Взгляд со стороны (СИ)

А смеяться Димка всё-таки перестал, не обрадовала его перспектива беседы с психологом, может и правда Надюшу в гости позвать? На чай? В качестве убедительного довода для Димы… Интересная мысль, надо будет подумать на досуге…
— Мам, да нет у меня игровой зависимости. Да, люблю иногда в свободное время поиграть, но ведь не днями и ночами же.
— Ага, а кто на прошлой неделе на всю ночь в игровой клуб ходил с Максом? Якобы ночью дешевле и у вас там турнир, который пропускать никак нельзя?
— Ладно, мам, победила. На ночь ходил, но зависимости всё равно нет, никакой: ни нарко, ни игровой, так что к психологу не пойду, даже не думай. А в качестве подтверждения отсутствия зависимости привожу весомый довод: ходил сегодня на все пары, без каких-либо исключений, даже на политологию!
— Господи, кого я вырастила? — не выдержала я, — «Подтверждение отсутствия»! Тьфу! Позор! А твоё утверждение на счёт пар мы сейчас проверим!
Снять, наконец, надоевшие за день туфли, хорошо хоть старенькие и удобные, а то бы вообще сейчас ноги отваливались. Демонстративно оставила сумки в коридоре и пошла к телефону. Эх, бедный наш телефон-ветеран, пострадавший в неравной борьбе с силой земного притяжения. К счастью, у Димки хоть руки откуда надо растут, починил кое-как. Ну и что, что он перетянут изолентой, работает же? И пусть дальше работает. Набранный номер телефона практически без гудков отозвался уже знакомым девичьим голосом:
— Алло?
— Леночка, скажи мне, пожалуйста, был ли мой оболтус сегодня на парах?
— Да, Зоя Александровна, — отчего-то мне кажется, что Леночка сейчас улыбается. Спектакль начинается как по нотам. Вот только отчего же мне она ничего не сказала про синяк на скуле у Димки?
— А фингал он где получил?
— Какой фингал? — моя собеседница поперхнулась и явно удивилась, значит и для неё это новость.
— В универе значит без фингала был… — ну да, рядом же с ним на полу и грелка валялась, значит синяк он отхватил недавно, пытался холодом от него избавиться. Не уверена, что теперь у него это получится.
— Ну да, нормальный был, никакого фингала. А что с ним? Сильно его? На пары-то завтра придёт? — вот это поток слов, вот это экспрессия! Ай да Леночка, переживает за своих, молодец!
— Ничего особенного. Да, Леночка, спасибо, — отвечая сейчас на её вопросы, можно весь спектакль порушить, а она девочка умная, сама сообразит.
— Поняла. Он рядом, из образа не хотите выбиваться. А я ещё кое-что сказать забыла.
— А? — ну я же говорю, девочка — умница, вот на кого моему оболтусу равняться надо, — Что ещё?
— Нам в деканате предложили поездку по золотому кольцу. На неделю. А ещё она совершенно бесплатная. А мои м-м-м… одногруппники кочевряжатся, видите ли им потом неохота программу догонять. Поддержите меня, пожалуйста, а то Димка наверняка не поедет.
— Поездка? По золотому кольцу? Бесплатная? Очень хорошо! Поддерживаю, конечно. До свидания, Леночка.
Сын всё-таки унёс сумки на кухню и раскладывал покупки по своим местам, что-то в холодильник, что-то в шкаф. При этом складывалось полное впечатление, что всеми ушами он был там, рядом с телефоном. А на лице у него царила этакая растерянность-неуверенность: чего ещё можно ожидать от мамы, которая только что беседовала со старостой его группы, как со старой знакомой.
— Да, Дима, на парах ты был, согласна. НО! — поднятым вверх пальцем, я подчеркнула, что это явно не подвиг, — Это не значит, что ты сделал что-то особенное, скорее ты выполнил норму и хвалить тебя особо не за что. А вот то, что ты где-то ухитрился при этом схлопотать по своей… Хм… По своему лицу, — это весьма показательно. Это показывает, что ты либо ребёнок, либо лоботряс. Поскольку восемнадцать тебе уже исполнилось, я склоняюсь ко второму варианту. Кроме того, мне звонили из деканата и жаловались на твою посещаемость, — ещё раз спасибо Ниночке, как же вовремя она туда устроилась работать! — Она ниже нормы, Дима, гораздо ниже. Так и до исключения недолго допрыгаться. А оно тебе надо? В грузчики пойдёшь? Или так и будешь шабашить переустановками системы и настройками компьютеров? Так ведь этим семью не накормишь, а я не вечна, чтобы тебя на своей шее держать. Да и внуков мне тоже хочется, — ух ты, а ведь, и правда, хочется. А казалось бы, только-только перестала этого оболтуса поднимать, как уже тянет маленьких потетёшкать, вот что за беда такая с нами, женщинами? — А какая девка за тебя замуж пойдёт, если ты на семью денег заработать не можешь? Так что, сын, давай-ка, берись за ум. И начинай либо хорошо учиться, чтобы диплом был красным, и я видела, что ты действительно делаешь что-то важное в своей жизни, а не просто в игрушки играешь. Либо иди параллельно с институтом работать, начинай получать опыт работы, для последующего трудоустройства. Пусть сейчас ты будешь на подхвате, учеником, стажёром, но к окончанию ВУЗа уже станешь неплохим специалистом, по крайней мере, я на это надеюсь. Ведь иначе, зачем тогда вообще чем-то заниматься? А ещё лучше начинай работать по двум направлениям сразу.
 
— Э-э-э, мам, какая муха тебя укусила? — ехидно поинтересовался Димка, неужто не проняло? Ну, сейчас проймёт, сейчас так проймёт! — Да и потом, как я могу красный диплом получить, если некоторых предметов уже не будет, и новую оценку уже получить не удастся?
— Муха, говоришь? — я тут целый спектакль выдумывала, чтобы его педагогическими методами учиться заставить, а лучше старых добрых кнута и пряника так никто ничего до сих пор и не придумал. Ну держи тогда кнут, — Муха, да… Редкостная такая, зелёная и говнистая. Которая ни шиша не делает, только гадит, где только можно. И как я не появлюсь, так на полу валяется. Был бы запах, подумала, что ты алкашом стал, но ведь нет! И что мне думать? Наркотики? Игровая зависимость? С универа звонят, учишься плохо, игры, игры, компьютеры, компьютеры, ничего кроме этого для тебя не существует. А тебе только твои игрушки и подавай, — я сама себя накручивала, с каждым сказанным словом всё больше и больше, но успокоиться уже не могла. Нет, надо резко остановиться, а то ведь и до чего-нибудь нехорошего дойти может, — Так вот, компьютер для тебя нынче — табу. Домашнее задание делаешь под моим присмотром. Стоит мелькнуть чему-то не относящемуся к делу — компьютер тут же выключается.
— Мам, ну это уже совсем жесть. Как я буду делать ДЗ, когда ты у меня над душой висеть будешь?
— А как хочешь! — Ну да, делать что-то под присмотром Димка никогда не любил, даже в младших классах домашнее задание сам делал, не давал мне рядом посидеть. Но только тогда это было наоборот, из честных побуждений: «Не хочу, чтобы ты подсказывала, я должен сам всё сделать!», а сейчас из-за игрушек.
— А погулять мне хоть можно или у меня тут нежданный концлагерь образовался?
Ну вот, дождалась, наша квартира уже концлагерем стала… Как бы с сыном окончательно не поссориться!
— Погулять — можно, но раз уж ты сравнил наш дом с концлагерем, а меня с конвоиром, то и гулять тебе два часа, не больше.
— Жесть! Мам, ну так же нельзя! — Димка явно был от меня в шоке, впрочем, я сама от себя была в шоке не меньшем.
— А жизнь свою губить можно? Все будущие перспективы разменивая на банальные игрушки?
— Лучше синица в руке, чем журавль в небе, сама же говорила.
— Где ты тут синицу углядел? Твои игры — это пшик! — я опять начала распаляться. Ох уж эти игры, действуют на меня, как красная тряпка на быка, — Они ничего не дают. Киберспорт, о котором ты заикался, пока ещё по факту не существует.
— Как это не существует?
Возмущению сына не было предела, но всё-таки есть у меня один довольно существенный аргумент в пользу моих слов.
— А вот так! Когда начнут проводиться олимпийские игры по киберспорту, тогда — да, существует, а пока — нет.
— И что же мне теперь, всё время учиться?
— Было бы неплохо, но на такой подвиг ты не способен, поэтому иногда можешь читать эти свои книги об играх.
— И на том спасибо… — огрызнулся сын, но как-то без огонька. Ну и ладно, значит сам понимает, что неправ.