Одиссея Тёмного принца (СИ)

– Вы с Клаусом бросили лабораторию, – сухо произнёс Вернон. – Бросили базу, аппаратуру, своих людей. Объяснись. Что вы хотели сделать, и что вы успели сделать?
Рекс молчал.
Вернон вздохнул:
– Нет, правда? Ты думаешь, что после того, что ты сделал со мной, я не проделаю с тобой то же самое? Ты меня знаешь: я просто попрошу этих двоих отвернуться.
Рекс ухмыльнулся:
– Не верю.
– Верь, – безразлично сказала Таисса, вытянув руку с перстнем. – Он не врёт.
В глазах Рекса что-то промелькнуло. Несколько секунд он смотрел в глаза Вернону. На лице Вернона блуждала очень жёсткая усмешка. Нейросканер и впрямь не врал: Вернон был готов и на это. Держался он прямо и спокойно, но Таисса помнила резкий вздох, который слышала по громкой связи.
Она не знала, что именно Рекс сделал с Верноном. Но в том, что Рекс успел причинить её принцу Тёмных невыносимую, жесточайшую и унизительную боль, Таисса не сомневалась.
И изо всех сил старалась об этом не думать. Этот Вернон не хотел её жалости.
Рекс насмешливо улыбнулся:
– Как забавно, что ты привёз нас в дом своего отца. Это всё, что тебе от него осталось, правда? А ты всё ещё его любишь, хотя он выгнал тебя из дома и даже пытался убить. Бедный маленький Вернон Лютер, у которого отобрали родителей…
Лицо Вернона не изменилось.
– Ты серьёзно нарываешься? – поинтересовался он. – Стоя рядом со мной? Сейчас?
– Но вот что я тебе скажу, – продолжил Рекс, – даже если вернёшь себе отца, ты добьёшься лишь плевка в лицо. Ты ничто для Майлза Лютера. Ничто и никто.
Вернон присел на корточки и крепко схватил Рекса за воротник, под которым виднелись следы ожогов от молекулярной брони.
– А теперь моя очередь, – тихо произнёс он. – У моего отца есть шанс выйти из криокамеры и начать новую жизнь. Но вот у тебя, приятель, дела куда как плохи, и что-то мне подсказывает, что с младшим братом ты можешь и не увидеться. Так что подумай как следует, чем ты можешь нам помочь, и учти, что пока я прошу по-хорошему.
Рекс сплюнул в сторону:
– Ты не узнаешь ничего, Лютер. А вот я отберу у тебя всё.
– Да неужто? Проверим?
Таисса поёжилась от безжалостного взгляда холодных серых глаз.
– Заметь, я тебя не тороплю и позволяю сохранить остатки достоинства, – небрежно заметил Вернон. – Ты очень зря это не ценишь. Только представь, что было бы, будь я сторонником принципа «око за око».
Рекса вдруг судорожно передёрнуло, и Таисса с Диром мгновенно переглянулись. Если уж Рексу стало нехорошо даже от подобной мысли…
Вернон бросил быстрый взгляд на Таиссу.
– Всё в порядке, Пирс, я избавлю тебя от подробностей, – ровным голосом сказал он. – Но вот этому господину, боюсь, придётся ими насладиться в полной мере, если я не услышу, что именно они плани…
И тут под ногами громыхнуло так, что у Таиссы заложило уши.
В этот раз пол сотрясся так, что Вернон не удержался на ногах. Мгновенный ужас на его лице сменился изумлением, и тут Рекс резко потянул пистолет на себя, упирая его себе в грудь.
– Я… не расскажу… тебе… ничего, – выдохнул он Вернону в лицо. – Не успею.
Он нажал спусковой крючок, и раздался выстрел.
Таисса в ужасе закричала. Вернон, совершенно белый, коротко выругался, разжал пальцы Рекса и отшвырнул пистолет в сторону. Рекс скорчился на полу, схватившись за грудь. Его рубашка была залита кровью.
Дир оказался рядом с Рексом. Опустился на колени.
– Что случилось? – резко сказал он, наклоняясь над Рексом. – Взрыв – это твоих рук дело?
– Наслаждайтесь, – прохрипел Рекс. – Думаешь, мы оставили бы вам базу? Да Клаус заложил взрывчатку ещё с первого дня!
– А я это просмотрел, – одними губами произнёс Вернон. – Я не спускал с Клауса глаз, но я не мог быть при нём постоянно. Дьявол!
– И что теперь будет? – дрогнувшим голосом спросила Таисса.
– Базу затопит, – последовал короткий ответ.
– Но ведь мы смогли откачать воду в прошлый раз!
– Потому что помпы были в порядке и база была цела. Но сейчас… – Вернон с кривой усмешкой кивнул на узкую щель иллюминатора. – Смотри.
 
Таисса обернулась. Здесь не было панорамных стен – коридоры и холлы выглядели так, будто Таисса и её спутники стояли в рубке настоящего военного корабля.
И из иллюминаторов открывался кошмар.
Купол, в котором ещё несколько часов назад располагались апартаменты Таиссы, был расколот пополам, словно торт, из которого неловкой рукой выломали кусок. Туннель, ведущий к следующему куполу, осыпался, словно его никогда и не было.
А через ближайший купол, образующий с их куполом одно целое, через всю обшивку шла трещина. И сейчас на неё давил весь вес океана. Сколько она выдержит? Час, сутки, неделю?
– Сразу вы, может, и не утонете. – Рекс осклабился. – Но без… свежего воздуха… будет сложновато, а? Без воды?
– За дверями шлюза нас ждёт второй батискаф.
– Да-да, – хрипло согласился Рекс. – Пожалуйста-пожалуйста… берите его на здоровье. Помните, что случилось… с первым батискафом? Так вот, с вами произойдёт то же самое.
Он криво ухмыльнулся:
– Вам некуда бежать. Мы смертники, все четверо.
– Нас двенадцать, – глухо сказала Таисса. – Ведь тут ещё восемь твоих людей.
– Шесть. Двое были… в дальнем куполе: взрыв, увы, с ними покончил. Жаль, но это необходимые потери. А остальные… утонут… за закрытыми дверями. Мы умрём через несколько часов. И эту базу не найдут… никогда.
Вернон сидел на полу, совершенно белый. Таисса бросила на него умоляющий взгляд, но он словно её не видел. Его взгляд был напряжённым и одновременно растерянным. Словно он пытался очень быстро что-то просчитать, пытался – и не мог.
– Где эти шестеро сейчас? – быстро спросила Таисса. – Ты знаешь, где они находились перед взрывом? В каком куполе, на каком этаже?
– Вы лишили меня камер и связи. Откуда мне знать?
Таисса с Диром переглянулись. Дир покосился на перстень Таиссы, и она покачала головой:
– Рекс не врёт. Он и впрямь не знает, где они.
– Лаборатория, – произнёс Дир. – Её вы тоже взорвали?
– Печально, но нет. Впрочем, кажется… Клаус клал заряд и туда. Я не уверен.
Перстень на пальце Таиссы завибрировал.
– Ты уверен, – устало сказала Таисса. – По крайней мере, нейросканер так считает. Сколько зарядов?
– Какая разница? Как только кто-то попробует… создать противоядие… без разрешения, заряд разнёсет оборудование и записи на куски.
– То есть пока мы не запустим аппаратуру, лаборатория не взорвётся?
Рекс молчал. Таисса вздохнула:
– Где именно в лаборатории заложен заряд?
Рекс осклабился:
– Ищите. Но толку-то? Поздно! Я победил. Я – победил! Вы трое всё равно утонете вместе с базой. Вы не нужны этому миру. Ни Тёмные, ни Светлые. Люди сделают всё, чтобы защитить себя от вас!
Рекс говорил яростно и бодро, но бледнел на глазах. Таисса повернулась к Диру:
– У него есть шанс выжить?
Вместо ответа Дир молча прижал руки Рекса к полу и разодрал на нём рубашку. Покачал головой. А секунду спустя Таисса и сама увидела синеву внутреннего кровотечения.
– Хирурга среди нас нет, и я не уверен, что он успел бы, – произнёс Дир негромко. – Жаль. Очень жаль. Такой бесценный кладезь информации терять нельзя.
Рекс прикрыл глаза с неожиданно беззащитным видом.
– С тех пор как Светлые призвали меня на войну, – глухо и отрешённо произнёс он, – все относились ко мне именно так. Бесценный… лидер… воин… кладезь информации. Не… человек.
– Это было смело, – тихо сказала Таисса. – Выстрелить в себя, но не сдаться нам.
– Мой братишка бы мной гордился, а? – прохрипел Рекс. – Как жаль, что Тигр об этом никогда не узнает. Впрочем, если ваши тела найдут…
 
Он кивнул Таиссе, не открывая глаз:
– Включи запись. Уверен, на твоём перстне она есть.
– Запись включена, – глухо сказала Таисса.
Рекс улыбнулся, откидываясь на спину, словно боль разом его оставила.