На самом дне (СИ)
— Так… с ментальным телом у тебя всё в норме. Это хорошо. Чары держатся, физические раны тоже, собственно, заживают. Но даже не думай из постели вылезать. Резко встанешь, давление сразу повысится, какой-нибудь тромб оторвётся и…
— Я поняла, хозяин.
— Ладно, отдыхай. Пойду деньги заберу за твою победу. Если успешно исцелишься — получишь подарок.
— Какой, хозяин?
— Не знаю, обсудим этот вопрос после исцеления. Так что лежи и думай над вариантами.
Ланс дополнительно замотивировал свою рабыню на исцеление и со спокойной совестью покинул комнату.
На лестнице аристократ встретил Зайчиху, которая сразу же поклонилась. Она носила еду для больной, а ещё не давала Аде совсем уж завянуть со скуки. По началу рыжеволосая рабыня немного бесилась присутствию лопоухой зверолюдки, но потом привыкла.
— Ланс, дружище! — стоило аристократу спустится, как его сразу же окликнул Вульф и жестом попросил подойти.
— Что такое? — уже у стойки спросил господин Бальмуар.
— Вот, — владелец «Золотого окуня» поставил перед собой увесистый мешочек с монетами. — Клан «Вой» уже не мешает, а дела без их вмешательства начали идти в гору. Так что…
— Не нужно, я помогал тебе не из-за денег.
— Эх, ожидал что ты так ответишь, — понимающе кивнул зверолюд. — Что же, тогда о еде и жилье можешь не волноваться. И даже не спорь, брать с тебя денег я просто отказываюсь.
— Благодарю, буду иногда заглядывать к вам.
— Заглядывать?
— Я уже подбираю личные апартаменты. Цены, конечно, как всегда, кусаются, но скромную квартирку мой бюджет уже потянет. Ада стала признанным этиамарием, мой доход, следовательно, тоже увеличился как в моменте, так и на дистанции. Не пойми меня неправильно, у тебя хорошая таверна… но… это таверна. Я изначально рассматривал это место лишь как временное жильё.
— Понимаю, просто не думал, что ты так быстро съедешь… Условия у меня действительно не самые лучшие, хотя вот второй этаж к водопроводу городскому подключу, но… комнату в таверне и личные апартаменты сравнивать не стоит, — с досадой признал Вульф, почёсывая свой волчий затылок. — Но… хоть деньги тогда возьми.
— Не хочу осквернять свой поступок корыстным мотивом. Придёт время, сочтёмся.
— Да… только вот… как я смогу пригодиться? Ты явно не так прост, как кажешься. Ещё вчера вылез из трущоб, а сегодня уже будешь арендовать личные апартаменты. Идёшь вперёд семимильными шагами… Не передать сколь мал тот шанс, что когда-нибудь тебе понадобится помощью какого-то тавернщика из нищего квартала Сароса.
— Как знать, Вульф. Когда-то я не думал, что окажусь здесь… Жизнь всегда удивляет, а Повелительница Судеб готовит самые странные пути.
— Это верно, — вздохнул совсем поникший зверолюд. — Можно ещё вопрос? И я хочу услышать на него прямой и правдивый ответ.
— Смотря какой вопрос.
— Почему ты мне помог, если даже ничего не хочешь взамен? — Вульф всё ещё не верил в слова аристократа и его можно понять: Эдем довольно гнилое место, несмотря на чистые улицы с подогревом. Сама суть мира берёт начало из потворства низменным инстинктам смертных. Редко здесь протягивают руку споткнувшемуся, скорее в спину ногой пнут, да переступят.
— Хм… Знаешь, мой отец был очень мудрым человеком. И он верил, что самое важное в жизни смертного — принципы, идеалы и убеждения. Многим это покажется нелогичным, глупым и даже наивным. Всегда проще идти по головам, врать, лицемерить и предавать. Зачастую такие живут дольше всех. И я даже могу это понять, но… обычно мотивы таких людей крайне приземлённые и глупые. Деньги, власть, сохранение собственной шкуры. Это логично, это рационально, это выгодно. Будучи ребёнком, я даже как-то заявил, что это правильно. Тогда отец спросил: «А в чём тогда твоё отличие от животного?». Ведь все эти желания берут начало из примитивных инстинктов. Зачем тогда нас создали Творцы? Разве смертные не могут быть чем-то большим, нежели вечно плодящийся и думающий лишь о себе скот? И ведь в отличии от животных, у нас есть сознание, позволяющее сделать выбор. Мой отец как раз считал, что мы способны на нечто большее, нежели быть этими животными с чуть большим уровнем интеллекта. Он объяснил мне свои принципы, свои идеалы и свои убеждения, после чего я многое перенял для себя. Поэтому я, как и мой отец убеждён в том, что нет ничего плохого в помощи хорошему смертному. Я видел, как ты тайком подкармливаешь Аду, накладываешь ей большие порции, после особо тяжких тренировок. Я вижу, как ты обращаешься со своими рабами. Многие упиваются собственной властью, она пьянит их и кружит голову, заставляя пробуждаться самые низменные пороки. Ты же всегда следишь за своими рабами, они чисты, сыты, спят в тепле, вряд ли когда-то пытались сбежать. Как хороший хозяин, ты следишь за своими вещами, а не срываешься на них из-за собственной некомпетентности. Поэтому одна из твоих рабынь и подошла ко мне. Зайчиха… кто мог ожидать, что зверолюдка самой трусливой расы решится на такой смелый поступок? И пусть у тебя волчья пасть, тело покрывает шерсть, а конечности заканчиваются когтями, но видит Этий человечности в тебе больше, чем в большинстве моих сородичей. Поэтому я тебе и помог, потому что считаю, что так правильно. И никаких скрытых мотивов здесь нет. Хотя, пожалуй, стоит снизить градус пафоса. Всё же для меня особых рисков не было. Я не шёл ни на какие жертвы, лишь потратил немного личного времени. Так что и цена моему поступку не такая уж и большая.
— Но не для меня. Я этого никогда не забуду. Если что-то случится…
— Не надо слов… — Ланс по-дружески положил руку на плечо Вульфа и даже улыбнулся.
Эдем существует очень давно. Это мир держится на пяти нерушимых столпах: духовенство несущее слово Этия, благородная аристократия, которая всегда готова встать на защиту принципов и идеалов Эдема, невидимая рука Гильдии, оберегающая традиции, а также свободные граждане и их рабы.
Всё вместе это и позволяет существовать Эдему на протяжении не веков, не эпох, не тысячелетий, а целых эр. Но оправдать своё название этот мир так и не смог. Аристократия надменна и порочна, свободные граждане поголовно эгоистичные гордецы, духовенство не знает пощады и жестоко карает за любую ошибку, а Гильдию не интересует жизнь рабов, да и свободных граждан тоже, пока проблемы не начнут обладать массовостью, тем самым начать угрожать мнимой стабильности.
Эдем никогда не двигал прогресс вперёд, лишь следовал за ним по пятам, почти всегда получая знания не путём исследований, а допросом тех или иных попаданцев из других миров. Свободные приписывали себе чужие знания, патентовали чужие изобретения, ведь поступать иначе не было нужды.
Что уж говорить, сам Эдем являлся центром удовольствий, всевозможных наслаждений и ничем более. Большинство здесь стремилось не к каким-то высоким целям, а к получению большего количества монет, которые позволят вкусить запретный плод.
И, наверное, единственная настоящая причина почему Эдем существует в таком виде до сих пор — его полная изоляция от других миров. Сюда не придёт гигантская армия соседнего государства, отсюда нельзя сбежать в другое королевство. Свободно приходить сюда могут только некоторые боги и сущности, большинство же высших являются по приглашению, после чего также отдаются порокам.
Никому и никогда не удастся этого изменить. Многие пытались, некоторые пытаются, ещё больше попытаются. Но Эдем как стоял, так и будет стоять. И каждому попавшему сюда остаётся либо принять правила, либо умереть.
Глава 34
— Как самочувствие?
Постельный режим Ады уже остался позади. Однако рабыня ещё полностью не восстановилась. И если Лансу это было очевидно, то вот девушка поняла этот факт только после отмены части алхимических препаратов, в частности обезболивающего.
Первые дни Ада действительно чувствовала себя довольно хорошо. Но стоило прекратить пить зелья и вернулись неприятные симптомы, к которым добавилась серьёзная интоксикация организма. Да, благодаря магии удалось достичь огромного прогресса во всех направлениях. Водопроводы, отопление, многоэтажные здания и относительно доступная медицина — всё стало возможно благодаря магии, её научному ответвлению.