше был указан адрес – город и улица во Франции.
– Ну открывай же, открывай! – нетерпеливо канючил Бенно.
Матс медлил:
– Но ведь если мы вскроем конверт, его уже нельзя будет вернуть на место. А кто знает – вдруг там что-то важное, что мы не вправе утаивать от Виллема.
– Но ведь письмо адресовано вовсе не Виллему, а этому Даану де Брёйну, – вставила я. – К тому же всякое бывает. Мы могли вскрыть письмо по ошибке. Подумали, что оно для нас – и распечатали. Почтальоны порой путают ящики, – подмигнула я Матсу. – Кроме того, у нас сейчас есть проблемы и поважнее.
Я решительно схватила письмо и, просунув в него сбоку указательный палец, разорвала конверт.
Внутрь был вложен фиолетовый листок бумаги. От него исходил уже знакомый густой и тяжёлый запах. Я вытащила письмо из конверта, развернула его и положила между нами на прилавок.
 
«Глубокоуважаемый месье де Брёйн!
 
Прошу Вас прислать мне ещё один флакон того же аромата, что я обычно заказываю. 300 мл на ближайшее время будет достаточно. Оплата воспоследует обычным проверенным способом.
 
Примите заверения в совершенном почтении,
 
Ваш месье Бернар».
 
– Это что же, и правда заказ?
Я никак не могла поверить в прочитанное.
– Но Даан де Брёйн ведь давным-давно умер, – нервно расхаживая туда-сюда вдоль рядов флаконов, размышляла я вслух.
Матс вновь вытащил свой телефон, и на этот раз его поиск в Интернете увенчался успехом.
– Невероятно! Вот! Месье Э. Ф. Бернар, годы жизни – с 1854-го по 1922-й. Предприниматель, родом из Франции. Изготовлял и продавал изделия из стекла. Коммерческий успех ему принесли бутылки и флаконы марки «Присцилла», на них он сколотил приличное состояние. Умер в собственном поместье в Нормандии.
Пару секунд мы все молчали. Матс не мог оторвать глаз от экрана телефона.
– Его давно нет в живых, – прошептал он.
– Как и Даана де Брёйна, – только и сумела выговорить я.
Матс поднял голову и посмотрел на меня:
– Это что же – мертвец пишет мертвецу?
– Что за ерунда, как такое возможно?! – я не сдержала скептической ухмылки. – Кто бы там ни отправлял эти заказы – он определённо жив. Может быть, кто-то просто использует имя этого месье Бернара как псевдоним? Скрывает так свою настоящую личность?
– Да, это возможно – хорошая мысль, – кивнул Матс.
Я огляделась. Пора было вернуться к проблеме моих родителей. Я стала внимательно просматривать полку за полкой, но, добравшись до самой последней, так и не обнаружила ничего даже отдалённо похожего на аромат с эффектом «вспомнить забытое». Впрочем, я особенно и не рассчитывала наткнуться на противоядие, которое бы заставило проблему исчезнуть, – это было бы слишком просто.
Был, впрочем, «Аромат конечности» с потенциально смертельным побочным эффектом. Но прибегать к нему как-то не хотелось – я всё ещё надеялась найти другое решение.
Позади меня на прилавке сидел Бенно и рассматривал фиолетовый листок бумаги в почтовом конверте. Я повернулась к нему:
– Скажи, пожалуйста, ты, случайно, не помнишь, с какой именно полки взял тот аромат?
Бенно разом сник, словно опять почувствован вину за всё творящееся вокруг безобразие. Он молча слез с прилавка и подошёл к нижней полке стеллажа:
– Мне кажется, я взял его отсюда.
У меня перехватило дыхание. Только этого нам не хватало! Это и вправду была полка с вечными запахами – наши худшие опасения подтверждались!
– Что ж, ладно, – сказала я, пытаясь подбодрить саму себя. – Нужно выяснить, какой именно это был запах. И найти тот, что отменяет его действие.