Вторая жизнь Беллы (СИ)
— Кроме того, ты вампир, Эдвард. Как бы Карлайл не пытался привить вам представление о ценности человеческой жизни, питаться кровью людей для вас — естественно. Ты попытался договориться со своей совестью и найти компромисс, а большинство об этом даже и не задумалось бы, просто следуя инстинктам. Ты не лишал жизни кого-то невиновного. В этом ты гораздо чище и светлее меня, Эдвард…
— Что?..
Парень неверящим взглядом смотрел на неё — и Белла горько усмехнулась.
— Что же, раз сегодня у нас вечер откровений, то я расскажу тебе о своей прошлой жизни, Эдвард. Ты не ослышался: я не так чиста, как ты думаешь. Я гораздо хуже тебя. Ты убивал преступников ради пропитания, но при этом защищал простых людей. А вот на войне не бывает простых людей. Есть лишь свои и враги. И я убивала гражданских, так как это могло принести нам победу. И пытала — даже детей.
— Детей? — В ужасе переспросил Эдвард. — Нет, нет… Этого не может быть, ты бы не стала!..
— Но я это делала. На тот момент они считались совершеннолетними, но они всё ещё были учениками. Да и потом, когда мы напали на школу, нам пришлось сражаться с фактически детьми…
— Но зачем вам было нападать на школу?..
— Позволь рассказать тебе, Эдвард, как был устроен наш магический мир…
Было уже глубоко за полночь, когда Белла закончила свой рассказ. Она рассказала всё — и об иерархии магического мира, и о противостоянии урождённых волшебников с маглорожденными, и о подчинённом положении магических рас. Рассказала о Тёмном Лорде, его идеях, о своей роли в той войне, о заключении в Азкабан. И теперь ждала вопросов.
— Так, значит, вампиры у вас занимают подчинённое положение по отношению к волшебникам? И их это устраивает?
Белла хмыкнула. Кто бы мог подумать, что это будет первым, о чём Эдвард спросит.
— Не устраивало. Потому они и присоединились к армии Тёмного Лорда. Он обещал им свободу и права. Но это, разумеется, была ложь.
— Ложь?
— Конечно. Большинство чистокровных относились к магическим расам как к животным. Никто бы не принял их наравне с волшебниками. Так что вампиры, оборотни и великаны нам были нужны лишь для победы, а потом их участь была бы куда хуже, чем до этого. В лучшем случае, отправились бы на ингредиенты для зелий. Прости…
Белла поняла, что слишком увлеклась, заметив, как вздрогнул Эдвард. Не стоило наверное вампиру рассказывать, что его можно использовать в зельеварении…
— И какие именно части… тела… вам нужны для зелий?
— Ну… некоторые? Яд, зубы, волосы — ничего особенного.
— Зубы?..
Наверное, Эдвард бы побледнел, если бы мог.
— Кхм… — Откашлялся парень. — Понятно. А эти стражи вашей магической тюрьмы… Они правда могут высосать душу?
— Так считается, — пожала плечами Белла, отгоняя неприятные воспоминания. — Я видела тех несчастных: они существуют словно овощи: едят, если покормить, гадят под себя, и ни на что не реагируют. А если прекратить за ними уход, то быстро умирают. Так что думаю, да — их лишили души. Поэтому каждый раз когда ты или Карлайл заводите свою шарманку о том, что вампиры не имеют души, мне хочется закатить глаза. Вы мыслите, чувствуете, имеете свою волю — как вы можете быть лишены души? Разве душа — это не вы сами, не то, на чем основывается ваше "я"? И если нет, если душа — это что-то другое, то так ли оно вообще нужно?.. Раз никто никакой разницы даже не видит.
Эдвард на несколько минут ушёл в себя. Белла же молча сидела рядом с ним, погрузившись в воспоминания. Раньше она старалась поменьше думать о том, что пережила в прошлой жизни, и вот теперь вынуждена была всё заново вспомнить.
— Белла, — заговорил вдруг Эдвард, снова завладевая её рукой, — мне жаль, что ты такое пережила. Правда. Если бы мог, я бы хотел оказаться там, в твоём прошлом, и защитить тебя от всего. Ты была той, кто едва не лишился души за преступления куда меньшие, чем совершали большинство вампиров. Мне сложно представить, сколько ты всего пережила и испытала за такую недолгую жизнь. Вообще, весь мой жизненный опыт, несмотря на крайне долгий срок жизни, всё же оказался слишком мал по сравнению с твоим.
— Это так, — кивнула Белла спокойно. — Что было в твоей жизни, кроме тех лет бунтарства? Постоянная школа, старшие классы, масса времени на изучение наук и заучивание наизусть сонетов Шекспира. Знаний у тебя намного больше, чем у меня — если не брать во внимание магию — но вот опыта маловато. Однако это ни в коем случае не упрёк. Наоборот, я рада, что тебе не пришлось испытать тяготы войны, и что самое большее, что гложет твою совесть — это убийство маньяков. Что скажешь, Эдвард? Испытываешь ко мне отвращение? Осуждаешь меня?
Эдвард покачал головой.
— Нет, Белла. В этой жизни ты не делала ничего такого. А в прошлой… Ну, я свою прошлую жизнь вообще не помню. Как и большинство людей. Как я могу осуждать тебя за это? К тому же, твой выбор был обусловлен средой, в которой ты росла, а также обстоятельствами. Кто знает, как бы я себя повёл на твоём месте? Нет, я не могу и не хочу тебя осуждать.
— Ну, хорошо… — Протянула Белла. — А как же те кочевники? Их я убила уже в этой жизни.
— Но они угрожали тебе и семье. Твои аргументы были убедительны.
— А если бы не были? Бросил бы меня?
— Нет, — покачал головой Эдвард. — Нет, Белла. Я буду на твоей стороне, что бы ни случилось.
— Ну так и я на твоей стороне, Эдвард, — проникновенно сказала девушка, заглядывая парню в глаза. — И мне плевать на твоё прошлое, я тоже не собираюсь тебя судить за него. Важно лишь то, что есть сейчас. И поверь, мне нет дела до каких-то жалких маньяков из прошлого века. Если хочешь, я призову их души и упокою навсегда, чтобы они тебя не беспокоили. Я могу это сделать.
— Спасибо, Белла, — уголки губ Каллена дрогнули в попытке сдержать улыбку, — но не думаю, что стоит их тревожить. Я в порядке, ведь у меня есть ты. Я рад, что мы поговорили, и спасибо, что открылась мне.
— И я рада, что мы всё выяснили. Мы ведь всё выяснили? Больше не будешь во мне сомневаться?
— Не буду, — улыбнулся Эдвард. — Спасибо тебе, родная.
Вампир притянул девушку к себе и поцеловал в макушку, ощутив как ускорилось сердцебиение любимой. Беллу не волновало его прошлое, Беллу волновала его близость. Эдвард никогда не был так счастлив, как в эту минуту.
Глава 55
Анжела сидела на коленях у Бена. Тот нежно обнимал девушку за талию и нежно нашептывал ей на ухо теорему Менелая. Анжела улыбалась и сверяла написанное в конспекте с тем, что говорит её жених. Да-да, жених — ведь Бен сделал ей предложение. Они сообща решили пожениться сразу после окончания школы — и так же сообща приняли решение не поступать никуда в ближайшие пару лет, а поддержать Беллу в её начинаниях. Оба были в курсе, что их подруга и одноклассница собирается искать магов по всей стране и обучать их. В связи с этим ребята считали своим долгом помочь Белле — хотя бы до тех пор, пока не подрастут Майкл и Джина. Из них из всех только близнецы получат к моменту выпуска из школы полноценное и поэтапное магическое образование — благодаря тому, что начали обучаться в двенадцать. Бен и Анжела же вынуждены были идти по ускоренной программе, так что они планировали помогать Белле с обучением набранных детей, а заодно и самим восполнять пробелы в собственном магическом образовании. Даже сама Белла училась у Амалии, что уж говорить о них? Потом, когда помощников станет больше, они смогут отучиться в обычном университете — возможно, даже вместе с Беллой. Но до той поры они будут помогать ей во всём.
Разумеется, родители Анжелы были против — как скорого брака, так и перерыва в учебе. Но их это уже не будет касаться после того, как они с Беном распишутся. А потом Белла проведёт необходимый обряд — и они станут супругами и в магическом плане тоже. Фактически, именно Анжела станет главой семьи после ритуала создания рода — и тогда её братья, Джошуа и Айзек, будут слушаться в первую очередь их с Беном, а не своих биологических родителей. Отец рассчитывал, что сыновья пойдут по его стопам — в семинарию, а это не вписывалось в планы его детей. Забрать близнецов Анжела не сможет, так как для передачи ей опеки нет никаких оснований, но в случае чего девушка решила, что сможет повлиять на решение родителей. Не уговорами, так с помощью магии. Поэтому поступление в колледж откладывалось минимум лет на пять — до совершеннолетия братьев. За это время как раз должна подрасти новая смена магов-преподавателей. В крайнем случае тех же близнецов можно будет припрячь. Насчёт последнего Анжи сильно сомневалась — но мало ли, вдруг с возрастом шебутные мальчишки угомонятся?