Ты задолжал мне любовь (СИ)

— Нашел ее? – по-прежнему холодно спросила я.
— Нет, – искренне ответил Руслан. — Сказали, что в прошлом месяце она была в Мумбаи, как и в прошлый раз, меня обманули.
— Пф… – усмехнулась я, посчитав это ироничным. 
Я слишком хорошо знала своего мужа – даже понимая, что все это ложь, он все равно направился туда. Ему хотелось только отомстить за родителей и смыть обиды, и пусть даже это будет стоить ему жизни, он не будет колебаться. Узнав о том, что с Владимиром Ивановичем произошла беда, он поспешил назад, но что с того? Нашего только что родившегося сына украли, а он так мал, еще и недоношен, смогут ли эти люди позаботиться о нем? 
Это было предупреждение. 
Игорь и его люди никогда не уменьшали своих опасений по поводу Руслана и давно питали намерение украсть его единственного сына, чтобы тот понял, где его место, и больше и не думал мстить. Возможно, с тех пор, как мой муж превратился в талантливого участника бизнес-сообщества, ругаемый ими, и раскрыл свои способности, они уже расставили сплетенные сети, выжидая, когда мы в них угодим. 
— Руслан, мы слишком наивны. Что с того, что ты найдешь своего врага? Что с того, что наши оппоненты изменились до неузнаваемости? Они проиграют, а мы? 
Мои эмоции находились на грани краха, однако я вынуждена была улыбаться закутанному в пеленки ребенку. На глаза навернулись слезы, я уже не понимала, улыбаюсь я или же горюю
Руслан стоял на прежнем месте, не говоря ни слова. Его огромная фигура была похожа на прочную стену, от которой незаметно отскакивали все мои эмоции.
— Просто уйди, я сама найду сына, а ты больше не приближайся к нам.
Я люблю своего мужа, однако у меня больше не было смелости продолжать любить его. Сейчас я была не только Эмилией, не только женой Руслана, но и матерью двоих детей, и я отдам все ради того, чтобы с ними все было в порядке.
Мои слова успешно потрясли мужчину, и практически сразу после того, как я их произнесла, он широким шагом вышел прочь, не сказав ни «да», ни «нет». Как только он покинул комнату, внутри остались только я с ребенком на руках и мой брат.
— Вы послали кого-нибудь на поиски? – тихо спросила я.
Из-за пропажи ребенка у меня не было желания отдыхать.
— Что? – не расслышал Давид и, лишь на мгновение обомлев, ответил. — Да, послали, с ребенком они далеко не убегут.
Убегут? В огромной Москве с населением более десяти миллионов им и не нужно было бежать – они могли просто смешаться с толпой и бесследно исчезнуть, чтобы мы искали их всю жизнь.
Не продолжая разговор, я принялась раздумывать о том, чтобы найти человека Игоря и начать переговоры. Учитывая наши с Русланом прежние отношения, в их злобе никогда нельзя было заботиться только о себе. Однако нельзя было сказать, что выхода нет, узнав, что требует противник, каковы его безграничные желания, возможно, я смогу сделать так, чтобы ребенок жил в благополучии.
Видя, что я никак не отреагировала, Давид подошел ко мне и сел рядом.
— Помнишь, как раньше ты меня не ненавидела?
Я наклонила голову, не понимая, почему он вдруг заговорил об этом.
— Наверное, я не говорил тебе, но я собственными глазами видел, как отец покончил с собой. В то время я каждую ночь видел его мертвого, видел горе потерявших все Афанасьевых. Я не спал, из-за чего превратился в монстра, единственным смыслом жить для меня была месть, и, хотя я не собственными руками вонзил нож в своих врагов, однако, когда они понесли наказание, я освободился от кошмаров и смог стать собой.
Сделав паузу, мужчина с еще более серьезным видом посмотрел на меня и продолжил:
— Демидовы – люди не с узким кругозором, а Руслан вовсе не так прост. Он уже давным-давно проявил себя, и, если бы он палец о палец не ударил, Головнев не дал бы ему жить, он мстит ради самосохранения, ради безопасности тебя и ребенка.
Я не могла не знать этого. Если бы мой муж был обычным, заурядным человеком, я бы не любила его так сильно. Я любила его полностью и, конечно же, не могла отбросить в сторону существовавший бок о бок с ним риск. Любить и оберегать друг друга – две неотделимые друг от друга вещи.
 
Я молчала, не зная, что сказать. Возможно, я действительно была слишком жестока с Русланом, но только так могла гарантировать, что с оставшейся со мной дочерью ничего не случится.
«Тук-тук!» – в этот момент в спальню вошла Анна.
— Я все проверила, тот охранник с медсестрой уже выехали за границу, однако на видео я не увидела у них никакого ребенка – он, вероятно, все еще тут. Я связалась с другом, который живет в месте их назначения, когда они приземляться, он тут же возьмет их под свой контроль. Как придет время, мы сможем выяснить, кто забрал младенца.
У семьи Алешиных во всех уголках столицы были свои люди, и если девушка говорит, что мы поймаем их, то, конечно же, никаких проблем не возникнет. Я только беспокоилась о том, что противник хорошо подготовился, и, даже если мы и найдем кого-то, то вряд ли сможем что-либо выяснить.
Почувствовав, что с атмосферой в комнате что-то не так, Анна тайком дала знак глазами Давиду, чтобы тот встал, а сама села на его прежнее место и, протянув руку и похлопав меня по плечу, успокаивающе сказала:
— Сейчас самое главное для тебя – позаботиться о себе, если даже ты сдашься, то кто еще не пожалеет своих сил для поисков ребенка, верно?
У меня и так было слабое здоровье, а из-за пережитого утром стресса и возможности возникновения депрессии, они, конечно же, беспокоились обо мне. Глядя на ребенка, я, не имея никакого желания не покориться, послушно кивнула в знак согласия.
— Успокойся, я как следует позабочусь о ребенке и о себе.
— Мама! – Внезапно в комнату ворвалась Любочка, которой во что бы то ни стало хотелось посмотреть на сестренку.
Я с трудом приподняла уголки рта и вернула ребенка в кроватку. Глядя на то, как девочка осторожно играется с младенцем, я обмякла, а мои натянутые нервы расслабились.
Хотя Алешины и Афанасьевы объединили силы и обыскали всю Москву, я так и не смогла увидеть своего сына во время декрета.
.
  
Глава 881. Ты хочешь убить его! Верно?!
 
Сбежавшие медсестра и телохранитель прекрасно знали, как противодействовать разведке – во время пересадки они отправились в другое место, поэтому Анна, только немало человеческих и материальных ресурсов, спустя четырнадцать дней вернула их обратно в Москву и заперла их в подвале дома Афанасьевых. И сейчас мне нужно было быть гораздо спокойнее, чем тогда, когда я была на грани безумия. 
Стоявший передо мной мужчина со связанными за спиной руками и с синяками и кровоподтеках от избиений был тем самым охранником, который похитил моего ребенка. Люди Давида допрашивали его целыми днями и ночами, однако так ничего полезного и не выяснили. Холодно глядя на стоявшего на краю гибели мужчину и ощущая запах крови, я, однако, нисколько не волновалась. Мой брат шагнул вперед, схватил его за голову, заставляя смотреть на нас, после чего мрачно приблизил свое лицо к нему так, что расстояние между ними было равно кулаку, а уголки его рта растянулись в угрюмой улыбке.
— Скажи, где ребенок, или замолчишь навечно, выбирай. 
Один глаз телохранителя опух так, что он не мог его открыть, со лба текла кровь, он выглядел напугано. Тихо вздохнув, он медленно открыл глаза и встретился взглядом со мной. Не то чтобы я не видела людей, попавших в безвыходное положение, однако этот мужчины был другим – увидев меня, он вдруг расплылся в улыбке, явно что-то зная. 
— Ха. – Давид также увидел это и, будучи потрясенным, с силой ударил противника в живот кулаком.
Тот, испытывая боль, охнул, и у него не осталось сил на то, чтобы даже поддерживать свою голову. Через мгновение на пол упала капля крови, смешанная со слюной, отчего запах в подвале стал еще сильнее. Мой брат, увидев, что мужчина не двигается, вытащил из кармана пиджака платок и вытер с рук пятна крови. Подошел его человек и, протянув руку, проверил дыхание охранника, после чего дал подчиненным знак глазами, те притащили бочку с холодной водой и просто вылили ее на голову пленника.