Зажигая звезды (СИ)
— Ого! Татьяна Николаевна! Вы помогаете сиротам? А мы тут рядом случайно оказались! Давайте, раз уж так, то сфотографируем вас! — затараторило один из них.
— Конечно! Лиза, ты же не против? — Таня посмотрела на меня.
— Иди, иди. — пихнула меня в спину Лидия Ивановна.
— Давай ко мне. — Таня обняла меня за плечи и прижала к своему боку.
— Улыбайся! — прошипела воспитательница, и я улыбнулся.
— Прекрасно, прекрасно! — прокомментировали парни, сделав несколько десятков фотографий.
— Лизонька, тут наши пути разойдутся. Не скучай тут! Я к тебе ещё обязательно заеду! — Таня присела на корточки рядом со мной, обняла и быстро свалила вместе с фотографами, что погрузились в её машину.
Ну понятно. Пиара много не бывает! Ну и ладно, хоть не в автобусе каком трясся и то хлеб.
— Чего ты застыла? Заходи уже! — дёрнула меня за руку воспитательница, и я поковылял за ней.
Приют был устроен просто — в крыльях жили девочки, по шесть человек в одной комнате, а в центральной части жили воспитательницы. Администрация, в основном, была приходящая, а типа почётным директором был сам маркиз Леровский, Пётр Петрович, дед Татьяны. Правда, судя по всему, если его видели раз в год, то это уже много.
— Это твоя комната, Лиза, ты тут раньше жила и будешь жить дальше. — тем временем Лидия Ивановна привела меня в комнату на первом этаже, где стояли шесть кроватей и тумбочки рядом с ними. — Свои вещи можешь положить в тумбочку. Она не закрывается, но у нас всё равно не воруют! Туалет и душевые в конце коридора, расписание комнат висит возле них. Столовая в центральной части на первом этаже, так что тебе будет удобно. Еда тоже по расписанию, в комнате ничего, кроме фруктов, держать нельзя. Понятно?
— Да.
— О, Саша! — воспитательница обрадовалась зашедшей в комнату девушке лет пятнадцати.
— Да, Лидия Ивановна. Ой, Лиза вернулась!
— Вернулась. Раз ты первая пришла, то назначаю тебя ответственной за Лизу. Если что, будешь ей помогать. Понятно? — девочка кивнула. — Хорошо. А ты, Лиза, не стесняйся обращаться к Саше. Ну всё, я пошла.
Воспитательница вышла, а Саша подошла к моей кровати.
— Ну чо, Лизка, ты как?
— Да нормально. Только не помню ничего. Амнезия.
— Аааа! Ну да, тебя ж тогда головой приложила! А в постель не ссышься?
— Вроде нет…
— А нас кусать не будешь? Или в столовке срать в руки и кидаться этим?
— Нет!
— Ну ладно. — она вдруг пнула меня по больной ноге и с удовольствием смотрела, как я шиплю от боли и тру ногу. — Ха-ха-ха, круть! Ты же поняла, что я мне посрать на твои хотелки? Поняла? Молодец! Но скажешь Иванне — и пожалеешь, что не сдохла! Усекла⁈
— Угу.
— Молодец! Добро пожаловать в приют!
Глава 2
Вскоре с учёбы вернулись остальные девочки, наполнив и нашу комнату, и весь приют гомоном. Ну, это я в больнице прохлаждался, а воспитанницы учатся, всё же середина сентября. Не знаю, почему Саша шлялась по приюту, да и не интересно знать. На меня почти никто не обратил внимания, вернулась и вернулась. Вернее, интерес-то я вызывал, но ровно до того монета, как говорил, что тут побывала Саша. Поняв, что всё возможно у меня уже отняли, девки резко теряли интерес. Только одна, Вика, таки позарилась на парочку трусов, которые мне тётя Люба принесла из забытых в больнице вещей.
Блин, прошла хозяйка тела была тут самой забитой, что ли? Хотя неудивительно. Лиза и раньше была мелкой девочкой, а соседки были рослыми девками пятнадцати-семнадцати лет, так что могли делать с «узкоглазой» что вздумается. С какой стати вообще Лиза попала в эту комнату? Ей надо жить с кем-то младше! Или воспитатели подсаживают таких жертв в комнаты, чтоб они всегда были «козами отпущения», и коллектив был более упорядоченный? Не знаю, но всё может быть.
— Девочки, ужин! — заглянула Лидия Ивановна. — Саши нет? Помогите кто-то Лизе!
— Конечно, Лидия Ивановна! — соседки посмотрели на воспитательницу преданными глазами, и та скрылась. — Слышь, мелкая, сама доползёшь, поняла? И шоб никому не слова!
— Поняла.
Направление столовой мне и так показали, так что доковылял я туда вполне шустро, насколько это возможно. Большая квадратная комната была густо уставлена столами, за которыми сидели девочки от лет десяти до семнадцати. Для тех, кто помладше, есть другие приюты, а в восемнадцать уже совершеннолетие, и делать тут таким нечего. Когда я появился на пороге, все взглянули на меня на секунду и вернулись к своим делам. Взгляды были разными, и равнодушные, и насмешливые, и жадные до «а покажи, что у тебя сломано!», но не было ни одного дружелюбного.
Ну и хрен с ними. В прошлом мире дружелюбности тоже особо не было, но выжил же! И тут выживу!
Еду раздавали у стойки, берёшь поднос, берёшь с полок перед тобой, что хочешь, не больше одной порции, под конец получаешь компот или что-то типа какая и иди ешь. Я тоже ткнулся туда, но меня неожиданно остановила невесть откуда возникшая Саша.
— Иди за стол, я тебе всё принесу! — скомандовала она и сделала заботливое лицо.
Оглянулся украдкой, осматриваясь, — ага, воспитательница на нас смотрит! Вот откуда такое аттракцион невиданной доброты! Ну и ладно.
— Хорошо. — я заковылял к «нашему» столу.
Все тут сидели не абы как, а разбившись на комнаты, по шесть штук за столом, так что найти «своих» было несложно.
— Вот, держи! — Саша принесла поднос с едой и поставила передо мной. Тут же схватила с него булочку, что давали к чаю. — А это мне за заботу.
— Ага, Лизка, мы же о тебе заботимся! Ты же не пожадничаешь для нас, верно? — немедленно подхватила Вика и слямзила пиалку с салатом.
— Да, с соседями надо делиться! — присоединились другие, и через секунду у меня на столе осталась порция довольно неаппетитной каши, кусочек хлеба (один из четырёх) и полстакана чая. Даже его не постеснялись отхлебнуть!
Я мог только вздохнуть. Ну не драться же с ними лезть? Пока что это совсем не выход для меня. Так что пришлось, подавив возражения, жевать кашу, запивая маленькими глоточками чая. И всё левой рукой, потому что на правой пальцы двигались так себе.
Ужиная, смотрел на своих соседок. Тощая Саша, Вика с лошадиным лицом, Наташа, почти такая же тощая, как Саша, но с неожиданно пухлыми щеками, Марина с красивыми блондинистыми волосами и Света, чем-то смахивающая на змеюку. Наверное, подлой ухмылкой.
— А вы знаете. — подала голос Света, дожевав мой хлеб с маслом. Тоже моим. — Лизку в приют на крутой машине привезли! Розовой!
— Ты откуда знаешь? — подозрительно посмотрели на неё все.
— А мне Надька из седьмой комнаты сказала, она сегодня болеет, вот в школу и не пошла.
— Уууууу! — все перевели взгляды на меня. Чья машина-то?
— Маркизы Леровской. Татьяны. — не стал я запираться.
— Ого! И с каких пор тебя маркизы подвозят? А? — Вика хмыкнула с каким-то непонятным намёком.
— Она пофотографироваться хотела, как помогает всяким… калекам. У приюта уже два типа нас поджидали. — я пожал плечами.
— Да, Надька про это тоже рассказывала.
— Интересно. — Света улыбнулась мне и «наставительным» голосом посоветовала. — Ты в следующий раз не теряйся и что-то у неё попроси, если ещё раз захочет на тебе прорекламироваться. Она же не сможет отказать! Хах!
— Да-да, Лизка, не теряйся, проси! Дадут! — заулыбались все.
Хе. Ну да, я попрошу, она даст, а вы отберёте. И вроде как что-то будет у вас, а попрошайкой буду выглядеть я. Отличный план!
— Конечно, я так и сделаю. — кивнул.
Девчули заулыбались, будто уже прикарманили что-то стоящее, по крайней мере машину. Розовую.
Закончив с ужином быстрее всех, что так-то неудивительно, я отказался от помощи Саши, чему та только обрадовалась — её взгляды то на еду, то на соседок говорили о том, что стянуть жратву могут не только у меня. Ковыляя, добрался с подносом к ленте, оставил там грязную посуду и пошел на выход. Нечего тут делать, а девки что-то говорили про библиотеку с компьютерами, вот там стоило побывать. Просто чтоб посмотреть, куда я попал. Тётя Люба была хорошим источником информации, но крайней ограниченным, только про «жизненные беды», а на остальное ей было плевать.