Ты задолжал мне любовь (СИ)

Но я упустила из виду одну вещь: он только что принял душ, и, кроме банного полотенца, на нем были только шорты.
Смутившись на мгновение, я все-таки держала себя в руках. Я просто осматривала ему рану, и больше ничего.
Видя, что его тело было немного напряжено, я сказала:
— Не нервничай, я просто посмотрю на рану. Возможно, придется перевязать ее заново, иначе будет легко заразиться!
Я нашла аптечку и присела рядом с ним на корточки. Не говорите, фигура у этого мужчины действительно первоклассная. Он сильный и мускулистый. Выглядит худым, но после того, как снял одежду, его мышцы живота оказались сильными и мощными.
— В рану попала вода, и она немного гноится! – сказала я, немного разозлившись, и подняла глаза, чтобы посмотреть на него:
— Если ты действительно хочешь принять ванну, ты можешь просто вытереться полотенцем. Так легко заразиться, если мыться прямо водой!
Он пристально посмотрел на меня и улыбнулся:
— Я привык к этому, все в порядке!
Я всегда чувствовала, что мужчина был слишком небрежен, когда говорил это, и он больше не относился к своей жизни ответственно. Некоторое время я сердито смотрела на него:
— Не причиняй себе такого вреда ценой своей жизни. В любом случае ты уже здесь, в этом мире. Почему не можешь жить нормально?
Раненый слегка улыбнулся, все еще с тем же холодным выражением на лице:
— Ты с Русланом также беседуешь?
Я была ошеломлена и какое-то время не могла контролировать свои эмоции. Я подняла глаза, чтобы посмотреть на него, и не могла не нахмуриться.
— Когда ты отвезешь меня домой?
После паузы я снова сказала:
— Руслан – мой муж. Я опасаюсь, что он пострадает, потому что переживаю за него. Я боюсь, что Вы пострадаете, потому что я в долгу перед Вами и из соображений гуманности.
Он непринужденно улыбнулся, сказал, как будто не принял мои слова во внимание:
— У меня все еще есть кое-какие дела здесь, в Западной Европе. Вернемся, когда переговоры закончатся. Кроме того, твоя подруга должна сначала поправиться, чтобы вернуться. В противном случае, после операции ей очень опасно лететь!
  
Глава 493. Встреча по возвращении на родину (часть 3)
 
Я, естественно, это знала, кивнула и сказала:
— Спасибо!
Он улыбнулся, и больше не заговаривал.
Нагноение раны было вызвано инфекцией, рана была глубокой. Когда я обрабатывала ее, то беспокоилась, что раненому больно, поэтому не могла не стараться осторожно обращаться с ним.
— У Ефимовых бизнес по всему миру?
Их фирмы есть как в Финляндии, так и в Западной Европе, так что это должен быть большой бизнес.
Мужчина кивнул.
Я продолжила:
— Я знаю тебя так долго, но еще не знаю, каким бизнесом вы занимаетесь?
Собеседник сделал паузу и сказал:
— Нефть, сейчас еще начинаем включать высокие технологии.
— Нефть?
Я думала о Ефимове Станиславе Максимовиче, которого встретила на свадьбе Алешиной Анны раньше.
Я не могла удержаться, чтобы не посмотреть на него и не спросить:
— Ты из семьи Ефимовых?
Он поднял брови и промолчал. Я вдруг вспомнила аукцион в Санкт-Петербурге и не смогла удержаться, чтобы не спросить:
— Ты раньше проводил аукцион в Санкт-Петербурге?
Если так, то становилось понятно, почему он появился тогда на кладбище и спас меня по счастливому стечению обстоятельств.
Глядя на него, я стала серьезнее. Когда мужчина увидел это, то сказал:
— Если ты будешь продолжать в том же духе, то заколешь меня до смерти.
Я опешила, удивилась, посмотрела вниз и увидела, что случайно ткнула ватным тампоном в его рану, немного кровоточащую.
Через некоторое время убрала руку и быстро сказала:
— Прости, я не хотела!
Я поменяла лекарство, обработала рану и перебинтовала ее, и вдруг поняла, что на нем нет ничего, кроме шорт.
Какое-то время мне было немного неловко, поэтому я накрыла его банным полотенцем и сказала:
— Уже поздно, тебе следует ложиться пораньше.
Он кивнул, я взяла коробочку с лекарствами, поэтому не стала слишком задерживаться и вышла из спальни.
 
Из живота Тамары и других достали аквамарин, но, в конце концов, все они были женщинами, которым сделали операцию, и они нуждались в уходе в течение нескольких дней.
Якову Станиславовичу есть чем заняться, и, естественно, у него не так много времени, чтобы заниматься моими делами, поэтому я в основном сосредоточилась на Тамаре и других.
Первоначально я собиралась позвонить Руслану, чтобы сообщить, что со мной все в порядке, звонила несколько раз, но все было занято. Я подумала, что это настроена переадресация вызовов, и не было никакой возможности дозвониться.
Я сдалась, ничего не могла с этим поделать
Сначала я хотела позвонить Алешиной Анне и остальным, но когда я поехала в Финляндию, мой мобильный телефон давным-давно забрали женщины-полицейские в полицейском участке. Телефоны были потеряны. Телефонной книги нет. Я не помню их номера, так что не могу с ними связаться.
Пробыв неделю в Западной Европе, Тамара и другие девушки почти восстановились. Дела Ефимова Якова также были завершены. В ночь перед возвращением домой Тамара и еще несколько человек остались на вилле.
Пройдя через грань жизни и смерти, Тамара, которая раньше щебетала без умолку, сейчас казалась более спокойной.
Полина и Кира тоже не хотели разговаривать, но Кира все еще любила читать Священные писания.
Вероятно, поняв, что все за столом немного смутились в тишине, Алиса сказала:
— Завтра мы поедем домой, давайте же выпьем!
Она подняла бокал с вином с улыбкой на лице и посмотрела на нас.
Тамара была ошеломлена, последовала за ней, подняла свой бокал, посмотрела на меня и сказала:
— На этот раз, несмотря ни на что, я все равно хочу поблагодарить Эмилию. Она спасла всех. Если бы она не попросила господина Ефимова о помощи, боюсь, мы уже бы кормили рыбу на дне моря!
— Вот именно!
Кира остановила чтение Священных писаний, посмотрела на меня и сказала с улыбкой:
— К счастью, на этот раз у нас есть Эмилия, так что мы все должны выпить за нее вместе!
Итак, все подняли свои бокалы и выпили, и, наконец, вернулись к теме разговора, атмосфера стала оживленной.
Так все начали непринужденно беседовать. Тамара подошла ко мне и прошептала:
— Какие у вас отношения с Ефимовым Яковом? У тебя действительно хорошие отношения с семьей Демидовых, Афанасьевых и семьей Алешиных?
Она завалила меня расспросами, я немного замешкалась и сказала после паузы: — На этот вопрос нелегко ответить, Тамара, я могу выбрать не отвечать!
— В чем дело? Ты не хочешь говорить, разве боишься, что мы все будем полагаться на тебя в будущем и достигнем высоких результатов, верно?
Это говорила Кира, девушка посмотрела на меня с улыбкой.
Я была застигнута врасплох и ответила:
— Я не это имела в виду. Я просто думала, что неподходяще рассказывать это всем, мы все так много пережили вместе, у нас дружба до гробовой доски. Как я могла думать, что вы используете мои связи в корыстных целях.
— Ты не можешь так говорить. Мы всегда вчетвером переживали смертельную опасность.
На этом пути ты полагалась либо на мужчин, либо на отношения, и не получила никаких травм. Слишком легко говоришь о закадычных друзьях.
В словах Киры была сатира, но она сказала правду, и в этом не было ничего плохого.
Мне нечего было сказать, и я слегка улыбнулась, не зная, как поступить дальше.
— Кира, как ты разговариваешь? Если бы не отношения между Эмилией и Ефимовым Яковом, ты действительно думаешь, что мы могли бы так легко выжить? Разве люди могут быть такими неблагодарными и хвастливыми? Тамара немного разозлилась и посмотрела на Киру со злостью.
Услышав это, Кира усмехнулась:
— Обвиняешь меня в неблагодарности? Ты действительно думаешь, что она спасла нас? Если бы она действительно хотела спасти нас, когда была в Финляндии, она могла бы сразу забрать нас, а не позволять нам страдать от этой операции. Ей пришлось ждать, пока Кхайн вложит что-то в наши тела, прежде чем она лицемерно вывела нас оттуда и позволила нам снова страдать? Что это такое? Это как сначала дать пощечину, а потом конфету?