Ты задолжал мне любовь (СИ)
Я улыбнулась.
— Если тебе не хочется жить в отеле, можешь пожить у меня! У меня дома есть свободная комната.
— Перестань! – сказал он, мотая головой, — Я хочу еще пожить. Я сам что-нибудь придумаю.
По пути я вкратце рассказала ему о том, что произошло за последние несколько лет, и он, слегка нахмурившись, сказал:
— Почему ты не рассказала Руслану о своем похищении? Пусть он вмешается в расследование, так дело пойдет быстрее, нежели ты будешь сама этим заниматься.
В конце концов, он приехал подлечить меня, и мне нечего скрывать.
— Мне пока не совсем понятны чувства, которые испытывает Руслан к Александре. Если за этим стоит она, боюсь, я просто навлеку на себя беду. Лучше уж самой, по-тихому провести расследование.
— Черт! – вдруг раздражился он. — Говорю тебе, да выйди ты за другого! Зачем ты так унижаешься? В твоем положении, как жены богатенького альфа-самца, нет ничего хорошего.
Да, это и вправду не так-то круто.
Вскоре мы подъехали к ресторану.
Припарковавшись, мы зашли внутрь. Маша пришла пораньше и выбрала хороший столик. Увидев нас, она энергично замахала рукой.
— Сюда, сюда!
Илья по-пижонски улыбнулся.
— Малышка, я тут!
Эта фраза привлекла немало внимания со стороны посетителей.
Этот негодяй был действительно красив
Он снял свои темные очки, и ресторан замер, будто туда пришла большая звезда.
Какие-то девушки стали перешептываться:
— Какой красавчик! Он – какая-то звезда?
— Не знаю, но если не звезда, то точно модель. Погляди, какой большой живот у девушки рядом с ним. Видимо, он уже женат!
— Возможно! Конечно, хорошие мужчины на дороге не валяются!
— И очень жаль!
Усевшись, Илья слегка толкнул меня локтем и, поглядывая на нас с Машей, спросил:
— Слышали? Так что не позорьте меня на людях!
Маша выпятила губы и закатила глаза:
— Пожалуйста, не нужно быть таким нарциссом, на тебя люди смотрят. Ты как обезьянка, ей Богу!
Илья невесело цокнул языком.
— Мы не виделись несколько лет. Как ты так умудряешься с каждым разом терять способность к человеческой речи?
— Окей! – вмешалась я. – Милые бранятся – только тешатся. Выясняйте отношения после еды.
Оба замолчали и косо переглянулись.
Они начали ссориться с тех пор, как познакомились. Но для некоторых людей п такая форма отношений. В конце концов, человеческое общество приемлет разнообразие.
— Ага! – вдруг разразился Илья во время еды. Его лицо резко стало подозрительным. Он смотрел в сторону входа.
Маша взглянула на него и равнодушно спросила:
— Что, примат, увидел сородичей?
— Может, помолчишь? – грозно кинул он, продолжая смотреть на входную дверь. – Я увидел одного знакомого.
Поддавшись любопытству, я обернулась и посмотрела в ту же сторону. Действительно, это лицо было мне знакомо, — там стоял Филипп, а рядом с ним — молодая девушка, та же, что я видела в прошлый раз!
Я посмотрела на Илью и полюбопытствовала:
— Ты знаешь его?
Он кивнул.
— Я не просто знаю его! Когда-то я чуть не…
Он оборвал фразу на полуслове, и, рассматривая девушку рядом с Филиппом, произнес:
— И почему эта девушка следует за ним как хвостик!
— Может, у них любовь, твое какое дело? Сиди и ешь, чего тебе еще надо? – Маша положила ему в тарелку кусок мяса.
Илья перевел взгляд и резко кинул:
— Я не ем мясо!
— Чего ты как девчонка, Илья? А может, ты голубой? – Маше было скучно, и когда ей нечем было заняться, ей нравилось подкалывать людей.
Илья хотел было вскочить и отругать ее за эти слова, но сдержался и лишь сказал:
— Голубой потому, что не ем мясо? Тогда монахи и священнослужители тоже голубые?
Этим двоим было невероятно скучно.
Я еще раз обернулась, чтобы взглянуть на Филиппа. Они с девушкой уже заняли место за столом, довольно далеко от нас, поэтому их было практически не видно.
Когда мы покушали, Илья поманил нас к себе и сказал:
— Вы обязаны куда-нибудь сводить меня повеселиться ночью! Я с таким трудом выбрался сюда, не можете же вы оставить меня тупо в отеле?
Маша обомлела.
— Повеселиться? Ты не видишь, что мы обе беременны? Тащить двух беременных женщин с собой за компанию…
— Твою мать! Вы обе беременны? Белова Мария, а ты как оказалась беременна? Кто отец?
Илья весь взбудоражился, поэтому заговорил громче обычного. Это привлекло взгляды сидящих за соседним столиком людей. Я жестом попросила его говорить тише и сказала:
— Я беременна, — значит и она беременна. Ты же знаешь, что мы с ней как родные сестры. Так что не надумывай!
Маша не хотела, чтобы об этом узнал кто-то еще!
Видя, как я выкрутилась, она облегченно вздохнула и, глядя на Илью, произнесла:
— С такими чудесными умственными способностями тебе бы редактором быть!
— Да блин! – крикнул Илья. – А тебе бы лучше думать прежде, чем говорить!
Когда мы вышли из ресторана, было уже темно. Мой телефон почти разрядился. Илья притянул меня к себе и по-ребячески вымолвил:
— Пожалуйста, составьте мне компанию, повеселимся вместе, а потом домой!
У Маши не было слов от возмущения.
— Ты же взрослый парень, а клянчишь как ребенок! У Эмилии огромный живот, как она может пойти веселиться с тобой?
Илья надул губы.
— Кто решил, что беременная женщина не может повеселиться? Понятно, что алкоголь пить нельзя. Тем более, раз уж я приехал, нам многое нужно обсудить. У нее внутри накопилось, и если она не выговорится, то вместо наболевшего наружу может вылезти ее ребенок! И ты позволишь этому случиться?
Маша остолбенела от этих слов и обратила на меня взор.
— Хочешь пойти с ним и поговорить?
Я кивнула, отправила телефон в карман и сказала:
— Бары и караоке мне не подходят, там слишком сильно пахнет алкоголем и табаком. Можем пойти просто в кафе!
— Какое еще кафе! Какое кафе будет работать глубокой ночью! А поехали в гостиницу! – сказал Илья и потянул нас к машине. – Мы же, мать его, втроем спали на одной кровати, нам нечего стыдиться!
Маша пожала плечами, не видя в этом ничего такого.
И действительно, в безденежные университетские времена, когда мы отправлялись на каникулах в путешествия, ради экономии денег мы обычно спали в одной комнате. После стольких проведенных вместе моментов я и не воспринимала Илью как мужчину.
Илья включил навигацию и завел машину. По дороге он активировал режим балабола.
Машу это бесило, но ей было лень вступать в прения, поэтому она просто закрыла глаза и задремала. Я сидела и спокойно слушала Илью. Тут он взглянул на меня и промолвил:
— Самые очевидные признаки ранней стадии депрессии – упадническое настроение, неуместные бессонница или, наоборот, сонливость, апатия, отсутствие интереса при выполнении любых дел…
Я немного занервничала, слушая его, и решила переменить тему.
— Ты освоился в Германии? Планируешь дальнейшее развитие в этой стране?
— Конечно, нет!
Он остановил машину перед светофором и, держа руки на руле, произнес:
— Я закончил изучать психологию и возвращаюсь в Москву, чтобы открыть клинику и прожить свою заурядную жизнь..
Глава 122. Проблемы Ильи
Я знала, что малая родина Ильи – это Москва. Я призадумалась, а потом спросила:
— На этот раз ты собираешься остаться?