Плюшевый Холокост (ЛП)

- Мама-панда любит малыша-панду, - пел доктор. Его глаза были слишком большими для его головы и выпирали из глазниц. - А медвежонок панда любит маму панду.
Джули больше не могла выносить его хриплое пение.
- Не мог бы ты заткнуться, черт возьми? - сказала она высоким электронным голосом. - Ты меня до смерти пугаешь, когда поешь.
- Мой голос тебя пугает? - сказал доктор. Он хихикнул. - Послушай себя.
Одной из первых операций, которую доктор сделал Джули, было удаление ее человеческого голосового аппарата и замена его на голос умной игрушки. С тех пор у нее не было голоса человеческой девушки.
- Ты говоришь, как растлитель малолетних, - сказала Джули своим нечеловеческим тоном.
- А ты говоришь как слабоумный мультяшный персонаж, - сказал доктор. - Ты всем снишься в кошмарах.
Когда процедура закончилась, Джули бросилась к зеркалу, чтобы рассмотреть свою новую черную пушистую руку. Она соответствовала остальному меху, покрывающему ее тело. Еще несколько операций, и она наконец-то станет настоящей плюшевой пандой.
- Прекрасно, - сказал доктор, любуясь своей работой. - Ты выглядишь совсем как одна из них.
- Я не хочу просто выглядеть как одна из них, - сказала она. - Я хочу стать одной из них.
Она сняла с себя потрепанную одежду, чтобы посмотреть, как она выглядит в целостности. Ее кожа представляла собой лоскутное одеяло из черного и белого пуха. Лапы были твердыми и упругими. Грудь представляла собой белые пухлые шарики. Плюшевая кожа была пересажена на девяносто три процента ее тела. Оставалось привить только мордочку и некоторые участки груди и подмышек.
Доктор чистил свои инструменты в почерневшей банке из-под кофе на плите.
- Начнем с лица, - сказал он. - Это будет самая сложная часть. Потребуется не менее десятка процедур.
- Так много?
- Если ты хочешь обойтись без лица, у меня еще есть маска, - сказал доктор. Он открыл скрипящий металлический ящик рядом с плитой, показав маску для лица панды, которую он сконструировал несколько месяцев назад.
- Я же тебе говорила, - сказала она, натягивая на себя комбинезон. - Не стоит рисковать. Если я собираюсь проникнуть к ним, мой облик должен быть настоящим.
Доктор бросил маску панды обратно в ящик.
- Как скажешь, сумасшедшая.
Она в последний раз взглянула в зеркало и потерла пушистые ушки панды на макушке. Они все еще болели после того, как в прошлом месяце доктор снял с нее скальп, заменив человеческую голову с волосами на капюшон из черно-белого пуха.
- Кстати, - сказал доктор. - Ты никогда не говорила мне...
- Что? - сказала Джули.
- Из всех чучел, в которые ты могла бы превратиться, почему ты выбрала панду? - спросил он.
Джули прикусила почерневшую губу.
- Мне всегда нравились панды, - сказала она.
- Но когда ты в последний раз видела на улице умную игрушку панду? - спросил он. - Ты бы лучше вписалась в роль плюшевого мишки или кролика.
- Иногда выделиться - это лучший способ вписаться, - сказала она, вытирая пот с подмышек горстью пепельного хлопкового пуха.
Джули залезла под елку, чтобы найти свой последний подарок - тот, на оберточной бумаге которого были изображены феи и снежинки.
- Что принес тебе Санта? - спросил папа Джули, стоящий перед ней в пижаме с сосновым запахом.
Юная Джули ничего не ответила, а только потянулась за тяжелым пакетом, пытаясь изо всех сил вытащить его и чуть не свалив при этом всю елку.
- Санта очень старался, чтобы достать этот подарок, - сказал ее отец. - Он был очень дорогой.
Он поднес к подбородку кружку с горячим какао в форме оленя и подул на пар, поднимающийся через рога.
- Заберите меня отсюда, - раздался высокий голос из пакета.
- Что? - сказала Джули, услышав голос, и ее глаза загорелись. Пакет начал двигаться и трястись сам по себе. - Что?
- Ну же, - сказал голос. - У меня здесь клаустрофобия.
- Что? - закричала Джули от волнения.
 
- Скорее открыва", - сказал ее отец, потягивая какао.
- Почему так долго? - сказал голос из коробки. У него был карикатурный нью-йоркский акцент 1930-х годов. - У тебя что, мозги набекрень, что ли?
Джули разорвала оберточную бумагу и увидела внутри коробки чучело животного. Оно было живым и билось о пластиковую оболочку, отчаянно пытаясь освободиться.
- Что это? Что это? - закричала Джули.
- Это умная игрушка! - сказал отец.
Игрушка выползла из коробки и зашелестела шерстью.
- О, боже! Это панда! Я люблю панд!
- Спасибо, малыш, - сказало чучело, расправляя пушистые конечности и делая глубокий вдох. - Еще минута, и я бы задохнулся.
Затем Джули подхватила панду на руки и обняла ее так крепко, как только могла.
- Эй, погоди-ка, что случилось? - заплакал медвежонок панда. - Из одной тюрьмы - в другую!
Игрушка трепыхалась и извивалась в руках Юли.
- Не говори, что ты подарил её эту игрушку, - сказала мама Джули, появившись в комнате позади них. Она потирала голову, слишком сильно мучаясь от похмелья, чтобы проснуться так рано утром. - Господи...
- Это то, что она хотела, - сказал отец, улыбаясь волнению дочери.
- Ей десять лет, - сказала мать. - Она слишком взрослая для плюшевых животных.
- Но посмотри, какая она классная, - сказал отец. - Я даже хотел бы купить себе еще одну.
Мать покачала головой.
- Да, ты бы купил... - затем она пошла на кухню, чтобы сварить еще одну порцию кофе.
- Как его зовут? Как его зовут? - спросила Джули.
- Не спрашивай меня, - сказал отец, указывая на игрушку со взъерошенным лицом. - Спроси его.
- А как тебя зовут? - спросила Джули у панды.
- Отпусти меня, и я тебе скажу, - сказал он.
Джули отпустила его.
- Зови меня Поро, - сказал панда, вытирая со своей шерсти вонь от девочки.
- Привет, Поро, я Джули!
- Да, здорово, - сказал Поро.
Потом панда пробормотал про себя:
- Я так и знал, что мне попадется плоская девчонка...
- Я буду любить тебя вечно, Поро! - воскликнула Джули, снова заключая медвежонка в свои объятия.
Юная Джули играла со своим новым другом без остановки весь день. Ее родители сидели на диване и с удивлением наблюдали за происходящим, недоумевая по поводу передовых технологий игрушки.
- Как, черт возьми, он может так разговаривать? - спросила мама Джули у отца. - Как настоящий человек.
- Практически он и есть настоящий человек, - сказал отец. - Он запрограммирован так, что обладает интеллектом человека. У него даже есть эмоции.
- Как он может испытывать эмоции? - спросила она. - Это же просто компьютерная программа.
- Эмоции - это просто запрограммированные реакции как у людей, так и у компьютеров, - сказал отец. - Если она будет груба с игрушкой, она будет грустить. Если она будет с ней ласкова, панда полюбит ее в ответ. Общаясь с ней, она получит ценные социальные уроки.
- Я бы хотела, чтобы ты поговорила со мной, прежде чем покупать ее, - сказала мать. - Не знаю, понравится ли мне мысль о том, что эта штука будет бегать по нашему дому.
Поро швырнул подушку через всю комнату в Джули. Она пролетела мимо девочки и воткнулась в ветки елки. Затем он засмеялся и указал на нее пальцем.
- Это будет похоже на жизнь со странным крошечным человечком, - сказала мать.
- Он совершенно безопасен, - сказал отец.
- Ты в этом уверен?
- Что самое худшее может случиться?
Когда Джули гонялась по комнате за своей новой игрушкой, Поро споткнулся о торцевой столик и опрокинул на линолеумный пол аквариум с золотыми рыбками. Стекло разбилось, и золотые рыбки разлетелись по полу.
- Кто этот недоумок, который поставил это сюда? - спросил панда, вытирая воду с шерсти.
Мать не должна была этого говорить, но все равно сказала.