Измена. Няня для мужа (СИ)

Я нашла в шкафу пижаму и пошла в соседнюю комнату, слушая то, о чём они говорили.
— Не надо, Эксаль, — наставительно говорил ему Роб, — серьёзно.
Тишина на несколько секунд.
— Похоже, будто я что-то собрался делать? — Эксаль.
— Вот и не делай, — пробурчал водитель, — и не смотри. Взгляд тебя выдаёт, а Альба радуется, что у неё выходит. Делай хотя бы назло матери, — их смешки, — а Долли и в самом деле маленькая, как бы она сейчас не выглядела.
— Может хватит? — Эксаль.
Тишина.
— Не только не делай, но и не думай, — продолжил Роб, — она не просто маленькая, но и…
— Я думаю только о том, что моей жене становится хуже! — рыкнул Эксаль, — от того, что ты бубнишь мне который день о ней, ничего не изменится! Это ты вкладываешь мне в голову мысли о ней! Чёрт! — он выругался.
— Ты отправил её переодеваться, Эксаль, — хмыкнул Роб, — весь вечер смотрел в стену, только не в её сторону. И только что солгал мне, что ни о ком не думаешь. Давай так: уволь её. Мы с Ниной поможем найти какую-нибудь хорошую работу. Она будет жить у нас какое-то время.
Смешок Эксаля. А после:
— Я не могу.
— Не можешь, или не хочешь? — Роберто.
— И то, и то.
— Оправдываешься? — водитель.
Тишина.
— А ты давишь на меня своей категоричностью, — Эксаль, — она только выбралась из того дерьма, которое называла домом, а ты хочешь, чтобы я толкнул её туда обратно?
— Оправдываешься, — тяжело вздохнул Роб, — скажи мне, что не сделаешь ничего тупого.
Он усмехнулся.
— Абстрагируюсь, забью и забуду, — поклялся Эксаль.
Пока я закрывала рот рукой, чтобы не закричать. Завизжать. Не сказать ничего.
— Как с Инес, — явно кивнул Роб.
Эксаль рассмеялся.
— Если бы! — всё ещё смех, — с ней… — он вдруг замолчал, — чёрт.
— Врач приехал! — вошла в ту комнату Альба, — где Долли?
Я успела переодеться в ту самую секунду, когда она вошла в комнату, где я была.
— Вот этой жидкостью смывать макияж, — сунула в руки мне бутылку она, — на днях съездим докупим тебе ещё по мелочи. Хм… что-то случилось? Что у тебя с лицом?
Я помотала головой.
— Спасибо, — широко улыбнулась ей.
Альба приподняла бровь и задумчиво кивнула.
— Надень другую пижаму, — сунула голову в шкаф она, — вот эту. И бельё сними.
Я закашлялась.
— Что? — прошептала я.
— Ты же не тупая, Долли, — язвительно хмыкнула она, — я заметила, что ты почти всегда делаешь вид, будир ничего не понимаешь, — она помогла мне расстегнуть пуговки на рубашке, — так что заканчивай «чтокать», краснеть и вредничать. Пижама, никакого белья и мой весьма нервный сын, которому нужно куда-то деть свою… нервность. Давай!
Я помотала головой в страхе.
— Почему? — она резко стала обратно милой, — тебе семнадцать, ты влюблена в него, он ещё пока отрицает, но тоже к тебе неравнодушен. Что не так? Представь на его месте любого обычно мальчика из школы или… ещё откуда-нибудь, с которым ты дружила. Ничего сложного.
Всё было сложно.
— Я ни с кем не дружила, — прошептала для неё.
Альба скривилась.
— Такие мысли у меня тоже были, — пробурчала она, — ладно. Так даже лучше, — она кивнула, — переоденься, но делай так, как делала раньше. Вариант со скромной девственницей даже лучше того, что я придумала. Всё. Я спущусь, Роберто уезжает домой, Инес… может сегодня нам повезет? — она улыбнулась, — может тогда быстрее сдастся тебе? Было бы прекрасно. Так, — она задумалась, — я пошла. Да, кстати, постарайся хоть немного с ним поговорить. Не сиди молча в углу.
И она вышла. А я осталась стоять с волнующимися бабочками в животе.
— Ладно, — переоделась я.
— Врач уехал, — не стал смотреть на меня сверлящий сужеными глазами телевизор Эксаль, — она уснула сразу после того, как ей вкололи обезболивающее. Всё обошлось, Долли.
Я кивнула, оглядела дремлющего Франко и взяла со стола коробку с телефоном.
— Я… можно вас попросить объяснить мне как что здесь работает? — села на другой конец дивана я.
Я же привыкла играть с ним в карты и болтать. Что тогда случилось сейчас? Даже говорить было тяжело.
 
— Конечно, — кисло улыбнулся он, — можно мне? — он протянул руку к коробке.
Мне пришлось сесть ближе. Пока он что-то нажимал на экране, в моей голове были странные мысли. Странные и совсем неуютные.
— Простите за то, что сегодня утром было, — напомнила ему, — я больше не буду вас обнимать.
Эксаль завис.
— Вам было неприятно, а я… — продолжила.
— Мне не было неприятно, — как-то быстро ответил он.
И скривился. Я поджала губы.
— Какой пароль тебе поставить? — через минуту спросил он.
Я пожала плечами.
— Давайте без него, — выдохнула я, — тогда я могу обнимать вас как друга? — я была полностью красной, — как Роба.
Мужчина кивнул.
— Мы уже давно с тобой друзья, Долли, — расслабился он.
— Роб разрешает говорить с ним на «ты», — вырвалось у меня, — а вы нет. Хотя он старше.
Он прикрыл на несколько секунд глаза. Будто собирался с мыслями.
— Ладно, — посмотрел на меня прямо он, — «ты», так «ты». В таком случае, — смешок от него, — если мы друзья, Долли. Что тебе всуропила моя мама? Что ты сейчас должна делать? — он подался ближе ко мне, — друзья же не лгут.
Сердце, казалось, выпрыгнет из груди. Он был очень близко. Его лицо было на расстоянии тридцати сантиметров от меня. Дыхание сбивалось, а мысли разбегались. Я могла только смотреть ему в глаза.
— Вы мне… — тяжело дышала я, — ты мне не нравишься в том смысле, в котором говорила она, поэтому я не стала ей что-то говорить, но и делать не буду! — выпалила на одном дыхании.
От лжи сгорали те самые бабочки в животе. А Эксаль снова замер, внимательно разглядывая моё лицо и сжимая челюсти, а после кивнул, хмыкнул и отсел.
— А..? — начал было он, потом закрыл рот, отсел ещё дальше и задумчиво откинулся на спинку дивана, — ладно, Долли. Я понял тебя.
Сердце пронзила игла. Мне казалось, что я не могу дышать. Зачем я сказала ему эту чушь?!
— Я тебя обидела? — разлепила губы.
Эксаль усмехнулся.
— Конечно же нет, — он махнул мне рукой, — иди ближе, буду показывать тебе работу твоего нового телефона. И наушники не забудь. Я сразу подключу.
Я соскочила с дивана, взяла со стола нужное, а после почти упала рядом с ним, уткнувшись носом в экран.
— Долли, — он скривился от моей шумной радости, — будь… аккуратнее.
Я широко улыбнулась, чувствуя себя странно легче, а после… он всё ещё был твердым и теплым. Но теперь каким-то более привычным. Не таким страшным, как сегодня с утра.
— Спасибо за всё, — улыбалась ему, сжимая его плечи руками я, — ещё раз. Ты оказался ещё лучше, чем я себе представляла.
Эксаль выдохнул.
— М-да, — кивнул он, — я так и понял.
А я поняла, насколько меня напугали те слова Альбы в той комнате. Как же мне было страшно даже думать о таком! Я могла представить себе то, как он может меня… поцеловать, но никак не то, о чём прямо сказала женщина. Я никогда не держала никого за руку, думая, что он мой парень, а она мне сказала сделать такое. И ещё эти слова самого Эксаля. Стоило мне сказать ему ту глупость, которую я сморозила, как с души что-то свалилось. Стало противнее от самой себя, но проще — теперь я ближе к нему. Но так, как хотела сама, а не остальные».
  
Глава 10
 
Эксаль усмехнулся:
— Тогда я искренне поверил, что все окружающие приписали твоему обыкновенному смущению безмерную любовь ко мне, — он снова встал за свою стойку, внимательно разглядывая моё лицо, — и поэтому запихал свои мысли куда подальше ещё на полгода. Сложно сказать жалею ли я сейчас о том, что не догадался тогда, что это не просто желание… — смешок от него, — переспать.
— Я так и думал, что у тебя в ту сторону мысли были, — фыркнул Роб с сидений позади меня, — надо было успеть тебе по голове надавать.