Коэн (СИ)

Я достала телефон из сумки. Там было около ста звонков с нескольких номеров. Элиза, Лукас, Пабло, Моника и другие… Перед работой я доехала на такси до дома и переоделась, взяла телефон и другие необходимые вещи, правда посмотреть его ещё я не успела.
Девушка требовательно ткнула пальцем в телефон и фыркнула.
— Даже не удосужилась посмотреть!
— Я только забрала его из дома.
— Вышла из дома без вещей и телефона? Рикарда, что произошло?
— Да не могу я сказать, — прикрикнула я, оставляя девушку наедине с собой.
По пути к своему отделу меня остановил мистер Коэн. Взгляд у него был раздражённый при виде меня. Он осмотрел меня с ног до головы. Его чёрные с красным оттенком глаза приняли какой-то более мягкий оттенок, но потом снова стали такими же.
Он выглядел бодрым. Его черный, как цвет его глаз, костюм от кутюр был выглажен. Пиджак расстегнут, открывая обзор на белоснежную рубашку и темно-синий галстук. Я засмотрелась на внешний вид мужчины, совсем не заметив, что мужчина что-то говорил.
— Пройдём в кабинет, Рикарда.
Я пошла за ним. Уже в кабинете он сел за свой стол, скрестил пальцы и требовательно на меня посмотрел. Коэн молчал, а напряжение в комнате увеличивалось. Вскоре, он всё-таки произнёс:
— То есть, на тебя в переулке напал парень?
— Да, — я кивнула, соглашаясь со своей лживой версией. Лицо мистера Коэна исказилось гримасой злости.
— Не смей мне врать, Рикарда! — Он крикнул и ударил кулаком по столу. Я вздрогнула, прикусив губу. Он продолжил в той же интонации. — Никакого парня не было на улице, ты сама дошла до того здания!
— Вы проверяли?
— Не имеет значения, — раздраженно бросил он и отвёл взгляд. — Сейчас важно то, что все это, — он в воздухе обвел мое тело, — совершает твой отец.
— С чего вы взяли? — Его лицо пренебрежительно исказилось.
— Я застал тебя и Фрэнка за ссорой. — выплюнул он. — Можешь хотя бы сейчас не врать.
Я тяжело вздохнула и виновато посмотрела на мужчину. Руки мистера Коэна были сжаты в кулаки, челюсть затвердела, делая лицо острым. Он не отводил от меня взгляда.
— Знаете, я ценю вашу заботу, но это наши, — я сделал акцент на местоимении, — с ним дела.
— Эти ваши, — он повторил акцент, — с ним дела могут довести тебя до могилы.
— И что же вы так обо мне печётесь?! — я вспылила. Он явно не был альтруистом, но и вреда он мне не желал. Я это чувствовала точно так же, как сейчас чувствовала вину за свои эмоции.
Мужчина закусил нижнюю губу, и внутри меня загорелся странный огонёк. Он отвёл глаза в сторону, не отвечая на мои вопросы.
Я ждала ответа мужчины, смотря прямо на него. Он все ещё не смотрел на меня. Я видела, как напряжены его мышцы под строгим черным костюмом. Не выдержав моего взгляда, он повернулся ко мне.
— Квартира, в которой ты жила, в твоём распоряжении. Перевези туда вещи.
— Я не могу. Это ваш дом.
— Это не мой дом. Это квартира, которую я сдавал за ненадобностью. — Он отвечал сухо, будто бы до этого не было никаких криков и выяснения отношений. Будто бы его снова перестала волновать моя жизнь. — Если тебе так принципиально, буду вычитать из твоей зарплаты определенную сумму.
— Да, — я кивнула. — Так будет лучше. Спасибо.
— Ты свободна. — Он махнул рукой, указывая на дверь.
Я сидела за своим рабочим местом, но в голове никак не могли уложиться цифры. Я перематывала в голове разговор с мистером Коэном. Он то ведёт себя как последний хам, то спасает меня, привезя домой, то кричит на меня. Если бы я понимала ваши мотивы, мистер Коэн. Если бы…
Сегодня меня никто не трогал из коллег. Пабло не было в офисе, и на мои звонки он не отвечал. Элиза и Лукас странно переглядывались между собой, замечая мои безутешные попытки связаться с молодым человеком, но мне же они говорили, что не знают, где он.
Потеряв всякую надежду узнать хоть какую-то информацию о нем, я снова занялась работой. Финансовые отчетности слились в один общий поток. Я зажала уголки глаз большими пальцами и пыталась сосредоточиться. Неудачно. Тяжело выдохнув, я навела себе кофе. Стоило мне приземлиться обратно на свое рабочее место и сделать глоток, как ко мне подошла Моника. Она села рядом со мной, кладя руку на плечо. Её лицо излучало улыбку, скрывающую беспокойство.
 
— Как ты себя чувствуешь?
— Голова болит немного. Сосредоточится не получается.
— Прости меня, Рикарда, — она опустила глаза в пол.
— За что?
— Сейчас вызвал меня к себе Люциан.
— И? — я предполагала, к чему клонит девушка.
— Я ему все рассказала. — Я хмыкнула. Нельзя надеяться на то, что моя тайна останется тайной.
— Я с утра была у него. — Ответила я. — И он уже был в курсе. Видимо, сам догадался.
— Все равно, прости.
— Прощу, если ты расскажешь мне почему он помогает. — Моника улыбнулась.
— Знаешь, Рикарда, на самом деле он ещё та задница. — она рассмеялась. — Я с ним с самого начала функционирования этой компании. Он хорошо относится к тем, кто более-менее близок ему, но даже я — человек, который с ним изначально, не близка ему. Я его знаю достаточно хорошо, но он держит меня на расстоянии, не впуская в личное пространство.
— Но почему тогда он поступил со мной так?
— У него было тяжелое детство, — прошептала Моника, я почувствовала её дыхание на своей шее. По телу пробежали мурашки. А в голове возникло чувство дежавю. — Отец избивал его сильно, пытался сделать настоящего мужчину. Поэтому он такой закрытый и грубый. — Я молчала. Она окинула меня задумчивым взглядом, а потом продолжила, — знаешь, Рикарда, мне кажется, он просто не хочет, чтобы история повторялась. Все же это больно смотреть, как отец бьет своего ребёнка.
— Значит, флешбеки из прошлого не дают ему допустить такую ошибку. — Она кивнула. — Но он мог меня в больницу отвести, мог предложить снимать квартиру, но…
— Но что? — Моника нахмурилась.
— Да нет… ничего. Просто он привез меня к себе домой.
— Не бери в голову, Рикарда. — Она погладила меня ладонью по плечу, поднимаясь с соседнего стула.
Я поехала домой — отца ещё не было. Я собрала вещи, загрузила их в машину и уже собиралась уезжать, как меня ослепил свет фар. К дому подъехала синяя Тойота. Паркетник встал нос к носу с моим авто и из машины вышел Пабло. На его лице красовались синяки и ссадины. Он целенаправленно шёл ко мне.
— Что с тобой случилось, Пабло? — Я потянула руку к его лицу, но тот озлоблено отбросил её. Его глаза горели яростью.
— Из-за тебя меня избили эти амбалы. Я ведь последний кто тебя видел, да? И вдруг на тебя какой- то парень нападает!
— Пабло, но ты тут не причём!
— Да? А они не спрашивали, причём я или нет. Не приближайся больше ко мне. — Выплюнул напоследок он и сел обратно в машину, уезжая.
Я молча смотрела ему вслед, не понимая ни слова, вылетевшего из его уст. Что он этим хотел сказать? Кто-то напал на него, зная, что он последний был со мной…об этом знали мои друзья, но о том, что на меня напали, знала Лаура и Коэн. Люциан… Мои сомнения о том, что он всё-таки связан с криминалом усиливались с каждым днём. Слухи с пустых слов никогда не возникают.
Я перевезла свои вещи. Вскоре, около девяти часов, ко мне заехал мистер Коэн. Он зашёл буквально на минуту — отдал мне ключи и ушел, даже не попрощавшись. Я злобно фыркнула, слыша хлопок входной двери.
«Действительно, задница».
Я оглядела квартиру. Эти стены, в каком-то роде, уже были мне родными, даже без моих вещей. Вытащив из сумки мамину фотографию, я порывалась поставить ее на самое видное место, но оно уже было занято. На тумбочке около телевизора стояла рамка с фотографией. На ней был мистер Коэн — молодой и очень симпатичный, — отметила я. Рядом с ним стояла женщина, глазами и губами схожая с Люцианом. Очевидно, что это была мама мистера Коэна.
— Он очень похож на неё. — Я провела пальцем по стеклу. — Здесь давно не убирались.
Найдя тряпку и ведро, я начала делать генеральную уборку, а когда закончила, на часах было уже далеко за двенадцать. Без задних ног я развалилась на единственное спальное место в доме — на диван и сразу же уснула.