Замок над бездной (СИ)

— Да.
— Значит, им нужна последняя жертва, как и говорил тер Даранис. Или они могут остановиться на шести?
— Скорее всего, нужна, — сказал дааштер задумчиво. — Вряд ли вы когда-то будете изучать теорию высоких энергий, но в ассиметричных системах при общих равных условия можно получить гораздо больший энергетический выход, чем в симметричных. Они хотят выпустить Творца, поэтому воздействие должно быть колоссальным. Сейчас у них есть шесть точек. Думаю, что они собирают гептаграмму и им нужна седьмая жертва.
— Получается, будет еще одно убийство, — вздохнула я. — Может быть, удастся увидеть.
— Может быть.
— Главное, не наесться опять ягод карики, — улыбнулась иронично, — и не загреметь в лазарет с аллергией.
— Ягод карики? — удивилась Тиана. — Ты их ела?
— Ну да, — я растерянно пожала плечами. — На прошлых выходных. Вы же сами приходили ко мне в лазарет.
— Да, но ты не говорила, что это была карика.
— А это важно?
— Конечно. Потому что в таком случае это была совсем не аллергия. Карика просто ядовита абсолютна для всех.
— В смысле? — я аж споткнулась от неожиданности.
— Ее ягоды — одни из самых необычных в этом мире. Они не ядовиты в классическом понимании. Они накапливают в себе энергию. И эта энергия не усваивается живым организмом. Вообще никак.
— Ты уверена? — еще больше растерялась я.
— Это были такие крупные полупрозрачные нежно-фиолетовые ягоды с полосками? — Я кивнула. — Тогда уверена. Помнишь, я говорила, что перепробовала все местные ягоды? Так вот, карику — тоже, и с таким же эффектом, как у тебя. Думала, на меня, как на иномирянку, она не повлияет.
— Когда-то из нее пытались делать настойки для восстановления истощенных магов, — хмуро кивнул Сейид. — Но ничего не вышло. Эта энергия просто не подходит живым. У нас все знают, насколько эти ягоды опасны.
— А противоядие от них есть?
— Нет. Можно только дождаться, пока энергия выйдет из организма, поддерживая его силы лекарствами.
— Тогда вообще ничего не понимаю, — я беспомощно посмотрела на дааштера. — Милли ведь тоже их ела и ничего. Да и ниса Мадариш… Она ни слова не сказала про ядовитость карики. Только про аллергию…
Над нами громогласно зазвенел звонок. Пара закончилась и коридор сейчас должен был наполниться бегущими на обед студентами. Сейид осмотрелся по сторонам и спросил:
— Мы можем здесь где-нибудь поговорить без свидетелей?
— Да, — Райваз кивнул и поманил нас в сторону бокового коридора.
Он привел на тот самый балкон, где когда-то мирил нас с Тианой. Дааштер удовлетворенно кивнул, потом снова достал свой кинжал, поранил руку, окропляя камень парапета кровью, и что-то прошептал. На секунду мне показалось, как будто воздух вокруг нас потеплел и уплотнился, но это ощущение быстро пропало. А Сейид спрятал кинжал и произнес:
— Теперь можно говорить спокойно. Нас никто не подслушает. Ксения, расскажи подробно, что случилось в те два дня.
Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь, а потом начала говорить. Обо всем, что помнила. Как Милли позвала в гости. Что мы ели и о чем говорили. Когда именно мне стало плохо и как лечила ниса Мадариш.
— Они не могли не знать, что это такое, — неуверенно пробормотала шаманка.
— Значит, все было подстроено, — решил оборотень.
— Но как? Милли ведь ела эти конфеты вместе со мной. Мы брали их из одной коробки, и они ничем не отличались друг от друга.
— Существует множество способов провернуть такое дело, — мрачно ответил Сейид. — Но сейчас на не важно, как они это сделали. Важно то, зачем.
— Нейтрализовать меня на выходные? — спросила убито.
— Да. Уверен, это связано с твоим даром. И с нашими убийствами.
Это просто не укладывалась в голове. Нет, я не то чтобы считала Милли подругой и расстроилась из-за ее предательства. Но понимание того, что за милой внешностью и робким характером пряталась такая хитрая, расчетливая и беспринципная особа, ошарашивало. Тут даже мой многолетний опыт психолога не помог. Вот ниса Мадариш, она да, вполне была похожа на хладнокровную интриганку. Может Милли просто использовали?
 
И компания заговорщиков так неожиданно разрослась. Я подозревала, что Трехпалый вряд ли действует один, вот только совсем не ожидала обнаружить его сообщниц настолько близко.
— Мне эта доктор никогда не нравилась, — процедил вдруг оборотень. — И, видимо, запах лекарств тут не при чем.
— Может быть, это она была в хранилище? — предположила Тиана и посмотрела на парня: — Было бы здорово, если бы ты смог незаметно к ней подобраться и…
— Так, — оборвал ее Сейид, — пока никакой самодеятельности. С ними я буду разбираться сам. Сейчас ваша основная задача — охранять Ксению.
— Думаешь, все так серьезно?
— Я могу ошибаться, — мне достался серьезный взгляд багровых глаз. — Но пусть предосторожности лучше окажутся напрасными.
— Что нам делать? — спросил Райваз.
— Не оставляйте Ксению одну, когда она находится вне своей комнаты. Ходите вместе на занятия, в столовую, в библиотеку. Мне нужно, чтобы рядом с ней постоянно был кто-то из вас.
— Мы поняли, — хором ответили оборотень и шаманка.
— Девочка моя, — тихо произнес мужчина, поворачиваясь ко мне. — Будь осторожна. В свободное время лучше не выходи из комнаты и не пускай никого, кроме друзей. А если что случится, вызывай меня в любое время дня и ночи.
— Хорошо, — бледно улыбнулась я.
Он сжал мои плечи в жесте поддержки и вздохнул:
— Мне нужно идти. Не провожай меня, это может привлечь ненужное внимание.
— Ладно, — сказала негромко, не в силах оторвать от дааштера взгляд.
— Мы подождем в коридоре, — пробормотал Райваз и потянул подругу внутрь замка.
А я обхватила мужчину за шею и уткнулась ему в плечо, вдыхая терпкий запах цитрусов и древесной коры.
— Скорее бы все это кончилось. Чтобы не нужно было нервничать и ждать. Чтобы не нужно было расставаться, не зная, когда можно будет снова увидеться.
— Ксения…
Дааштер приподнял мое лицо за подбородок, скользнул губами по виску, по щеке. А я прикрыла глаза, впитывая эту простую, но такую нужную сейчас ласку.
— И ты береги себя. Если с тобой что-то случится…
— Не случится, — твердо сказал Сейид и поцеловал, прекращая все разговоры.
К сожалению, мы не могли себе позволить надолго застрять на этом балконе. Поэтому буквально через несколько минут мужчина попрощался со мной, передал в надежные руки друзей и ушел.
— Все пары мы уже прогуляли, — дернул плечом оборотень, когда дааштер скрылся за поворотом коридора. — Куда пойдем?
— Я к себе, — поморщившись, потерла висок. — Полежу до ужина.
Снова начала болеть голова. Тупая, пока еще не слишком сильная боль зародилась где-то в затылке и теперь расползалась дальше, ко лбу. В висках стучала кровь и хотелось просто лечь и закрыть глаза.
— Мы проводим тебя, — кивнула Тиана.
В комнате задернула шторы поплотнее, разделась и легла в кровать, отвернувшись от окна. Красные оттенки местного солнца как будто делали еще хуже, и я пожалела, что у меня нет моей маски для сна, которая всегда выручала меня в ночных поездках. Скорее бы этот год закончился…
Утром легче не стало. Нет, боль прошла, но осталось ощущение, будто мой череп набит стекловатой. На парах я была рассеянной и ничего не слушала. Тиана снова напоила меня своим чаем, но с каждым разом он помогал все хуже и хуже. А в лазарет мне теперь не хотелось идти вообще ни под каким предлогом.
У Сейида новости появились только в пятницу. Он пришел прямо ко мне в комнату, сел на стул, затянув меня в себе на колени, и вздохнул:
— Мы оказались правы. На том острове с маяком действительно есть четвертый столб. И выглядит он точно так же, как и остальные.
— Ожидаемо, — поморщилась я. — А что с подозреваемыми?
— Начнем с Миллении Лебачич. Двадцать пять лет, родилась и выросла в Тимшаре в хорошей благополучной семье. Три года назад с отличием окончила Университет социальных наук и ей даже предлагали место в Министерстве социальной политики. Но девушка неожиданно бросила все и уехала в Ташш, где устроилась преподавателем. Ее родные говорят, она объяснила это тем, что ее "зовет океан".