Плюшевый Холокост (ЛП)

Красный завод возвышался над ней, когда они въезжали в ворота, заслоняя солнечный свет. Все та же покосившаяся ограда из цепей окружала территорию, но большая часть зданий казалась новой, только что построенной. С другой стороны здания была даже парковка с заводными машинами. Она предполагала, что здание окажется немного меньше, чем она помнила, но на самом деле оно оказалось гораздо больше. И здесь было тише.
- Ты уверен, что хочешь это сделать?- спросила Джули. - Возможно, еще не поздно отказаться.
Райли наблюдал за тем, как двое охранников закрывают ворота с цепью за пауком-слинки.
- Уже слишком поздно отступать, - сказал Райли. - Но ты не волнуйся. Мы справимся.
Джули глубоко вздохнула. Наступало время представления.
- Спасибо, что сделал это для меня, Райли, - сказала Джули. - И помни, что бы ни случилось, я заберу тебя оттуда, когда все закончится. Я обещаю.
- Я знаю, что ты это сделаешь, - сказал Райли.
Они подъехали к красному зданию, где стояла небольшая группа охранников, беседующих между собой. Джули спустилась со своего паука-слинки. Она подошла к задней стенке и посмотрела на Райли через решетку. Он кивнул ей. Мальчик выглядел гораздо спокойнее, чем она.
Вельвет подошла к Джули сзади и похлопала ее по спине.
- Давайте покончим с этим, чтобы мы могли доложить в штаб, - сказала Велвет. - Они будут в бешенстве, когда узнают о том, что там произошло.
- Может быть, нам стоит подождать до завтра, - сказала Джули.
Вельвет рассмеялась.
- Хотелось бы.
Крольчиха держала свой раздувшийся живот, отпирая тюремную камеру и пропуская детей вперед.
- Сюда, - сказала Велвет охранникам.
Солдаты из "капустной грядки" помогли отвести детей в сторону здания. Там собралась небольшая толпа пленных людей. Большинство из них были падальщиками - людьми, которые выживали в пустоши в одиночку, питаясь мусором и загрязненной водой. Большинство оставшихся в живых людей были именно такими падальщиками. Хотя они прожили дольше, чем большинство людей, они жили как обезумевшие животные. Их разум был давно утрачен. Джули уже почти не видела в них людей.
- Они ужасно пахнут, - сказала Вельвет группе клоунов-солдат, куривших сигареты неподалеку.
Судя по грязи на их ярких мундирах, четверо клоунов-солдат были, очевидно, теми, кто привел сюда всех этих падальщиков.
- Это все, что мы там нашли, - сказал один из солдат-клоунов. - Две недели охоты - и это все, что мы можем показать. Наш командир будет в бешенстве.
Охранники отправили детей к группе падальщиков. Люди скулили и стонали вокруг них, обнюхивая детей, словно собаки. Маленькая девочка взвизгнула, когда один из них начал зализывать рану за ее перевязанным глазом.
Затем они подготовили пленников к заключению. С них содрали всю прогнившую одежду. С помощью пожарных шлангов с их тел смыли грязь и экскременты. Затем они выстригали жуков и личинок из их волос, завязанных в дреды.
- С каждым днем они становятся все отвратительнее и отвратительнее, - сказал вальяжный охранник с коричневой бородой из пряжи. Затем он посмотрел на Джули: - Почему бы вам, ребята, просто не убить их в пустоши и не привести к нам? Нам надоело иметь дело с полумертвыми людьми, полными инфекций.
- Дайте нам передохнуть, - сказал один из солдат-клоунов. - Это все, что там осталось.
Когда все заключенные были очищены, их выстроили в ряд и поставили на конвейерные ленты. Их разделили на четыре очереди: взрослые мужчины, взрослые женщины, дети мужского пола и дети женского пола. Слепая девочка плакала, когда ее разделили с Райли, но он ничего не мог сделать, чтобы удержать их вместе.
- Не волнуйся, - сказал ей Райли. - Просто делай, как они говорят, пока я не найду тебя внутри.
Но его слова не остановили ее слез.
С людьми обращались как с коробками, которые грузят в грузовик. Это было типичное обращение умных игрушек с людьми. То, что с ними обращались как с неодушевленными предметами, они ненавидели больше всего, когда были игрушками, так что это была часть их мести.
 
- Давай, - сказала Вельвет. - Пойдем в дом и выпьем кофе.
Джули кивнула и пошла за ней к дверям в красное здание.
- Можешь на меня рассчитывать, - сказал Райли, когда она проходила мимо него.
Он сделал вид, что обращается к безносому мальчишке-мусорщику, стоящему перед ним, но Джули знала, что эти слова предназначались ей. Она оглянулась на него. И, несмотря на пристальные взгляды охранников, кивнула ему.
- Давай сделаем это, - сказала она.
Вельвет снова посмотрела на нее.
- Что?
- Ничего, - ответила Джули.
Затем она вошла в огромное помещение для содержания людей. Войдя в двойные двери, она поняла, что все это происходит на самом деле. Она действительно вошла в то место, где ее родители находились в плену последние семь лет. Об этом моменте она до сих пор могла только мечтать.
Она мысленно представляла, каково это - увидеть их снова. Она задавалась вопросом, узнает ли она их спустя столько времени. Если все пойдет по плану, то, возможно, они воссоединятся уже в этот день.
Джули последовала за Вельвет и другими солдатами по белому коридору с окнами.
- Вы оба из подразделения генерала Гриза, верно - спросил один из солдат-клоунов.
- Да, - ответила Вельвет.
- Как прошел рейд? - спросил он. - Я еще ничего о нем не слышал.
- Ничего хорошего, - сказала Джули.
Вельвет хмыкнула.
- Ничего хорошего? Все пошло прахом. Мы - все, что осталось от всего подразделения.
Пока они шли через проход, клоун, стоявший позади Джули, все время пытался привлечь ее внимание. У него была гладкая белая пластиковая кожа и пушистые рыжие волосы. В детстве Джули терпеть не могла клоунов-смарт-игрушек. Казалось, они были созданы для того, чтобы быть в равной степени жуткими и раздражающими. Только самые садистские родители покупали их своим детям.
- Эй, панда, что это за дурацкие очки? - спросил клоун.
Другие солдаты-клоуны захихикали.
- Это всего лишь очки, - сказала Джули.
- Но почему ты их носишь? - спросил клоун, вцепившись ей в лицо.
- Да, они же идиотские, - сказал другой клоун.
Джули старалась не обращать на них внимания и смотрела в окна, расположенные вдоль стен коридора. Из окон открывался вид на большое помещение, похожее на склад, в которое вскоре должны были войти заключенные.
Вельвет оглянулась на нее.
- Раз уж он об этом заговорил, не думаю, что видела тебя без них. Почему ты всегда их носишь?
- Они довольно глупо смотрятся на панде, - сказал клоун.
Через окно Джули заметила кучу кукол в белых костюмах биологической опасности, которые грузили пластиковые коробки на погрузчик.
- У меня чувствительные глаза, - сказала Джули.
- Даже в помещении? - спросила Вельвет.
- Особенно в помещении, - сказала Джули, отмахнувшись от разговора. Ее больше интересовало то, что происходило в комнатах за стеклом.
Джули было интересно, где находятся заключенные. В комнате слева должны были находиться взрослые, но там была только куча станков и рабочих, загружающих ящики.
Вельвет рассмеялась.
- Да, эти врачи вечно все портят. Мне уже три раза заменяли глаза.
Потом Джули увидела, как один из рабочих копается в чане с кишками. Таких чанов было несколько: одни были заполнены мясом, другие - органами. Она остановилась и более внимательно осмотрела рабочих. Она должна была убедиться в правдивости увиденного.
- Жаль, что запчасти становятся такой редкостью, - сказала Вельвет, заглядывая через окно в ту же комнату, что и Джули. - Когда все люди исчезнут, мы останемся с теми частями тела, которые у нас есть.
Это место не было лагерем для заключенных. Это была скотобойня. Все люди, попавшие на фабрику по конвейеру, загружались в машину. Затем их разделывали, разбирали на части, чтобы использовать в качестве органов для плюшевых игрушек и кукол.