ИльРиса. Подарок Богов (СИ)
А потом и вовсе я в универ поступила и из Псарьков уехала, наезжая только время от времени на каникулы. Проснувшись, я все перебирала и перебирала светлые воспоминания, глядя сквозь мутное окно на занимающийся рассвет. Легла я вчера рано, потому и проснулась с рассветом. Выспалась. Прошедший день и ночь слегка примирили меня с изменившейся реальностью, притупили осознание. Я старалась разбудить в себе те ощущения, которые испытывала в разговорах об этом мире с мамой. Это были лучшие часы моего детства. Только мы одни, мама и я. Никто-никто не мог понять, о чем мы говорим, это было только наше время, ее и мое. Рассказы мамы походили на волшебную сказку, чарующую, манящую. Как же мне хотелось поскорее попасть на Галлею, поскорее очутиться в этом волшебном мире, увидеть все своими глазами. А потом мамы не стало…
И мир подернулся серой пеленой. Некому было говорить со мной на рашиисском, некому было рассказывать о волшебном мире, некому было требовать, чтобы я следила за речью и манерами. Спасла меня Лиза. Ее семья тогда только-только переехала в Псарьки. Родители развелись, и мама с Лизой вернулись к ее бабушке. Наши истории были во многом похожи. Только она своего отца знала, видела, росла рядом с ним, но он все равно ее бросил. Ни разу за все годы так и не приехал навестить свою дочь, полностью поглощенный новой семьей. Так что две одинокие девочки поддерживали друг друга. Она частенько даже ночевала у нас, а я у них. Мы ходили в одну школу, сидели за одной партой, вместе поступили в сельскохозяйственный. Лизе нравилось помогать, лечить, но в медицинский на бюджет она не прошла, а денег на платное отделение у семьи не хватило, поэтому решила стать ветеринаром. Конкурс тоже приличный, но мы поступили, справились! Позже стали снимать квартиру в складчину. Как она там без меня?
Лизе я о Галлее не рассказывала, никому не рассказывала, кроме теть Марины. И то только после смерти мамы. Думаю, теть Марина поверила. В свою очередь она делилась воспоминаниями о том дне, когда нашла маму, как они узнали, что мама ждет малыша, дне моего рождения. Многое совпадало, думаю, подспудно теть Марина что-то такое и подозревала. Речь мамина опять же, совершенно отличная от земной. Язык, не похожий ни на какой другой. Да и внешне она сильно отличалась. Девушка в таком платье, дорогих украшениях в такой небольшой деревеньке, как Псарьки могла оказаться только по волшебству, — улыбнулась я, вспоминая эти слова теть Марины. Только по волшебству…
Для Лизы будет ударом мое внезапное исчезновение, а вот теть Марина должна понять. Вселенная, прошу тебя, сделай так, чтобы мои родные, любимые, дорогие мне люди никак не пострадали от моего исчезновения! — взмолилась я, не зная, к каким богам обращаться, чтобы быть услышанной.
Глава 9.
— Что, дев… Илриса, со мной на рынок поедешь?
— Нет, дядька Никос, не поеду, — отрицательно качнула головой, отставляя пустую кружку в сторону. — Боязно мне. Останусь, если Дизара против не будет, — бросила взгляд на хозяйку. — Может по хозяйству сумею помочь.
— Дело твое, — спокойно кивнул Никос, поднимаясь из-за стола. — Дизара, собрала забутовок-то мне? — кликнул он жену.
— Собрала, собрала, — вытирая руки полотенцем, спокойно ответила хозяйка, подавая мужу небольшой сверток, перетянутый бечевкой. — Тянешь ты сегодня, Никос. Так и места тебе не достанет на ряду!
— Не бреши почем зря! — по-доброму, без зла откликнулся мужчина. — Не сильно-то я и чухаюсь. Димис сегодня тоже в Житец сбирается, вместе и поедем. У него кляча-то побойчее.
— Никос! — послышался окрик с улицы.
— Живее поворачивайся, Никос, а то уедет Димис без тебя! — снова разворчалась Дизара. — Уже истомился ждать поди!
— Будет тебе, Дизара. Гостью нашу не забижай, а я поехал. К вечеру только и буду.
Хозяин резво выскочил из дома, подхватил с травы глиняные шарики со слязнами и поспешил к ожидающей телеге.
— Дизара, а откуда у дядьки Никоса еще два домика со слязнами?
— Слётка? Так вы ж вчера набрали, — не поняла женщина.
— Но ведь мы только два домика заполнили, а у него четыре с собой.
— Два, да полных до отказа. Никос их и поделил, вот четыре-то и вышло. Никос-то рассказал мне по-тихому, что это вы слязнов приманили. Да не бойтесь! — заметив, что я напряглась, махнула Дизара. — Не стану я про то по деревне брехать. Тока и вам, коли не хотите, чтобы все узнали, тишиться надо поболе. А то оно знаете как. Одна баба прознает, все, считай, что вся Тиллиорка в курсе!
— Дизара, чем я могу вам помочь? Вы не думайте, я все умею. И готовить, и стирать, и подмести или полы вымыть.
— Что это вы удумали, лиария? — в негодовании всплеснула руками Дизара. — Как же я вас заставлю полы мне мыть? А после что делать стану, когда все узнают, кто в моем доме гостил? Нет уж! Вон на солнышко можете выйти, прогуляться. До речки спуститься, ежели желание есть, а по хозяйству я и сама управлюсь!
— Дизара, мы ведь договаривались, что вы меня просто по имени называть будете, — мягко напомнила я.
— Дык не принято так. Да и как это, вы ко мне уважительно, а я по имени, как Никос? Да он, орф шелудивый, небось и не понимает, кто у нас в доме гостит, а я-то вижу, что не простая вы лиария. Ручки вон какие холеные, и говор правильный, а за столом как себя ведете, никогда такого и не видала. Мы то люди простые, ложку взял и все. А вы вон и ножичек обязательно, да на маленькие кусочки все изрезаете.
— А давайте договоримся, что я к вам на ты стану и по имени, но и вы ко мне тогда также, — предложила компромисс. — Идет?
— Не смогу я, — отвернулась Дизара. — А потом как мне людям в глаза смотреть, после того как лиарии тыкала?
— Тетушка Дизара, — подошла я к женщине со спины и приобняла ее за плечи. — Вы сами того не ведаете, только с дядькой Никосом от беды меня уберегли. Вы теперь мне самые настоящие тетушка и дядюшка, так и стану обращаться. А вы уж ко мне по-простому, как к племяннице любимой, договорились?
— Ой, шельма! — восхитилась Дизара. — Ну, коли племянница, тогда иди во двор, зухолам воды налей.
— Все сделаю! — шутливо козырнула я и пошла на выход.
Погода сегодня выдалась прекрасная. Несмотря на раннее утро, солнце светит уже ярко, пригревая довольно ощутимо. Двор у Дизары с Никосом не слишком большой, но ухоженный. Никаких цветов или других украшений, дорожки отсыпаны мелким камнем, за домом хозяйственные постройки, неподалеку крытый колодец. Решила сначала пойти на живность взглянуть. Подворье у моих спасителей оказалось небольшое. Три зухолы, покрупнее тех, что я видела на поле пасущихся. Эти животные любой корове в росте фору дадут. Подошла ближе, потрогала длинные витые рога. Интересные какие! — хмыкнула про себя. Дядька Никос упомянул, что они вылупляются из яиц, это же просто потрясающе! Какого же размера яйца они несут и сколько за раз? И как часто? Почитать бы об этом. Книги в Рашиисе точно есть, также как и школы, и академии для одаренных, это мне мама рассказывала. Вот немного осмотрюсь, пообвыкну и придется папеньку искать, хоть и царапает что-то душу при мысли о нем. Ведь недаром же у мамы браслет расстегнулся.
В соседнем загоне бегали мелкие птички с обрезанными крыльями, похожи чем-то на земных перепелок, только клюв больно грозный, не соответствует размеру пернатых. У них и корм насыпан, и вода налита. Прошлась еще дальше к последнему загону. Здесь, привалившись к стенке загона, полулежала старенькая лошадка. Отличий от земных собратьев на первый взгляд немного, чуть иная форма головы, ноги покороче, а может, это просто особенность породы. У нее тоже и корм был, и вода. Только видно ничто уже несчастную не радовало, больно стара. Как же Никос ее запрягать хотел? Телегу я видела, стоит себе неподалеку от забора. Обычная деревянная телега, видно, что пользуются ею регулярно.
Ну да ладно, сказано зухолам воды налить. Вернулась к колодцу, с трудом набрала воды в большое деревянное ведро, тяжелое и само по себе, а уж с водой так и подавно и потащила к загонам. Одним ведром не обошлось, пришлось трижды сходить, пока поилка не заполнилась доверху.