Зажигая звезды (СИ)

Я уже лежал в постели и хотел начать медитацию, как мне пришла в голову идея — а не найти ли мне приёмных родителей? Раньше-то мне было всё равно, но что-то поднадоели мне такие вот насильственные праздники и прочее. А в приёмной семье у меня будет больше свободы и свободы манёвра. Если её правильно подобрать, конечно. В принципе, подойдёт любая, но лучше бы семья аристократов. Всё же разница между элитой и простыми людьми в этом мире существенная. Подойдёт даже какой-нибудь похотливый старичок, который захочет меня взять для постельных утех. Спать-то я с ним не собираюсь, просто зажгу звёзды созвездия Разума и буду его иллюзиями кормить. Пусть себе трахает свой матрас, думая, что это я, сколько угодно, зато у меня будет определённый статус и гораздо большие возможности.
Надо это всё обдумать и поискать варианты. Но это уже завтра, когда проснусь.
  
Глава 20
 
Две недели каникул пролетели даже быстрее, чем я ожидал, и, к моему удивлению, не без приключений — у меня попытались спереть телефон! Новость о том, что мне подарили крутую мобилку, довольно быстро разлетелась по приюту. Причём не только воспитанницы поглядывали в мою сторону, но и воспитательницы. Думаю, если бы это не был подарок от аристократки (про Кирилла я никому не рассказал), то «Черри» у меня бы сразу изъяли по какой-нибудь очень весомой причине. Чтоб, к примеру, «фотки мальчиков по ночам не разглядывала». И носили бы его при себе, чтоб никто другой его не отобрал. Ну так, чисто ради всеобщего блага, конечно же.
Но в этот раз покусилась на моё воспитанница. Обычно я телефон держал при себе, в кармане или в руках, но время от времени оставлял в спальне на подзарядку. Вот и в тот день он висел на проводе, когда я ушел на завтрак. А вернувшись, нашел только розетку. Некоторое время удручённо смотрел на неё, будто телефон спрятался там и под моим взглядом сейчас вылезет из маленьких дырочек, но нет, не вылез.
— Вот сука! — прокомментировал я.
— Что такое? — Вика несмело подшагнула ко мне и тоже стала рассматривать тумбочку и розетку.
Остальные девушки стали оглядываться на меня, а их движения стали чуть-чуть более нервными. Ну да, когда у меня такой голос, обычно кто-то из них отхватывает по рогам.
— Розетка. И тумбочка! — махнул рукой на них.
— Ну… да. — Вика всё ещё не понимала.
— А до завтрака тут был ещё и мой телефон!
Соседки замерли в испуге, переглянувшись. Наверное, каждая из них боялась, что я заподозрю именно её.
— Да расслабьтесь, это не вы его взяли. — успокоил я их и услышал облегчённые выдохи. — Сейчас посмотрю, кто это сделал!
Развернувшись, вышел из комнаты. Ох, не зря я на телефон и браслет поставил Печать Связи. Увы, но в таких местах, как подобные приюты, не живут ангелы и святые, тут живут те, кого судьба совсем не баловала. И они давно привыкли добывать что-то ценное своими силами, порой даже весьма грубо. Ха! Но знаете, я тоже не оранжерейный цветочек!
Бодрым шагом я направился в ту сторону, куда тянулась ниточка связи между мной и Печатью Связи. За мной семенили мои соседки, жаждущие зрелища. Ха! Раньше я бил только их, а теперь моя агрессия выходит за пределы спальни! Да они бы никогда не пропустили такого зрелища.
Далеко идти не пришлось, только поднялись на третий этаж и сразу же завернули в ближайшую дверь спальни. Не стучась, просто пнул дверь, и та распахнулась, ударившись об стену. В комнате на шесть кроватей находилось пять девушек, которые подняли головы на шум и с негодованием посмотрели на нас. Мне было плевать, обойдя их, как табуретку, подошел к тумбочке, откуда поддавалы сигналы Печать.
— Чья это тумбочка⁈ — я легонько пнул упомянутую мебель.
— Ну моя. — от пятёрки поднялась здоровенная девка, под метр восемьдесят ростом и широкая, как шкаф. О, это же Тамара по прозвищу «Тамарище». Правда, никто в лицо ей это не рискует говорить. А то мало ли, можно и в своё получить кулаком размером с буханку хлеба.
— Тогда открой её и вынь оттуда мой телефон. Мне он, знаешь ли, дорог.
 
— Чё? Я не брала никаких телефонов! — Тамарище скорчила яростную рожу и сжала кулаки.
— Может, и не ты. — пожал плечами. — Но он в твоей тумбочке. Открой её и достань!
— Пошла вон, сопля мелкая! А то сейчас пинками выкину отсюда! — стёкла слегка задрожали от рёва этого монстра.
— Ладно, сама достану. — наклонился, чтоб открыть тумбочку.
— А ну руки убрала от моего! — девка взревела и бросилась вперёд, пытаясь схватить меня за волосы.
Повернулся, нырнул под руку и ударил дурищу кулаком в живот. Тамарище резко и сипло выдохнула, выпучила глаза и отлетела назад, чуть не задавив парочку своих соседом, что толпились за её спиной. Убедившись, что в следующую минуту Тамара не встанет, а её соседки не кинутся на меня в попытке защитить свою старшую, развернулся и открыл тумбочку. Та была плотно забита всякой дрянью, носками, заколками, резинками, ручками и карандашами и прочими мелочами. Телефон я нашел замотанным в трое на удивление небольших трусов. Блин, они ж не больше моих! Это точно трусы вот этой вот дылды⁈ Да у неё же жопа как пара тыкв-рекордсменок!
Блин, даже как-то стрёмно теперь телефон забирать. Вроде трусы чистые, но всё равно. Я его руками трогаю, пальцами тру, а потом своего лица ими касаюсь. Нет, всё же слишком жирно будет для них оставить такую игрушку из брезгливости. Протру спиртом у медсестры и всё.
— Слушай сюда, Тамарище. — я подошел к бабище и схватил её за волосы, подняв голову.
— Отпусти, сука! — та уже достаточно пришла в себя, чтоб попытаться ударить меня.
Легко увернувшись, ударил её по шее. Одна из девушек попыталась ударить меня, но получила щелбан в глаз, отшатнулась, запнулась о кровать и свалилась на пол, перекувыркнувшись через спинку. Остальные замерли, с недовольством и опаской глядя на меня.
— Так, начнём снова. — я вернулся к Тамаре, для усиления эффекта дав ей пощёчину. — Говорю первый и последний раз. Тронешь моё ты или кто-либо ещё — я вам руки поломаю, чтоб не трогали, и ноги тоже, чтоб не ходили, куда не надо. Надеюсь, ты меня поняла? А? — для закрепления эффекта ударил её по морде ещё раз.
— Я… я поняла… — Тамара глянула на своих соседок, на вход в комнату, где торчало с десяток голов привлечённых шумом воспитанниц, но поняла, что помощи не будет.
— Ну и умница! — чисто из вредности потрепал её за щёку, развернулся и вышел.
— Да! Чтоб больше мы не видели тебя в нашей спальне! — Света плюнула на пол и побежала из комнаты за мной.
Я вышел первым, с усмешкой глядя на расступившихся девочек у дверей: они делали вид, что не подсматривали, а так, мимо проходили, а тут я такой красивый. Ну и хорошо, пусть смотрят и запоминают. Хватит уже быть самым слабым в приюте, пора дать понять, что любой по рогам настучу!
Следующие дни я был слегка напряженным, потому что на меня как-то странно поглядывали в столовой. Мало ли, вдруг им захочется меня «розочкой» пырнуть в туалете? Но нет, обошлось. Может, попозже меня и будут ждать какие-то разборки, но не сейчас. А у меня почему-то появилось желание их всех побить. Хорошо так, чтоб запомнили! Потому что в их взглядах я прочитал, что они раньше Лизу лупили, может, не сильно, но так, ради развлечения точно. Потому что можно было. Она слабая и одинокая, почему бы на ней злость не сорвать? А теперь вчерашняя слабачка стала сильной, и им непонятно, чего ожидать. Они боятся и в растерянности. А у меня чешутся кулаки!
Так, надо успокоиться. Не стоит делать необдуманных поступков. Если я уложу в больницу весь приют, лучше мне от этого не станет. Но если они ко мне полезут… жалеет не буду!
Последнюю, двадцатую, звезду я зажег за два дня до конца каникул. Освежающее сияние в Астральном теле усилилось, а меня наполнили новые силы. Отлично! Теперь последний рывок — зажечь Старшую звезду. Для этого я уже скопил достаточно Астральной энергии, но, раз уж есть немного времени, то лучше сделать это на следующий день, всегда нужно иметь что-то в запасе. Так я и поступил.