Ты задолжал мне любовь (СИ)

.. Спасибо!
Да, ощущение от того, что кто-то о тебе думает, воистину сладко.
— Не благодари, – голос мужчины был слегка приглушен. — С этого момента я каждый год буду поздравлять тебя.
Вот так смотря на небо, полное фейерверков, я немного впала в прострацию. Сегодня, похоже, также и день рождения у Рябовой.
Спустя время фейерверк рассеялся, и розовый торт внесли внутрь виллы. Таисия и тётя Лилия в свою очередь, окружив его, долго пялились и интересовались, у кого же сегодня праздник.
Я в ответ слегка улыбнулась:
— У меня!
Гусева была ошеломлена:
— Эмилия, так у тебя, оказывается, день рождения! Так, все, я звоню Руслану Артемьевичу, чтоб он приготовил для тебя сюрприз.
Я лишь слегка улыбнулась и покачала головой:
— Да нет, не надо. Я никогда не отмечаю день рождения. Он позже сам вернется, и мы просто все вместе поужинаем.
Таисия же уже держала в руках телефон, но, вероятно, из-за того, что никто не отвечал, слегка нахмурилась: — Почему это у Руслана Артемьевича отключен телефон? Вряд ли уж батарея села!
А я смотрела на торт, подаренный братом. И невольно впала в раздумья. Мда, Маша тоже все эти дни не звонит, даже и не знаю, как она там. Ведь если окунуть время вспять, то она бы определенно позвонила и поздравила меня с днем рождения. Ну, или же приготовила бы для меня небольшой тортик.
Думая об этом, я как-то достала свой мобильный, чтобы набрать подруге. Но спустя долгие гудки никто так и не ответил. Вот так еще позвонив пару раз, обнаружила, что все-таки мои звонки остаются без ответа.
Немного встревожившись, я набрала Илье.
Мужчина тут же поднял трубку, но только дыхание его явно казалось неровным:
— Мила, езжай срочно в Красный Яр, у Маши, похоже, что-то случилось!
Я замерла: — Но она разве не в деревне? Почему вдруг приехала в Москву?
— Да я сам не в курсе, знаю лишь все по словам Филиппа. Полчаса назад он нашел Машу без сознания возле своего двора, сейчас вызвал врача. Пока еще ничего не понятно. Я уже в аэропорту Германии, завтра утром уже скорее всего буду тут. Езжай туда первой, разузнай, что да как. И осторожнее по дороге!
Закончив разговор, я даже особо и не стала о чем-либо задумываться, сразу же надела пальто, одновременно набирая Ульянова.
Таисия, совершенно не понимая, что происходит, когда увидела, насколько я встревожена, тут же пошла за мной:
— Мила, что такое? Что случилось? Так, не паникуй, подожди, давай позвоним лучше Руслану Артемьевичу.
Но у меня просто-напросто не было времени слушать всю эту болтовню, поэтому я в спешке покинула виллу и сказала напоследок:
— Скажите Руслану, что я поехала в коттеджный поселок «Красный Яр».
Зная, что дома есть телохранители, я позвала их, чтобы они отвезли меня прямиком туда.
Сам же Филипп ответил только спустя пару повторных звонок. Услышав его, мне показалось, что он среди какого-то шума:
— Эмилия!
Я тут же проговорила:
— Маша с тобой? Как она? Все в порядке? С ребенком что?
Мда, чем больше я была в состоянии волнения, тем больше никак не могла успокоиться. Руки с ногами уже стали холодными, а сама я бесконтрольно дрожала.
— Она в порядке. Все хорошо. Она только что прошла обследование. Короче, просто приняла снотворное, поэтому и уснула. Действие таблеток закончится – она сама проснется. С ребенком тоже все нормально, он здоров! – мужчина ответил на все заданные мною вопросы.
Успокаивая меня, он также произнес:
— Не паникуй и не спеши.
Все, что тебе сейчас нужно делать – это оставаться дома и ждать рождения ребенка!
Но только я уже провалилась в панику. Послушав ответ Филиппа, я несколько запоздало подумала, что как так вышло, что кто-то дал Марии снотворное, и почему она так внезапно появилась в Москве, будучи изначально в деревне?
Все эти вопросы вихрем вскочили в моей голове, и слова Татьяны Сорокиной начали всплывать в моем сознании. Только подумав об этом, я тут же решила позвонить Руслану. Однако он не отвечал. А когда я позвонила снова, то телефон уже был выключен.
 
Что-то было не так! Эти слова всплыли в моей голове, и мне резко пришло в голову, что целью Сорокиной могла быть я и ребенок.
Тогда я поспешно проговорила:
— Возвращаемся! Быстро домой!
Но не успел телохранитель развернуться, как на машину обрушился удар огромной силы.
Инстинктивно телохранитель остановил машину, но он все-таки был подготовленным человеком, и менее чем через две секунды понял, что что-то было не так, поэтому снова завел машину.
Но прежде чем автомобиль смог завестись, какой-то черный внедорожник врезался в переднюю часть машины. Мда, два таких сильных удара, конечно же, заставили еще больше поднапрячься.
А я почувствовала тянущую боль в животе, и на мгновение меня прошиб холодный пот от мысли, что я, возможно, рожаю.
Затаив дыхание, я проговорила:
— Дверь не открывай, вызывай полицию!
Боль в животе становилась все сильнее, и я начала паниковать: если полиция не приедет вовремя, со мной и ребенком что-нибудь да случится.
Нащупав свой телефон, я моментально набрала Давида. Буквально через два гудка мне ответили:
— Мила!
— Давид, спаси, я на Дзержинского... – но я не успела договорить, как раздался какой-то громкий звук.
«Бах!» – Окно машины было разбито, а несколько человек в черном грубыми движениями открыли двери машины. Телохранитель попытался защитить меня, но приехавшие люди вкололи мне что-то в шею, и через некоторое время я потеряла сознание.
  
Глава 160. Трагедия ребенка (часть 6)
 
Те люди, одетые в черное, вытащили меня из машины, и им, похоже, вообще плевать было на то, что я беременна. Они грубо затолкали меня в другую машину, затем связали мне руки и ноги, вставили кляп в рот и завели двигатель.
Да, у меня не было ни единого шанса издать хотя бы малейший звук. Я только и могла, что издалека наблюдать за тем, как они облили бензином три машины и взорвали прямо там на месте. Я не могла поверить своим глазам: в машине же еще оставался человек... Как же они могли вот так лишить его жизни?
Страх, неверие, ужас. Все эти эмоции, что мне «посчастливилось» испытать в тот момент, захлестнули меня.
Я вспотела от боли в животе. Мои ноги были связаны, и я чувствовала, что прямо там начинает немного расходиться. Похоже, ребенок вот-вот родится.
В тот же момент подол моего платья оказался насквозь промокшим. Это начали отходить воды...
Я отчаянно пыталась освободить свои связанные ноги, раздвинуть их и родить ребенка, но как бы ни старалась, я не могла выпутаться из этих оков.
Вместо этого на обеих ногах появились пятна крови, что так связывали мать и сына. Я отчетливо чувствовала, как понемногу отходит околоплодная жидкость, и что дыхание ребенка стало более учащенным.
А я же была осведомлена, что если ребенок не успеет выбраться, пока не воды не отошли до конца, то он просто умрет от недостатка кислорода.
Умрет от недостатка кислорода... Задохнется заживо...
Только подумав о подобном исходе, боль в моем сердце стала разрастаться в геометрической прогрессии. Нет, такого допустить нельзя. Я обязательно должна родить этого ребенка.
Спустя попытки я смогла сместить веревку вниз, из-за чего колени можно было слегка развести в стороны. Я изо всех сил старалась раскрыть ноги.
Машина, которая так лихачила, теперь резко притормозила. После двое мужчин открыли дверь и вытащили меня из нее.
Так как мой рот был заткнут, я совершенно не могла говорить, но могла видеть, как они затащили меня на склад, который, похоже, был прибран и выглядел не таким уж и грязным.