Ураган По Имени Женя (СИ)

Паша? Паша — агент, с которым Брук работал вот уже четыре года. Пиявка, которая даже если ее пытаться оторвать от себя, не получится. Денису этим он и нравился, что тот горой стоял за своих спортсменов.
О, вот и он. Легок на помине. Денис даже не успел раздеться, а этот уже названивал.
— Слушай, тут эта журналюшка с местного телевидения желает побеседовать с тобой, — начал Паша без приветствия. — Ты же понимаешь, что нам нужно выходить на уровень страны. Что нам эти каналы, которые никто не смотрит?
— Ты о чём? — из-за недосыпания голова и так плохо соображала, а тут ещё этот со своими загадками.
— О Богатыревой. У нее второй выпуск программы, так говорит, что народ требует тебя. Тем более это всё на добровольных началах. Я ей отказал.
— Нафига? Конечно, я понимаю, что ты заботишься о моем материальном благополучии, но не стоит все решать за меня. Перезванивай, я пойду, — заявил Денис. Он точно не упустит шанса встретиться с ней ещё раз, пусть и под прицелом телекамер.
— Зачем тебе это?
— Мне нужно заслужить любовь местных болельщиков. В общем, звони. И ещё, мне нужна квартира.
— Так я ж тебе нашёл. Огромная, в элитном доме.
— Не хочу. Считай, что я капризная звезда. Я скину адрес, придумай что-нибудь. Желательно, в этом же доме.
— Ты сумасшедший.
— Возможно. Работай, Паш! Ты что ли деньги зря свои получаешь?
— Хорошо, постараюсь что-нибудь придумать.
Ну, вот! Он переедет поближе, чтобы общаться с дочерью, и одновременно мозолить глаза Жене. Пока что план идеален! А сейчас нужно выспаться, поэтому ужин с Дианой отменяется.
***
— Ты мне объяснишь, что вчера произошло? — с этих слов начался мой разговор с Кириллом на следующий день, когда я в бодром расположении духа варила себе с утра кофе.
— Объясню, — моё сонное личико появилось на дисплее телефона, когда я, наконец, села за стол. — Но мне кажется, что такое лучше говорить лично, а не по видеосвязи.
— Согласен. Только я сегодня вечером занят. Завтра проект сдавать, поэтому нужно немного поработать.
— Может, я приеду вечером, ужин привезу?
— Будет видно, — явно Кирилл был обижен. Я бы, наверное, на его месте вообще бы не разговаривала с собой после такой выходки.
— Прости меня. Но…я даже не знаю, как об этом сказать, — тяжело вздохнула. — Это отец Вари.
— Еще лучше. И когда ты мне собиралась об этом сообщить?
— Он появился недавно, и я просто не успела. Извини.
Вот так всегда, сначала накосячишь, а потом извиняешься. Да, поступила некрасиво. Да, не сказала Киру про Брука. Но блин…я впервые извинилась перед мужчиной. Значило ли это что-то, не знаю. Но мне даже стало интересно, с чего это вдруг. Вот и повод покопаться в себе, чтобы понять свое отношение к человеку, который сейчас рядом.
Но некогда. Копаться нужно, когда ты в одиночестве любуешься закатом, сидя в каком-нибудь красивом месте, вокруг тишина. Вот тогда оно и разбирается лучше. А сейчас нужно собирать сумочку и на работу. Дел куча. А с началом сезона КХЛ, их прибавилось. «Работа — работа, перейди на Федота…».
И снова каруселька меня завертела. Очнулась я именно в тот момент, когда позвонил агент Брука, с которым я связывалась накануне, и сообщил, что его подопечный готов поучаствовать в моей программе. Блин, а я так надеялась. Думала, хоть в этот раз посчастливится отвертеться. Но, оказывается, я не такая удачливая, как того хотелось.
Таким образом дожили до большого события — первый матч в сезоне. Не знаю, но в этой работе мне нравилась именно эта суета в спортивном закулисье. Было в этом что-то такое необыкновенное. А ещё нравилось, что кумира нескольких тысяч человек ты можешь послать на три советские, с его похотливыми шуточками. Нравились эти интервью, когда ты ловишь эмоции игроков после периода. Нравилось быть в гуще событий. Кто-то получает удовольствие, бывая в горячих точках, кто-то от политических репортажей. Я же кайфовала именно от этой работы.
— Смотрю, счёт радует, — Диана появилась у бортика уже на третьем периоде. Все в том же неизменном теплом жилете и спортивных штанах.
 
— Перевес в одну шайбу — это ещё не победа, — я проследила за ее взглядом, который был устремлён на табло.
— Мне кажется, живенько они начали.
— Если бы защита не хромала. Блин, я только сейчас поняла, что впервые тебя вижу на матче.
— Стало любопытно отчего так много шума.
— Давай, давай! Укатай его! — слова мои были адресованы уже одному из игроков, который несся к воротам соперника с шайбой. — Даааа! Гооооол! — скандировала я уже вместе с трибунами, когда номер одиннадцать поздравляли сокомандники с заброшенной шайбой. Неплохо. Очень неплохо, господин Брук.
— Это Денис? — уточнила Диана.
— Ага! Красава! Какая шайба! — переполняли меня эмоции. Трибуны орали в бешенном восторге, сканируя его фамилию. Заслужил! Я тоже пока находилась в некой эйфории от увиденного.
— Я поговорить с тобой хотела о нем.
— О, нет, Диан. Даже не думай.
— Почему?
— Потому, что не хочу я о нем говорить. Если у вас взаимная симпатия, то не впутывай в это меня. Я тебе так скажу, я на него не претендую.
Это была наичистейшая правда. А вот о том, что внутри все екало, когда он находился рядом, ей знать не нужно. Хватит и той информации, о которой она догадывается.
Ну, а дальше все по плану. Минутное интервью с игроком, со вторым тренером, так как Адамыч редко с прессой общался. И пресс-конференция. С конференции материал сразу в обработку и в завтрашние утренние новости, как и итог матча. Свою я работу знаю. Ничего страшного, что придётся снова допоздна сидеть в монтажной. К девяти часовым новостям репортаж должен быть готов. Это тоже негласное правило. А вечером у меня интервью с Бруком. По спине от этой мысли пробежал холодок.
Нет, я не волновалась. Но и рядом с ним находиться было как-то не очень приятно. Да кого я обманываю? У меня сердце готово было вырваться из груди и со словами «Караул» податься куда-нибудь в тайгу, чтобы никто не нашел. Сказать честно, я боялась его. Да-да, впервые за свою недолгую жизнь Женя Богатырёва кого-то боялась. Это снаружи он такой весь мягкий и улыбчивый. С другой стороной Дениса Брука мне тоже приходилось встречаться. Вернее, я не встречалась, мне просто довелось ее увидеть. И то, что он знал о Варе могло иметь свои последствия. Вот к ним я морально готовилась.
А пока я находилась в некой прострации перед эфиром. Мне даже понадобился час, чтобы выбрать вещи, а ещё голова моя никак не могла отфильтровать вопросы, которые задавали люди.
И таким образом я очнулась только когда услышала его любезный тон под объективом камеры. Хм, и всё же мятный цвет, которым обладал брючный костюм, сидевший на мне прекрасно, подходил к тону моей кожи. Такое яркое светлое пятнышко в этом запутанном мире.
— Причиной твоего возвращения на Родину стала смерть отца? — тактичностью наши люди не отличались, задавая такие вопросы. Но он же был предупрежден на счёт этого. А вот я эту информацию совсем упустила. По идее, я вообще не знала о его родителях ничего.
— Скорее да, чем нет. Я не виделся с ним много лет, поэтому это послужило неким толчком к осознанию того, что человеческая жизнь не вечна, — в его глазах проскользнула грусть, которую пришлось задушить.
— Ты был близок с отцом? — вопрос был для развития темы.
— Да! Он ставил меня на коньки, был моим первым тренером. У нас была крепкая эмоциональная связь. Я вообще считаю, что для любого ребенка важно наличие отца рядом, каким бы он ни был, — сказал, выковыривал из меня эмоции.
 
— Даже если человеку шестьдесят, если родители живы, он все равно будет считаться ребенком.
— Тут речь о детстве, скорее всего.
— Тебе двадцать семь и ты до сих пор не женат. Почему? — поспешила я перевести разговор.
— Провокационный вопрос, — он ухмыльнулся, погружаясь куда-то в себя.
— Никто не говорил, что будет легко.
— Ну, если так, то, ответ банальный. Я просто ещё не встретил ту единственную.