Ты задолжал мне любовь (СИ)

— Я верю тебе, однако проводя расследование в течении полугода, ни нашёл ни следа Тимура. На самом деле это заставляет засомневаться в способностях твоих подручных. Вопрос сотрудничества я всё же позволю себе обдумать…
Денис приподнял брови угрюмо глядя на меня своими красивыми глазами:
— Ты хочешь взять свои слова обратно?
Я пожала плечами:
— На войне все средства хороши, занимаясь бизнесом обоим партнёрам нужно быть осторожнее, так лучше для них. 
Он холодно улыбнулся, его глаза застыли как льдинки:
— Раньше предполагал, что Руслан плутоват, но не ожидал, что ты ещё большая пройдоха, чем он. Обещанные мне условия откладываешь уже полгода и не выполняешь, сейчас ещё хочешь шантажировать меня, заставить сильнее расширить штат для поисков?
То, что он сказал, и было моей действительной целью. Я подло улыбнулась, притворившись самой невинностью:
— Если пожелаешь, то буду очень благодарна.
Малинов не ответил, сел прямо и медленно откинулся на спинку стула, его взгляд метнулся ко мне словно он обдумывал моё предложение. Долгое время спустя внезапно расхохотался:
— Ха-ха-ха, хорошо, я для тебя один раз сделаю исключение, однако…
Сделав паузу, он протянул руку, согнул фаланги пальцев и постучал по столу, его лицо внезапно стало зловеще строгим:
— Если в следующий раз я принесу видео с Архиповым, а ты отложишь и не согласишься выполнить, тогда не вини меня за использование экстраординарных мер.
Такие люди как он призывают к бою на побоище, если они уже начинают угрожать, то само собой смогут исполнить свою угрозу. Я сжала спрятанные под столом руки, изо всех сил сохраняя на лице самообладание, с большим трудом и напряжением улыбаясь и невозмутимо заявляя:
— Безусловно. 
Денис немного нетерпеливо смотрел на меня пару секунд, вслед за тем моментально развернулся и ушёл, оставив белокурую красавицу позади. Та бежала за ним семенящим шагом на высоких каблуках по мягкому газону, отчего выглядела комично. Они ушли, а Марина начала сплетничать:
— Что это за человек?
— Посторонний, – мне не хотелось слишком много говорить об этом, потому сразу сменила тему разговора, — в течении дня Давида не видно, чем он занят?
При упоминании брата девушка, наоборот, стала безрадостной, не знала куда себя деть и принялась бесцельно возиться с растениями в горшках на столе:
— Не напоминай, с тех пор как я в последний раз вышла с тобой и навредила тем, что тебя похитили люди Стаса, он не обращает на меня внимания, предполагаю, он мной недоволен.
— Э-э… – я опешила, не ожидала, что своевольное самоуправство повлечёт за собой их отчуждённость, потому мне оставалось лишь терпеливо утешить её, — ты надумываешь, возможно, он слишком занят делами по бизнесу
— Не утешай меня, разве я не увижу, занят он действительно или нет? – Марина вздохнула, словно уже не лелеяла надежды, — недавно вы ездили в больницу навестить Илью, тогда он забыл телефон, потому попросила водителя отвезти меня, чтобы передать его ему. Я видела, как он публично ради тебя применил меры к гендиректору компании «Ultima». В его сердце ты всегда будешь его младшей сестричкой, за всю эту жизнь, боюсь, ни одна женщина не сможет заставить его взглянуть на неё другими глазами.
Я поджала губы, не в силах опровергнуть этот вывод, но подумала и вновь решительно пришла в себя:
— Неправда, ты ошибаешься, ты забыла, как во время свидания вслепую он лично тебе признался, что ему нравятся другие женщины. Скажу тебе, что Давид такой, с виду ничего на свете не боится, однако в любви неосознанно не осмеливается признаться, как трусишка. Чтобы избежать его потери и дальнейших сожалений, тебе непременно нужно дать ему время, твёрдо держаться, дождаться пока до него дойдёт, понимаешь?
Марина не дала себя обвести вокруг пальца, продемонстрировала чрезвычайную скуку, надула свои пухлые губы, всё ещё держа в руках горшок с растением, чтобы отвести душу:
— Ты уже говорила об этом, однако прошло так много времени, а у нас наоборот даже прежнего интереса к зубоскальству и скандалам нет. Возможно, только лишь я принимаю желаемое за действительное, всё ещё обрываю помыслы роптать на судьбу, словно как Давид и сказал, стоит лишь стать ему хорошей женой, так этого будет достаточно. Какой прок в излишних размышлениях, никакого результата от них не будет, наоборот, ещё и вызову этим отвращение, хе-хе…
 
Я знала, что брат её ранит, когда я их не вижу, не знаю, сколько ледяной воды он на неё вылил, как женщина может выдерживать безразличие день за днём. Женщина ведь как цветок, ей требуется забота, покровительство и тепло, тогда она выживет во мгле, только немного потеряв свой цвет. Я не могу повлиять на её решение, только лишь промолчать. Одиннадцать часов вечера, я откинулась на спинку дивана и сразу заснула, смутно услышала поступь шагов, приоткрыла глаза и увидела, как брат снимает с себя куртку, собираясь накрыть ею меня.
— Раз проснулась, давай пойдёшь спать в комнату, – произнёс он, попутно накидывая куртку на руку.
Когда в животе два ребёнка, сидеть долгое время неудобно, я послушно поднялась, придерживаясь рукой о борт дивана. Брат, естественно, меня поддержал, и мы вместе пошли в спальню.
— Брат, ты в последнее время приходишь всё позже, в компании всё нормально?
— Пока дядя трясётся над всем, как может что-то случится? Просто не умею ладить с подчинёнными, потому провалил большой проект и хочу всё компенсировать собственноручно, – голос брата звучал тихо, ничего необычного.
Я остановилась, серьёзно глядя на него и сменила тему:
— Как там Жанна в последнее время?
Хотя расстались они давно, но я знаю, что тот тайком всё ещё узнаёт новости о ней. Он знает, что я вижу его насквозь, отпустил руку, прячась от моего взгляда, не зная, как поступить:
— Почему внезапно вспомнила о ней…
У меня заболела поясница, я протянула руку поддержать себя, резко, но справедливо критикуя:
— Я хочу тебе напомнить, что прошлое должно остаться в прошлом. Ты не можешь постоянно жить в воспоминаниях. Давид, потеря Жанны не твоя вина, это выбор обеих сторон, у тебя есть право полюбить другого человека, не стоит сковывать себя, хорошо?
Он опустил взгляд, не поддержал разговор, чем как раз подтвердил мои мысли. Что касается инцидента с похищением, он вцепился в Лариных и не отпускал, не только лишь из-за меня, но и из-за Марины, которую забрали в тот день и напугали. В своей душе уже давно начал заботиться о ней, только вот потеря Жанны стала для него слишком сильным ударом. В глубине души он ограничил свои действия, не соглашаясь и не желая простить себя, однако ненароком использовал тот же самый метод, отдаляя от себя любящих его людей.
  
Глава 876. Ради своих малодушных дум
 
Увидев, что он не реагирует, я поразмыслила и открыла рот, чтобы что-то сказать, однако внезапно раздался звук столкновения и треск разбитого стекла. Вслед за тем служанка послушно принесла извинения:
— Простите, госпожа, с Вами всё в порядке?
Только я вытянула шею, чтобы посмотреть в том направлении, как Давид уже быстро выскочил туда. Я подошла к двери, увидев, что брат уже в лютой ярости на Марину:
— Бестолковая, уже даже не видишь куда идёшь?
Локоть девушки, наверное, облили горячим чаем, сначала обидели, а теперь её добил Давид, она заговорила, всхлипывая:
— Что свирепствуешь! В этом нет моей вины!
Лицо брата вытянулось, он выглядел как дьявол во плоти, однако не стал препираться, покосился на запаниковавшую служанку и с мрачным выражением лица заявил:
— Даже такую мелочь не способна сделать нормально, завтра приходить ни к чему.
— Довольно, – Марина надула щёки, всё ещё очень добродушная, ей не хотелось оставлять работницу без средств к существованию, — если взгляд на меня у тебя не вызывает хороших чувств, то не нужно вымещать гнев на других людях. Просто наложу повязку и не буду тебе мешать.