Измена. Няня для мужа (СИ)

— Мы вызываем врача на дом, — удивилась Еррера, — мальчик может подцепить и принести сюда любую болезнь и… заразу в этой больнице! И что тогда делать?
Я пожала плечами.
— Вот именно, — на секунду она взглянула на свои ногти и одобрительно кивнула, — напомни о чем шла речь? Ах, да. В оплату твоего труда будет входить обед, завтрак, если ты пожелаешь, конечно же чай, и… я сейчас приняла очень хорошее решение, — она всплеснула руками, — я скажу водителю сына забирать и отвозить тебя каждый день! Отличная идея! У тебя же нет автомобиля? А у твоего отца? Не-ет? Как так? — мне не дали ответить, — это не имеет значения, — она достала из кармана телефон, положила его перед собой на стол и начала что-то искать, смешно хмурясь и тыкая пальцами в экран, — так, это не то… а где?.. хм. Вот! Сообщения! Смотри, Долли. Тот телефон, с которого ты мне позвонила у тебя с собой? — мне улыбнулись.
Я помотала головой.
— Это мамин, — помотала головой я, — у меня нет телефона.
На меня с удивлением уставились её тёмные глаза.
— Вообще? Как это… нет телефона? — она снова надулась, — даже такого, который с кнопками?!
Я кивнула медленнее, чем обычно. Женщина почти перекрестилась.
— Ладно, — хмыкнула она, — тогда… Алехандро! — позвала она дворецкого, а когда тот появился в дверях, — сейчас Долли продиктует тебе адрес, запиши его и передай Робэрто, что завтра в половину восьмого утра он должен забрать нашу новую няню, — она важно дёрнула головой, — Эксаль же не планирует ехать куда-либо в такую рань?
— Нет, синьора Еррера, — поклонился ей мужчина, — вас понял, передам.
Она махнула на него рукой.
— Если что закажу тебе такси, — покивала она.
А я все никак не могла выдавить из себя вопрос. Самый важный сейчас.
— А… эм… а п-платить мне будут? — все эти забирания меня из дома и попытки накормить чем-то с их стола точно будут выходить ну очень дорого.
И работать за еду и поездки…
— А я не сказала? — спохватилась Альба, — надо же! Какая оказия! Если учитывать, что ты будешь работать только половину дня, и у тебя испытательный срок, то… д-две тысячи е-евро, — она смотрела на меня так, будто я должна была отказаться сейчас же.
А я подавилась. Закашлялась и попыталась прикрыться, но всё равно вызывала у женщины брезгливость.
— П-простите, — выдохнула кучу воздуха из груди я, — это за… сколько месяцев?
Еррера нахмурилась, что-то подсчитывая в своей голове.
— Что значит «месяцев»? — не поняла она, — один. Зарплату платят раз в месяц, Долли. Ты никогда до этого не работала?
Я судорожно пыталась понять сколько это денег, но у меня никак не складывалось. На первой работе мне платили намного меньше. Насколько? На дофига! Я получала сотню евро в неделю, если работала каждые день по половине дня. Это четыре сотни в месяц. А здесь…
— Тебе не понравилось? Я могу поговорить с сыном насчёт надбавки, если тебе принципиально, но, к сожалению, обещать не могу, — она хмыкнула, — Эксаль ещё более упрямый и принципиальный.
Я пыталась в этот момент мотать головой хотя бы не так, чтобы она открутилась.
— Я согласна, — почти всхлипнула я, — о-очень согласна.
Женщина улыбнулась, кивнула мне и позвала дворецкого опять:
— Алехандро, принеси договор найма. Синьор Еррера оставил его в папке где-то в ящиках в прихожей. Да-да, в одном из комодов.
Мне казалось, что сердце сейчас порвётся.
— Официальная работа? — сжала пальцами край стола я.
— Конечно, — скривилась Альба, — Эксаль не стал бы… делать всё в темную, — дворецкий положил перед ней лист бумаги, — угу. Вот, я сперва отмечу всё ручкой, а когда ты пройдёшь испытательный срок… вернее, сегодня же проверим как к тебе отнесётся ребенок и… мой сын, а вот завтра, если всё будет хорошо, я попрошу Эксаля распечатать договор заново. Чтобы было красиво, — она была довольна, — тебя всё устраивает?
Я расправила плечи и улыбнулась.
— Да, — уверенно ответила ей.
И начала диктовать своё имя.
  
Глава 3
 
— Через два часа с работы приехал я, — довольно улыбался Эксаль, — беседа у нас вышла… — он хмыкнул, — странная.
 
Я тоже не сдержала улыбки и смущения.
— Я стеснялась тебя и немного боялась, что меня выгонят, — опустила глаза к полу, — твоя мама умеет пугать.
Мужчина повернулся ко мне, игнорируя судью.
— Ты всегда была очень милой, Долли. Это подкупало, — он готов был подойти ко мне.
Его остановил голос судьи, холодный и немного злой:
— Уточнение, истцу тогда было шестнадцать, а вам…
— Почти двадцать шесть, — он поправил меня и собственную маму, которая в тот момент сказала мне именно так, — и сразу сообщу, что даже не беря во внимания возраст согласия, который она успела перешагнуть на тот момент, к-хм… между нами ничего не было до её совершеннолетия, — он не весело усмехнулся, — вообще ничего.
Её честь скривилась.
— Было бы и в самом деле неприятно, ведь вы ко всему прочему были женаты на… первой своей супруге, — женщина его явно невзлюбила.
Эксаль кивнул, задумчиво оглядел судью и добавил:
— По этой причине я не стремлюсь обсуждать нашу личную жизнь в чьём-либо присутствии — если оценивать всё произошедшее морально, то я поступал… грубо.
Он ещё сгладил углы. Его можно было назвать подлецом, если бы… тут я поняла, что так и было! Он настолько изменник и подлец, что я с ним развожусь! Надо же, почти начала его оправдывать.
— Господь помилуй, — закатила глаза женщина, — боюсь представить, что ещё более крайнее вы могли совершить, кроме как… воспылать чувствами к шестнадцатилетней девочке.
Вот теперь она его ненавидела.
— Всё было не так, — мотнула головой я, — он… в этом плане он хороший. И до моих восемнадцати мы были друзьями.
Судья явно хотела бросить в меня что-то тяжёлое. А я была бы рада, честное слово. Голова болела от всего этого.
— Как я поняла, вы будете рассказывать историю ваших взаимоотношений поэтапно, — старалась успокоиться она, — что ж, не буду более торопить. Хоть это и делает из заседания… спектакль, — она не дала ничего сказать открывшему рот Эксалю, — что же касается вас, то в зависимости от изложения фактов истцом, к вам возможно будет применено административное, если не уголовное наказание, ответчик. Возраст согласия не может считаться таковым с разницей в десять лет!
Эксаль ехидно улыбнулся. Видно было, что ему плевать.
— Девять, — поправил он, скрестив руки на груди, — и я и в самом деле абсолютно ничего не предпринял до ее совершеннолетия.
— Разница не велика, — поджала губы судья, — а ваши слова всё быстрее приближают факт развода, ответчик. Даже в прошлом диалоге можно было заметить ваше отношение к супруге. Вы не обратили внимания, истец? — на меня, — он назвал вас принцессой. А себе королем. Это грубое и простое замечание, однако оно вполне способно определить… ваше положение.
Я могла только понуро кивнуть. И с грустью вспомнить, что так было всегда.
— Вы совершенно не подкупны эмоциям, ваша честь, — иронизировал мужчина, — и судите, конечно же, не имея никаких предрассудков, — он усмехнулся, — мы ещё ничего не узнали и не можем делать выводы, ведь так? Тем более такие категоричные, как тот, что был определён мне секунду назад.
Судья поджала губы.
— Я лишь даю оценку вашему поведению в зале суда, — отвернулась к бумагам снова она, — и словам вашей супруги.
— Обиженной и обманутой супруги, — подтвердил Эксаль, — Долли, — он задумался, — знаешь, мне очень интересно узнать то, каким ты видела меня в день первого знакомства, — он улыбнулся мне, — я уже говорил, что ты была ужасно милой, скромной и испуганной. Однако на тот момент я рассматривал тебя только как няню для моего сына, а потому… как думаешь, чем ты подкупила меня?
Я фыркнула. Не сдержалась и закатила глаза. Он снова давил на меня, заставляя болтать с ним так, будто ничего не произошло, а мы сидим дома перед телевизором или на террасе. Как же я скучала по нашему первому дому!