Ты задолжал мне любовь (СИ)

Со слезами на глазах глядя на его рану, я одновременно испытывала и жалость, и гнев.
–– Руслан, никто не просил тебя брать эту ответственность! Зачем ты вмешался? Я сама виновата, сама и понесу наказание. Это всего лишь несколько лет тюрьмы, – сказала я и развернулась к выходу, намереваясь поехать в полицию и сдаться с повинной.
Но он схватил меня за руку, и не терпящим возражения тоном хмуро сказал:
–– Эмилия, замолчи.
Он упрямо стиснул зубы и снова обратился к Александре:
–– Если тебе этого недостаточно, говори – я продолжу резать.
–– Уходите отсюда! – вне себя от ярости взревела она, ––– Уходите все, видеть вас не хочу!
Кровь уже пропитала одежду Руслана, а на полу собралась лужа. Виктор позвал врача, а вернувшись к другу и увидев, что тот все еще сжимает в руке осколок стекла, грозно зарычал:
–– Ты что, умереть захотел?
Муж молча смотрел на Александру, желая получить от той подтверждение, что она не будет добиваться моего ареста. Ее глаза были полны боли и безысходности. Напрягшись изо всех сил, она потянулась, подняла с пола осколок стекла и повернулась к Руслану. Я все это время стояла рядом с мужем, поэтому инстинктивно ринулась вперед и закрыла его собой. Осколок воткнулся мне в руку, в глазах потемнело от боли..
  
Глава 252. Тебе придется отсидеть пару годочков (часть 5)
 
Можно сказать, что мне повезло: девушка была без сил, поэтому рана получилась не слишком глубокой. 
Александра какое-то время смотрела на нас, затем откинула осколок в сторону и обмякла в кровати: 
–– Уходите. Я не буду подавать заявление. 
В перевязочной. 
Виктор промывал мне рану. Руслан был еще в операционной. В мыслях царил беспорядок. Я еще не пришла в себя после всего произошедшего и пребывала в прострации. Виктор что-то говорил, но я ничего не слышала и молчала. Вскоре в перевязочную зашли Герман с Татьяной и странно посмотрели на меня. 
–– Как ты? – спросила женщина. Я не понимала, что им от меня нужно. 
–– Если вы хотите написать на меня заявление, то пожалуйста, – посмотрела я на нее. 
Татьяна покачала головой: 
–– Нет, мы просто хотим убедиться, что ты в порядке. Эмилия… 
–– Достаточно, на этом закончим. Пойдем к Александре, – перебил ее Герман и увел жену из комнаты. 
Виктор проводил их внимательным взглядом, закончил перевязку моей раны и сказал: 
–– Судя по всему, они не собираются садить тебя в тюрьму. 
Мне в тот момент было совершенно безразлично, я почему-то совсем их не боялась. Наклонив голову, я посмотрела на повязку на моей руке, затем снова на Виктора: 
–– С Русланом все будет хорошо? 
–– Внутренние органы не задеты, значит рана не серьезная. Швы наложат, и останется только ждать заживления. Не беспокойся, – улыбнулся он. 
Я кивнула, но на сердце все еще было тревожно. 
Вскоре привезли Руслана, но он сразу же вскочил с больничной койки и обратился ко мне: 
–– Поехали домой.
Я на секунду остолбенела, и тут на меня нахлынули эмоции: 
–– Руслан, ты ненормальный?! Мало того, что ты себя порезал, ты только что вышел из операционной, и уже собрался куда-то бежать! Тебе совсем жизнь надоела? 
Было уже три часа ночи. Таисия и Вероника уже вернулись в особняк, Виктор, Олег, Герман и Татьяна тоже разъехались по домам. Алешины наняли для дочери сиделку. Остались только я и Руслан, но я не хотела, чтобы мы уезжали, не убедившись, что с мужем все в порядке. 
 
–– Ты же ненавидишь больницы? – удивился он. 
Я поджала губы и заставила его лечь обратно на койку. Я посмотрела на его забинтованный живот, на душе было тяжело. 
–– Лежи и отдыхай. Когда доктор скажет, что все хорошо, вот тогда и уйдем, – отрезала я
Он послушно улегся и похлопал по кровати рядом с собой:
–– Ложись со мной. А иначе поедем домой спать.
Принимая во внимание его состояние, я не стала спорить. К тому же, мне самой очень хотелось спать. Я прилегла с ним рядом, стараясь не притеснять. Муж поворочался, обнял меня и прошептал:
–– Спи. Все будет хорошо.
После этих слов сдерживаемые мной весь этот вечер слезы наконец вырвались наружу. Прижавшись к нему, я заплакала навзрыд и сказала:
–– Руслан, больше никогда так не делай. Я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня. Не хочу.
Он уткнулся в меня подбородком и посмотрел на меня своими бездонными глазами:
–– Боишься за меня?
Я промолчала, подняла голову и поцеловала его. Муж немного растерялся, мягко отстранился и низким голосом произнес:
–– Не соблазняй меня, мы все-таки в больнице.
Но женщина – существо эмоциональное, и чувства просто так не успокоишь. Аккуратно, стараясь не задевать его рану, я переключилась на его шею. Руслан тяжело задышал.
–– Миля, перестань, – прохрипел он.
Но я не слушала его, продолжая целовать. Затем уткнулась в его грудь и тихонько захныкала.
–– Дорогая, если так хочешь меня целовать, лучше сделать это дома, – беспомощно сказал муж.
Мне вдруг захотелось плакать. Он растерялся и погладил меня по волосам, успокаивая:
–– Так сильно хочется? Милая, мы не можем заниматься этим в больнице.
Дождись, когда мы вернемся домой.
Я запрокинула голову и посмотрела на него, в который раз восхищаясь его мужественной красотой.
–– Руслан, пожалуйста, больше никогда так не делай. Я не достойна того, чтобы ты рисковал жизнью ради меня, – задыхающимся голосом заговорила я. Он немного напрягся и сдержанно ответил:
–– Достойна. Ты достойна всего, что я делаю.
Я прикусила губу. На сердце было тяжело, в груди защемило.
В ту ночь я почти не спала. Кровать в вип-палате хоть была и немаленькой, но не шла ни в какое сравнение с нашей домашней кроватью. К тому же, тревоги и страхи ушедшего дня не давали мне расслабиться. Как только я начинала засыпать, перед глазами всплывала страшная картина: Руслан, лежащий в луже крови. Я тут же просыпалась в холодном поту. Увидев, что меня мучают кошмары, муж сжал меня в объятиях и погладил по спине, успокаивая. Я посмотрела ему в глаза и жалобно попросила:
–– Руслан, ты можешь умереть только после меня, хорошо?
Я очень боялась когда-либо вновь испытать эти ужасные, пробирающие до костей чувства.
–– Что тебе приснилось? – прошептал он.
–– Что тебя не стало! – выдавила я и на глаза накатились слезы. Мне было страшно и больно.
–– Не глупи. Закрывай глаза и спи спокойно, я никуда не денусь, – вздохнул муж, погладив меня по волосам.
На следующее утро, зная, что я не могу спать в больнице, Руслан оформил выписку и мы вернулись домой.
Вероника уже переехала обратно в особняк Архиповых: Вилковы не стали продолжать расследование против нее. Лилию Руслан уволил, поэтому в нашем доме осталась только Таисия, и ее было достаточно.
От недосыпа у меня раскалывалась голова. Когда мы зашли в дом, Руслан тут же собрался идти в душ. Я понимала, что он хочет поскорее смыть с тела неприятный запах крови. Он пошел в ванную, а я последовала за ним.
–– Ты куда? – нахмурился он.
–– Я тебе помогу! – ответила я, протянула руки и начала стаскивать с него кофту. Когда я начала расстегивать его ремень, муж сжал мою руку, остановив меня. Его дыхание участилось: