Шумел Камыш (СИ)

– Нет, ещё ведётся следствие, – он перекатился на спину, увлекая меня за собой. – Шаманов под домашним арестом.
– Но как же так? А если он скроется?! – уставилась на полковника.
– Шаман никуда не денется, – твёрдо ответил он.
А я внезапно вспомнила:
– Там, на свадьбе, он называл тебя Камышом…
– Мы с ним хорошо знакомы, Кара. Моя вторая жена сейчас замужем за его отцом.
– Мать Сергея? Ничего себе! – я заворочалась, устраиваясь поудобнее.
– Каррра… – протяжно захрипел полковник. Ойкнув, тотчас застыла, сообразив, что творю. А через мгновение его рот накрыл мои губы, даря безумно долгий жаркий поцелуй.
– Я привёз вам подарки, – сказал мужчина, обрывая ласку, и чмокнул меня в нос. Фыркнув, я засмеялась.
– Подарки мы очень любим… – И с силой закусила губу, раздумывая совсем об ином.
– Спрашивай, – догадался полковник.
– А тебе часто приходилось убивать? – единым духом выпалила я.
– Бывало… – его взгляд стал задумчивым и совершенно отсутствующим, а руки двигались по одной и той же траектории: оглаживали мою спину, бёдра и обратно.
Тяжело сглотнув, я открыла рот для очередного вопроса, как вдруг мир перевернулся, и я оказалась прижата к матрацу большим горячим телом.
– А теперь в душ, – открыто улыбнулся полковник.
[1] Англ. Imma give to you how you want – Я собираюсь сделать так, как ты хочешь.
  
Глава 23
 
В ду́ше я так и не побывала: постепенно заболтала полковника, а потом утомлённая и обессиленная незаметно для себя уснула.
А когда за окном только-только зарождался рассвет, я проснулась от громких криков.
Резко сев на кровати, испуганно прислушалась, но кроме возгласов полковника мне так и не удалось ничего различить. Зевнув, усердно потёрла глаза, стряхивая с себя остатки сна, и спустила ноги на пол.
Мальчишки! Сердце в груди кувыркнулось.
Второпях натянула на себя платье и, наступив пяткой на валяющуюся на полу кожаную маску, как есть – босиком добежала до детской спальни.
Едва приоткрыла дверь, как свет из холла мгновенно выхватил две пары маленьких ножек, выглядывающих из-под тёплых одеял. Замерев в проёме, я несколько секунд всматривалась в темноту, где Зоря с Никиткой, безмятежно посапывая во сне, наполняли пространство комнаты своим мягким дыханием.
Прижавшись лбом к деревянному косяку, попыталась угомонить тревожное материнское сердце…
С первого этажа вновь донеслась ругань, и я поспешила притворить дверь, ограждая своих котят от шума, после чего спустилась вниз.
– Твою ж мать! А я всю голову сломал, кто тебя снабжает информацией! – донеслось со стороны кабинета. – Уже грешным делом заподозрил Сомова!..
– Кир здесь не причём! – запальчиво воскликнул Сергей.
Я тихонько подошла ближе и, схватившись за ручку, на миг застыла, не решаясь войти.
– А оказывается, мой собственный сын меня прослушивает! – заорал полковник и следом раздался грохот, заставивший меня подпрыгнуть на месте. Пальцы сжались, надавливая на ручку, и дверь со щелчком открылась, пропуская меня внутрь.
– Выйди! – рявкнул мужчина, резанув по мне взглядом.
Споткнувшись обо что-то, я покачнулась, но всё же устояла на ногах. Правда, не без помощи Сергея, вовремя поддержавшего меня за локоть.
– Мы тебя разбудили? – виновато спросил парень, пока я во все глаза рассматривала осколки разбитых массивных часов на полу, что ещё прошлым утром возвышались на рабочем столе полковника. Примерно в метре от них, под стулом, покоилась небольшая чёрная коробочка...
– Я… – взглянула на мужчину. – Я просто хотела попросить, чтобы вы так не кричали, – в носу защипало. – Мальчишки ещё спят, – к глазам подступили предательские слёзы и я, круто развернувшись, выскочила из кабинета.
Камин… Лестница… Холл второго этажа…
По пути я так и не сумела совладать с эмоциями, и потому, оказавшись в спальне, дабы не расплакаться, принялась неслышно убираться: подняла с пола маску и, отыскав наручники и бюстье, отнесла всё в гостевую комнату. Перевозить напольное зеркало не рискнула: побоялась наделать много шума и разбудить детей. Зато с лёгкостью перенесла к себе колонки с телефоном и всякие мелочи, краем сознания отмечая, что мужские крики давным-давно стихли.
 
В очередной раз вернувшись в спальню полковника, я замерла по центру, окидывая взглядом каждый уголок – ничего я не забыла?..
Когда послышались тихие шаги по лестнице, я затаила дыхание, догадываясь, кто именно поднимается. А стоило почувствовать приближение мужчины, как я медленно повернулась. И сразу же очутилась в медвежьих объятиях.
– Каррра… – крепко-накрепко прижал к себе, выжимая воздух из лёгких. Пискнула, затрепыхавшись в жёсткой хватке, и неожиданно получила свободу.
Полковник отстранился, доставая из кармана домашних брюк вибрирующий мобильник, и негромко ответил:
– Доброе утро.
Чувствуя неловкость от того, что слушаю чужой разговор, я вышла. Заглянула в свою комнату и, переодевшись, спустилась в кухню.
Полковник появился ровно за три минуты до готовности творожной запеканки.
– Я уезжаю, – притиснул спиной к своей груди, ласково коснулся губами шеи. – Буду поздно. Вечером поговорим. – Я молча кивнула. Миг, и он стремительно крутанул меня за плечи. Лицо утонуло в широких мужских ладонях. – Я люблю тебя, – сорвал короткий поцелуй и отпустил.
А поздно вечером я так его и не дождалась…
После его отъезда всё как-то закрутилось, завертелось: завтрак, сборы, детский сад, офис, знакомство с новыми заказчиками…
Признаться, на встрече с женихом и невестой я по большей части отсутствовала. Как я не старалась сосредоточиться на деле, у меня ничего не выходило, мысли постоянно скатывались к утреннему инциденту. В итоге, записав в ежедневник всё то, что удалось ухватить из нашего разговора, я извинилась и предложила обсудить всё ещё раз в удобный для них день. Ведь упустить что-то важное я просто не имела права.
Выскакивая из офиса, на ходу набросила шерстяное бежевое пальто и, поймав такси прямо с улицы, отправилась домой. Вернее, правильнее будет сказать, в дом Вячеслава Алексеевича. Сегодня он ясно дал мне понять, что мы там всего лишь гости.
Хотя, я тоже хороша: ворвалась не постучав…
Печально вздохнула. Водитель бросил на меня вопросительный взгляд через зеркало заднего вида, напоминая о себе.
– Извините, задумалась. Что вы спросили?
Не прошло и десяти минут, как мы въехали коттеджный посёлок. А ещё через три – я в дверях столкнулась с ожидающей меня Машей.
– Привет, – её лицо исказила гримаса страдания. – Открывай быстрее, я сейчас описаюсь, – сводя колени, смешно сморщила нос с колечком пирсинга.
– Сейчас, – улыбнулась, достав ключи из кармана пальто, и завозилась с ключами, открывая замки. – Беги! – раскрыв дверь, пропустила беременную девушку вперёд и прошла следом. – Не разувайся! – уже в спину, припустившей со всех ног Маше.
А в прихожей до меня донесся её протяжный блаженный стон, я засмеялась и, присев на диван, стащила с ног полусапожки.
– Давно ты ждёшь? – спросила у появившейся девушки.
– Да нет, Кари, минут пятнадцать, – сняла куртку. – Кирилл не смог меня отвезти. Пришлось ехать на такси.
Раздевшись, мы прошли в кухню.
– Садись за стол. Сначала пообедаем, а после всё обсудим. Ася позже подъедет?
– Ой, забыла сказать! Асель не приедет: плохо себя чувствует.
Распахнув холодильник, я хитро прищурилась, выглядывая из-за дверцы. Маша поёрзала на стуле и утвердительно кивнула, подтверждая мою догадку.
– Так я и знала, – проговорила себе под нос, приступая к выкладке контейнеров с вчерашним ужином на столешницу. Достав бутылочку воды, я открутила крышку и приникла губами к горлышку, делая жадный глоток.
 
– Кари, а вы с полковником ещё не успели заделать ребёночка?
Вместе с водой я прихватила приличную порцию воздуха, грудную клетку вмиг заломило. Икнув, поставила бутылку на стол и постучала по груди, с укором взирая на девушку.