Путь Владычицы: Дорога Тьмы (СИ)
Всех рабов из дворцовой темницы уже вывели, теперь вооруженные карамалийцы проверяли пустеющие помещения, выгоняя вопящих слуг, что не желали покидать свои рабочие места без разрешения господ.
— Фрейев больше нет! Все уничтожены, до единого! — гаркнул в суетящуюся людскую мешанину. — Вы все свободны! Слава Свету!
Кто-то запричитал, но этот вопль резко оборвался. Закричали, набирая силу, голоса своих: «Героям память!» — и понеслись дальше, передавая радостную новость.
Каменная кладка содрогалась всё сильнее, напоминая о том, что нужно спешить. Алрик выбежал на первую попавшуюся террасу: внизу чёрной массой в сторону порта, по узким улочками, текла толпа, гудящая, бряцающая и разносящая главную новость. Кто-то из магов-огневиков, наконец, догался пустить в небо сноп бейларов, и на кораблях увидели — пальнули в ответ.
Но хаос порождает беспорядок. Местные жители хоть ещё и не ложились в эту торжественную ночь, на смену новостей отреагировали так, как о том предупреждал Ядран — паникой. Карамалийцам был отдан чёткий приказ не трогать мирное население, не вламываться в их дома, не грабить и не насиловать.
— Мы дадим им возможность выбрать новую власть и заключим с этой властью, какой бы она не была, новый союз.
Основной поток, текущий в сторону пристани, разбавился другими. Жители бежали, казалось, куда глаза глядят — в разные стороны, кто-то к дворцу.
Террасу ощутимо тряхануло, и Алрик засмеялся, заливисто и звонко: свои забивали источник Тьмы туда, где ей самое место — в Подземелье богов. Неторопясь и спокойно пошёл к выходу — Ядран и Исак успеют выйти, в этом можно было не сомневаться.
Вдруг вдалеке послышался грохот, и земля вздрогнула под ногами бегущих. Народ остановился, оборачиваясь в темноте на звук.
— Башня Тьмы упала! — разглядел кто-то.
И новая волна смешанных чувств — радости, смятения, страха затопила разум тех, кто сейчас стоял, бежал или молился, прижавшись к стене одного из домов.
Алрик отошёл от дворца на безопасное расстояние, сел на валун и достал мешочек с сухотравьем и трубкой. Набил её, высек искру и задымил в ожидании компании принца. Через полчаса, когда дворец начал разваливаться, начиная с северной части, появились все до единого кар-малерийцы. Алрик засмеялся, вставая:
— У вас всё получилось!
— Замуровали со всеми шархалами вместе взятыми! — откликнулся радостный Нельс. Отец, сир Торвальд, не просто был отомщён — врагам воздалось стократно. И на лице Дагера, наконец, разлилось умиротворение и отрешённость.
— Дай! — Исак забрал у Алрика трубку, сделал затяжку.
Малерийцы засмеялись, теперь можно было и расслабиться. Пожав друг другу руки и обменявшись объятиями, они неторопливо, оборачиваясь на звуки обрушения очередного этажа, зашагали вниз по центральной улице, дошли до развилки — одна из дорог вела к руднику на север острова, другая на восток — к виноградникам.
Ядран сказал громко:
— Напоминаю наш план. Нужно встретить наших из рудника. И говорите всем встречным местным, что на рассвете будем ждать их у руин дворца для оглашения новой воли и свободы жителей Всемирья. Разделимся, как договаривались: мы с Давором — к рудникам, Дыв… проклятье… Исак, ты со своей командой — к диким, к вам пошлём отряд от рудника и ещё… Сир Алрик, отправляйтесь к кораблям. Пусть всех освобождённых накормят и прочее. Надеюсь, мы вернёмся быстро, а Исак задержится до утра у диких. Первым двум командирам, которых встретите, отдайте приказ присоединиться к Его высочеству Исаку. Но объясните, их задача не только не дать восстанию разгореться. Напомните: нам не нужна чужая кровь, мы не фрейи. Это не наша земля, мы всего лишь помогли ей очиститься.
— Всё будет сделано в точности! — пообещал Алрик и с недоумением поднял голову вверх, вместе с остальными, на странный свистящий звук.
Как и было обещано — шторм набирал силу, и сумасшедший ветер носился над Фрейнлайндом. Кто-то из малерийцев выдохнул с облегчением и запахнул плащ посильнее.
Малерийцы разделились, согласно плану Ядрана. Одни пошли на север, к руднику, встречать освобождённых рабов. Другие — на восток, склонять дикие племена к перемирию, что будет непростой задачей — сказал Исак — особенно когда узнают, что погиб наследник Захеб-кхана. И только один сир Алрик отправился к оставленным каравеллам, чтобы проконтролировать там порядок. Хотелось успеть до начала ливня, Алрик мысленно посочувствовал остальным: шторм застигнет их в пути, тогда как будет наслаждаться сухой и тёплой каютой. К н и г о е д . н е т
До пристани оставалось несколько сотен метров, уже запахло океаном, и порывистый ветер, обманывая, доносил брызги с побережья, но ещё не дождя. Где-то в вышине чернильного неба мелькнули молнии, вспарывая тяжёлые тучи, и внезапно округа осветилась: одна из молний попала в корабль.
Алрик невольно вскрикнул, останавливаясь: загорелось малерийского судно. Страх перед мощью богов, осуждавших нападение кар-малерийцев на Тьму, сковал тридцатилетнего мага, считавшего, что он лишён суеверия.
Вспыхнул второй корабль, и толпа, торопящаяся к причалу, отхлынула обратно. Юг освещался, поначалу робкое зарево охватывало деревянные корабли, одно и за другим. И Алрик наконец разглядел, когда красный свет объял половину юга, — то не ветер метался над океаном. Отчётливая тень с огромными крыльями парила над портом, поджигая сверху корабли — и малерийские, и фрейские.
— Назад! Всем назад! — заорал сир Алрик, плохо понимая — куда бежать теперь, когда миссия оказалась сорванной.
Какую-то тварь упустили, не рассчитали, и теперь наверняка оставшийся в живых ящер…
— Неужели это дон Горан? — опешил Алрик. — антимат твари… Чтоб вас Тьма пожрала и выс…
Его толкнули к ближайшему дому: толпа неслась обратно и врассыпную. Сейчас сложно было понять, что происходит, и Алрик помедлил, пытаясь сориентироваться в незапланированной ситуации, а потом всё-таки побежал на пристань, чтобы узнать, кто из товарищей, находящихся на кораблях, смог выбраться.
24. Конец Фрейнлайнда
Кайа рассматривала улыбающегося малыша:
— Слишком похож на него! А потому должен умереть! — наконец вынесла вердикт и подняла повыше, готовясь разорвать. Тьма прилила к голове, меня облик с получеловеческого на звериный.
— Моя донна! Да за что же казнить дитя? Оно ведь ещё даже разума не имеет! — сказал вдруг дрожащий мужской голос.
Кайа рыкнула, поворачиваясь к двери. Бледный Йоран трясся, как молодое дерево в бурю, но не уходил.
— Давать советы МНЕ?! — она развернулась, ухватывая небрежно малыша одной рукой и причиняя ему боль. На захлебнувшийся крик она издала утробный рокот и снова вернулась было к намеченному, но Йоран не отставал.
— Обождите, хозяйка! Позвольте мне подержать малыша! А вы прогуляйтесь, подумайте… Убить — оно всегда можно… Воскресить сложнее. Вдруг да захотите его пощадить? — мужчина медленно двигался в сторону чудовища, вытягивая руки.
«УБЕЙ ЕГО! ЧЕГО ТЫ ТЯНЕШЬ?» — взревел в голове голос Марны.
«А ведь он прав, твой ублюдок нам может быть полезен!» — задумчиво сказал Инграм.
Кайа прикрыла глаза, вызывая последние образы, принесённые ей вместе с Тьмой. Инграм видел больше других — и даже то, как Дыв держит служанку Лотту, думая, что это Кайа… И то, как волокут тела отца, матери, сестёр… Никого больше у Кайи нет! Она одна!
Одна и её ублюдок! Наследничек…
«Подари ему крылья, когда он вырастет, — мурлыкал Инграм, — расскажи всё! Отомсти своему карамалийцу, сравняй с землей его Кар-Малерию… Но сначала… Пусть твой ублюдок убьёт всех родственничков, как они убили нас!»
Кайа вынырнула из глубин Тьмы Говорящей — Йоран уже держал малыша и кутал его в первую подвернувшуся тёплую тряпку. Идея Инграма, мыслившего дольше прочих, была совсем неплоха… Очень даже… Но голос Марны, умиравшей тоже долго, упорствовал: «Убей всех сама! Заставь их всех пожалеть!»
Отец не успел послать ничего, кроме ненависти к предателям-принцам.