Кровные братья (СИ)

- Ты это уже показал, батюшка, - поклонился Севолод, - И мы тебе безмерно благодарны.
- Вот именно, сын мой. Рад, что ты это ценишь. Значит поймёшь и мой следующий шаг, - кивнул довольный король, - Для полной гарантии безопасности, нужно, чтобы Тургур, Пронск и другие западные земли Склавинии отошли под временный контроль и управление Полавского королевства. Тем более, что там проживает немало полавских семей и мы должны взять под защиту своих братьев. Обеспечить им надёжную защиту от любой агрессии.
Эти слова прозвучали для Кагана словно удар плети. Голова его неестественно дёрнулась и на скулах заиграли желваки. В глубине души он ждал этого, но всё же надеялся, что до такого не дойдёт.
- Благодарю за заботу, - ответил он хрипло сквозь зубы, - Но я надеялся, что дальше справлюсь и своими силами.
Бурмидор быстро глянул на зятя, словно увидел его впервые, и внезапно разразился громким хохотом. Объёмный живот короля заходил ходуном:
- Ну и какие же это у тебя силы!? – воскликнул он сквозь смех, - Оглянись вокруг, Севолод. Нет у тебя никаких сил, одни только враги. Я – единственная гарантия твоего престола. Уразумей это.
- Но, отец …. – начала было Анна.
- Довольно споров! – Бурмидор предостерегающе поднял руку, - Я всё решил. И потом, я же ведь не насовсем забираю эти земли, а лишь на время.
- И на какое же это время? – еле сдерживаясь, спросил Каган, сжимая кулаки.
- Всё очень просто. Пока не минует опасность, - король ещё раз внимательно посмотрел на своего зятя, точно пытаясь оценить эффект от сказанных им слов, - Да что ты так нервничаешь, Севолод? Не далее, как полгода назад ты и сам, вместе со своим уделом, просился в моё подданство. Помнишь?
- Тогда были другие времена, - угрюмо отвечал Севолод, - Тепереча всё по иному стало.
- Так в чём же разница?
- В том, что тогда я был лишь удельным правителем, без своей земли, да под нелюбимым отцом, кой меня угнетал. А теперь я сам Каганом стал и все земли теперь мои.
- Так ты же Каганом и останешься! Разве я против? – картинно воскликнул Бурмидор, - Я же, своими руками, вернул тебе отцовский престол.
- Это верно. Премного благодарны, - снова поклонился Севолод, - Да только что за престол мне теперь достаётся? Вовсе без земель. Одни обломки. Весь Север под Яррилой, Юг за Ратимиром. А теперь и Запад к тебе отойдёт. Что же мне остаётся?
- У тебя остаётся Святоград! – едко сказал король, - Да ещё все центральные земли и уделы вокруг него. Разве же это мало?
- Это совсем не то что было при Велимире, - мрачно заметил Каган.
- Верно, - согласился Бурмидор и устремил суровый взгляд на Кагана, - Да только и ты, уж не прогневайся за прямоту, пока ещё совсем не чета Велимиру. Не сам ли ты виноват во всех бедах? Почему не приструнил своих братьев, как когда-то сделал твой нелюбимый дядюшка. Чего ты добился? Сколько великих побед одержал?
Севолод угрюмо промолчал. Возразить своему тесть ему было нечего и это страшно ранило его гордыню.
- Молчишь? – жестко продолжал Бурмидор, - Если уж зашёл такой разговор, то единственным твоим достижением – была женитьба на моей дочери. Я её очень люблю и ценю. Если бы не она – не был бы ты теперь Каганом, князь Севолод, и не имел бы даже того, что я предлагаю. Так что ты не корить, а благодарить меня должен за свой престол, на котором ты даже усидеть-то толком не смог, без посторонней помощи.
Севолод был безжалостно уязвлён в самое сердце. Ещё секунда и святоградский Каган готов был взорваться, но тут вмешалась Анна:
- Мы благодарим тебя, отец! И очень ценим твою дружбу и помощь, - ласково заверещала она, изо-всех сил сжав ладонь Севолода, - А супруга моего ты недооцениваешь. Пойми. Обстоятельства были против него. Но он себя ещё покажет, можешь не сомневаться. Я в него верю.
Бурмидор несколько секунд переводил жесткий взгляд своих выпученных глаз то на дочь, то на зятя. Наконец, остановил его на Анне. Глаза его сразу потеплели.
- Ты любишь его, Аннушка, и веришь в него, - сказал он почти ласково, - Хоть он, наверное, этого и не заслуживает. Это многое для меня значит. Я вам не враг. Я уйду, коли ты просишь, - тут он повернулся к зятю и лицо его снова стало суровым, - Но Тургур и Пронск останутся пока за мной, для безопасности моих восточных границ. А дальше – поглядим. Согласен?
 
Княгиня вновь сжала руку супруга. Севолод, усилием воли сумел взять себя в руки, смеряя гордыню, и даже слегка улыбнулся: 
- Я и не думал с тобою ссориться, батюшка, - как можно более миролюбиво проговорил он, - Было бы из-за чего? Я готов подписать грамоту, которую ты изволишь составить, о твоём временном владении этими землями, - он специально сделал ударение на слове «временном», - Надеюсь, что это время не затянется слишком уж на долго.
- Вот и прекрасно, сын мой, - смягчился король, пропуская мимо ушей последние слова, - Грамота уже готова. Эй, Вроцик, неси её сюда.
В дверях тут же показался королевский секретарь с большой доской для письма, которую он торжественно нёс перед собой, словно поднос с дорогими блюдами. На ней лежал свиток и перья для письма. Когда все формальности были соблюдены и подписи обоих правителей стояли под текстом грамоты, Бурмидор снова поднял глаза на зятя:
- Да и ещё одно, - проговорил он.
- Что же ещё? – Севолод весь аж подобрался, точно готовился получить удар кулаком под дых.
- Это касаемо княжны Радославы, - небрежно, как бы невзначай, сказал король, - Она должна будет поехать со мной.
- Зачем же? – Севолод сделал вид, что удивился.
- Затем, что я так желаю.
- И в качестве кого же она поедет с тобой в Полаву? В качестве пленницы?
- Ну что ты, сын мой. Как можно? Она же твоя сестра и, стало быть, наша родственница. Какая пленница? Она будет моей гостьей.
- А сама Радослава согласна ли ехать с тобой в Полаву?
- Вот об это то я и хотел с тобой говорить. Ты теперь её господин и как Каган и как старший брат, заместо отца. А посему - она обязана тебя слушаться. Прикажи – и она поедет.
- Видать твоё обаяние совсем ослабло и сестра моя к тебе не столь расположена, коль для этого требуется мой приказ? – воскликнул Севолод, желая уколоть Бурмидора и хоть в чем-то отыграться за свои унижения. 
Но эффект вышел совсем не тот, которого ожидал Каган. Вместо того, чтобы смутиться, король пришёл в бешенство. Его мужское самолюбие оказалось задетым.
- Коли не прикажешь ты – то прикажу я, - зло прошипел он прямо в лицо своему зятю, - И это никому не по нраву будет. Ясно тебе? Довольно болтовни. Выбирай?
- Тебе мало моих земель? Нужна ещё и моя сестра в заложники? – не сдержался Севолод.
- А хоть бы и так?! – высокомерно крикнул король, - Тебе то что? Что ты сможешь сделать?
- Батюшка, пожалуйста! Прошу тебя! Севолод, душа моя! – Анна встала между ними.
Оба мужчины, тяжело дыша сделали шаг назад. Полавский владыка медленно приходил в себя, не сводя гневного взгляда со своего зятя:
- Значит так, сын мой, - заключил он, - Грамоту о землях, тобой подписанную я забираю с собой. Себе, коль хочешь, можешь сделать копию. И теперь не только Радослава будет гостить у меня в Полаве, а и все твои сёстры, и ещё - братишка Позвизд. Им полезно сменить обстановку. Я знаю, что тебе на них наплевать, но дело и не в тебе. Это поможет мне образумить Яррилу с Ратимиром, чтобы они впредь стали осмотрительнее в действиях, ради своих родственников.
- Но, батюшка, – попыталась что-то возразить Анна, - Ты же не хочешь сделать её насильно своей….
Она запнулась, старательно подбирая синоним к слову «наложница», но король её резко прервал:
- Я всё сказал! – рявкнул он, - И это всё только ради тебя, дорогая! Но не испытывайте дальше моего терпения. Не советую. Послезавтра к утру все должны быть готовы.
И король с шумом покинул зал. Его секретарь и воеводы последовали за своим господином.
* * * * *