Неверная жена. Заберу тебя у него (СИ)

- Прикинь, нет, бл*ть, - взрывается он. – Вообще без понятия. Ты творишь какую-то дичь.
- А ты подумай, Лёш?
- Пздц, над чем подумать? – усмехается.
Растирая висок, поднимаю голову и смотрю на гладкий натяжной потолок с встроенными светильниками.
- Я подаю на развод, Лёш, - заявляю сбивающимся голосом. – Подтверди на госуслугах, пожалуйста.
- Ты че больная? Какой на хер развод? – ошарашенно выдыхает.
- По взаимному согласию.
Свободин смачно матерится и хлопает дверями. В городе сейчас вечер и он, по всей видимости, зашел в свою комнату. Если он дома, конечно.
- Вик, скажи, что не так? – спрашивает сипло. – Мы, конечно, цапались. Оба были не правы. Но развод?!. Я не готов.
Слова вымолвить не могу. Я вроде бы все решила. Но сейчас вдруг на грудь налетает бетонная плита сомнений. Я никогда не представляла жизнь без мужа. Даже мыслить об этом боялась.
- А Марк? Ты о нем подумала? – ловко разыскивает кнопку в моей душе, на которую можно надавить.
- А ты хоть раз за последние года два о нем подумал? – спрашиваю едко.
- Конечно!.. Ты хочешь сказать, что я плохой отец?
Плохой ли он отец? В общепринятом смысле, наверное, нет.
- А дом?.. – продолжает. - Как вообще все это будет? Где я буду жить?
В меня словно петарда прилетает, которая подрывает и без того потрепанные нервы. И я уже кричу в телефонную трубку:
- А это ты у Ангелины Александровны М. узнай. Разберетесь, как-нибудь.
Он стихает и молчит. У меня тысячи мыслей мелькают. Ну скажи, что это твоя коллега? Партнер? Мать соседа? Я не знаю. Лёшечка. Скажи хоть что-нибудь!!! Чтобы мне стало легче. Хоть на мгновение. Чтобы эта двухнедельная черная дыра внутри зарубцевалась. Я, конечно, тоже хороша. Но если бы муж не лгал, я бы в жизни в сторону другого мужчины не взглянула.
Я не шлюха!..
Вместо какого-то внятного оправдания, Лёша разбито произносит:
- Откуда ты узнала?
Проклятые досадные слезы собираются в уголках глаз. Это конец!
- Вика, откуда ты, бл*дь, узнала? Я тебя спрашиваю, - загробным голосом повторяет.
Даже не отрицает. Дверь в ванной разъезжается под напором стремительного потока слез, и я уже не вижу ничего вокруг. И не хочу видеть.
- Подтверди на госуслугах, Лёш, - выговариваю всхлипывая.
- Вика… - начинает он что-то доказывать, но я уже не слышу, потому что обрубаю звонок.
Голову жжёт от нестерпимой боли. Может, на солнце пересидела? Выхожу из ванной и раскрываю дверки шкафа, чтобы найти аптечку. Отдых с детьми – это будто бы лотерея, поэтому в моём багаже всегда тонна лекарств на все случаи жизни. Запиваю таблетку водой, внимательно оставленной сотрудниками отеля в номере.
- Мама, ты плакала? – спрашивает Марк обеспокоенно. – Папа тебе сказал что-то грустное?
Папа мне ничего не сказал. Ничего нового.
- Все хорошо, сынок. Не волнуйся, просто немного разболелась голова. Одевайся и поужинаешь с Машей. Я в номере останусь.
Спустя пятнадцать минут заглядывает Романова, без проблем соглашается поужинать с Марком, и они уходят, взявшись за руки.
Надев легкий шелковый комплект из топа и шорт, приглушаю свет и укладываюсь в постель. Мысли то и дело соскакивают в сторону разговора с мужем, который стремительно мчится в разряд «бывшего».
Захожу, как и обещала на сайт, но, оказывается, при наличии общих несовершеннолетних детей, развод допустим только через мировой суд. Решаю заняться этим после отпуска и выключаю телефон.
Как я вообще могла не заметить, что Леша что-то скрывает?
Разговор про измены был у нас за все время только один раз.
Мы учились тогда на последнем курсе и сильно повздорили. Лёша укатил на майские праздники с друзьями в горы неподалеку от города, а я осталась на выходные зализывать раны в общежитии. А как вернулся, заявился ко мне с огромным букетом белых роз. Роскошь для нас в студенческие годы. Где только деньги взял?
Я, конечно, растаяла. После того как выяснили отношения и закрепили их примирительным сексом у меня в комнате, благо соседки все разъехались по домам, долго болтали.
 
- Что бы ты никогда в жизни ни простила мне? – спросил тогда мой будущий муж.
- Не знаю, - пожала я плечами. – Наверное, предательства.
Тело подо мной окаменело на мгновение.
- А ты? Ты бы что не простил?..
- Я тебе всё прощу, Вика! - глухим голосом четко ответил Лёша. - Потому что я тебя люблю.
 Глава 23. Мот. 
Зайдя в ресторан, окидываю помещение взглядом, пытаясь зацепить светловолосую голову. Вместо этого нарываюсь на полураздетую подругу Вики и её сына. Следую сразу по направлению к ним.
- Матвей, - размахивает рукой пацан. Он в забавной кепке с Человеком Пауком.
- Привет, чемпион. А где мама?
- Я за неё, - широко ухмыляется, кажется, Маша. – Или что, я не устраиваю?
Глаза у нее бл*дские. И выглядит в тесном платье с вырезом до пупа соответственно.
- Мама заболела, - тяжко вздыхает Марк.
- Как заболела?..
Она два часа назад вытолкала меня взашей с крыльца своего номера. После того как я расслабился и признался ей, что врезался в неё по уши.
Я и сам еще не уяснил этот факт, благодаря которому в груди постоянно чешется. Но, по-моему, это правда!
- У нее голова болит. Она даже ужинать с нами не пошла.
Это что из-за меня? Настолько я противен?
- У нее приключаются мигрени. Еще с детства, - проговаривает Маша, словно прочитав мои мысли.
- Ясно, - киваю. – Вы поужинали?
- Да-а, - кричит мальчуган.
- Тогда пойдем маму покормим? – спрашиваю, задвигая за ним стул.
Марк уносится в детскую игровую зону при ресторане, а я перемещаю внимание на Машу.
- Вика меня прикончит, - смеется девушка, качая головой. При этом ее грудь покачивается в такт.
- Не убьет, - ровно произношу. – С Королевой я договорюсь.
- Ладненько, - окидывает похабным взглядом мои футболку с джинсами, задерживаясь на ширинке. – Только будь осторожен. У Короля тяжелый удар слева.
- Да пох*й, - отзываюсь агрессивно.
Мудак свое счастье просрал! Мысль о муже Вики порождает во мне какую-то нездоровую злость. То, что она не моя, вообще воспламеняет в душе первобытные инстинкты.
Завоевать. Отобрать. Присвоить.
Вот что мне хочется!
Иду за пацаном в игровую и еще полчаса бьемся с ним в аэрохоккей. Потом забираю у официанта ужин для Вики, хватаю парня за руку, чтобы не смылся, и мы выходим на улицу. Идем не спеша, втягивая теплый морской воздух. Осматриваю свои кеды и детские сандалии. Моя нога больше раза в три. Офигеть.
- Матвей, - начинает Марк задумчиво. – А развод – это когда уже не любят друг друга?
- Хмм…, - запариваюсь. – А где ты это услышал?
Он как-то приунывает и шмыгает носом.
- Папа нам сегодня звонил. Мама с ним в туалете разговаривала.
Моя улыбка растекается во все тридцать два, но я вовремя собираюсь и шевелю мозгами, как объясниться с малым. По факту, для ребенка развод – это всегда жесть. Я, слава богу, на себе не испытывал, а вот у Мавроди - родители развелись еще когда мы учились в пятом классе.
- Я честно не знаю, что сказать тебе, - признаюсь. – Допустим… ты любишь Лего?
- Просто обожаю, - кивает он мелкой головой в кепке. – У меня знаешь его сколько.
Разводит ручонки широко и выпучивает глаза.
- Значит, буду разговаривать с тобой, как с опытным профессионалом. Вот бывает, что детали вроде бы из одного комплекта. Но не подходят друг другу. Не совпадают.
- Я понял! Разные размеры у шипов?
- Ну типа того, - подтверждаю выдохнув.
- Интересно, какие шипы у мамы?..
Ухмыляюсь. У твоей мамы такие шипы, малой, что мало не покажется!
- А с ребенком тоже можно не совпасть шипами? – задает он еще один вопрос, выворачивающий мой мозг.
- Нет, - отвечаю твердо. - С ребенком точно не может такого произойти!
Марк облегченно выдыхает. Слава богу, мы доходим до их номера раньше, чем он сочиняет очередную задачку для меня. Вообще, с этим пареньком надо быть постоянно на чеку. Смышлёный. И на Вику похож.