Замок над бездной (СИ)

Закусила губу, выискивая что-то общее в этих случаях, а Сейид немного помолчал и продолжил:
- Я поднял открытые дела за последние три месяца и нашел еще одно похожее преступление. Как раз за неделю до печени. Мужчина, пятьдесят лет, ростовщик. Был убит в собственной конторе.
- И что унес убийца? – спросила я тихо.
- Кисти рук.
- Бездна, - Карел Лисник выглядел ошарашенным.
Видимо, об этом случае он еще не знал.
Я потрясла головой, стараясь абстрагироваться от убитых людей. Только данные, только логика.
- В чем же его мания? Он собирает органы, но по какому принципу?
- Желудок, язык, матка, - пробормотал тер Лисник. – Печень…
- Да еще и печень алкоголика, - саркастично хмыкнула я. – Нет, чтобы нормальную поискать.
На границе сознания мелькнула мысль, связанная с этими органами. Но пока уловить ее не получалось. Печень… Это местный Ганнибал Лектер, что ли? И у следующей жертвы он унесет мозги? Нет, это тоже вряд ли. Зачем ему тогда такие неаппетитные органы как желудок или матка? Тут должно быть что-то другое.
- Я бы поняла, если бы он собирал здоровые органы, - произнесла, пытаясь прикинуть, может ли здесь быть какое-то символическое значение. - На омоложение, или типа съешь печень врага, чтобы получить его силу…
- Съешь печень врага? – шокированно вытаращился на меня Лисник.
- Земные страшилки, не обращайте внимание.
- Весело у вас там, - пробормотал мужчина.
- Печень алкоголика, - повторила, пытаясь сообразить, что же меня смущает. – Может он собирает самые больные органы?
- Не думаю, - покачал головой Сейид. – У ростовщика не было проблем с руками. Да и последняя жертва… С желудком у него было все в полном порядке. Господин банкир ел столько, что хватило бы целую семью накормить, и никогда не жаловался на несварение. Вот сердце – да. Он уже несколько лет плотно сидел на сердечных каплях.
- Жаль, - поскучнела я.
- Но тем не менее, убийца пока ни разу не повторился.
- Может, ему просто нужно разнообразие? - предположил Лисник. – Забирает любой орган, но так, чтобы не было повторений с прошлыми?
- Но зачем? На память? Для коллекции?
Сразу вспомнилась питерская Кунсткамера. Вдруг сейчас где-нибудь в Ташше тоже есть комната, где убийца собирает органы в банках и любуется на них уютными тихими вечерами?
А может он ошибается? То есть, искренне верит, что жертва страдает какой-нибудь болезнью и избавляет ее от больного органа? Этакий двинутый доктор? Слишком много версий…
- Печень алкоголика, матка проститутки, желудок обжоры… - пробормотал себе под нос блондин.
А мы с Сейидом вдруг хором выпалили:
- Повтори еще раз!
Он ведь очень хорошо сказал про убиенного банкира - желудок обжоры. Если подходить к жертвам с этой стороны, логика вырисовывается очень интересная.
Лисник бросил на нас удивленный взгляд, но послушно сказал:
- Печень алкоголика, матка проститутки, желудок обжоры.
- Это не больные органы, - медленно проговорил мой дааштер. – Это то, что было олицетворением их порока.
- Точно, - закивала я. – Что-то типа семи смертных грехов.
- Семи смертных грехов?
- Да, это понятие из одной земной религии. Так называются основные человеческие пороки, от которых происходят все прочие недостатки. Чревоугодие, похоть, гордыня, зависть, жадность, уныние и гнев.
- Убийца может быть землянином? – нахмурился Лисник.
- Не думаю, - прищурился Сейид. – У него похожая логика, но набор другой.
- Матка – похоть, желудок – чревоугодие, печень – алкоголизм, - прикинула я и посмотрела на дааштеров. – Что с языком?
- Эта женщина, рыночная торговка… - задумался Карел. – По словам соседей у нее был очень вздорный характер. Больше всего на свете она любила сплетничать и ругаться.
- Злословие, - кивнул Сейид.
- А ростовщик?
- Драл с людей огромные проценты и не прощал задержек.
- Значит, это жадность, - решила я. – Вот в чем его логика.
Меня прямо-таки распирало торжество. Да, мы по-прежнему ничего не знали о личности убийцы, но появилось ощущение, будто мы сделали огромный шаг вперед.
 
- У него не просто мания, - сказал вдруг Сейид. – Это какой-то ритуал.
- Почему? – удивилась я.
- Ты сама говорила, что преступник – человек хитрый и расчетливый. К тому же, он не просто убивает тех, кто соответствует этим порокам, он собирает комплект.
- И символ, - кивнул Карел Лисник.
- Какой символ?
Мой дааштер поднялся, достал из тумбы лист бумаги и что-то быстро начертил. А потом подал лист мне.
- Этот символ мы нашли на каждой из жертв. В одном и том же месте, на задней стороне шеи.
А я бросила взгляд на бумагу и окаменела. Потому что этот значок был мне знаком. Ромб, два треугольника вершинами друг к другу и какие-то закорючки, похожие на руны.
- Только не это, - прошептала тихо, но мужчины услышали.
- Что такое?
- Я уже видела этот символ. У нас в университете несколько дней назад выяснилось, что некто по ночам проникает в библиотеку и ищет какую-то книгу. Мы с нисом Мстышем однажды утром просто зашли туда и обнаружили разгромленные шкафы. Так сработала местная система охраны. А магическая охранка его засечь не смогла, и у ниса Лагоша ничего не получилось увидеть. Но у меня тогда случилось видение. Этому человеку нужна книга, на обложке которой есть вот такой же знак.
- Уверена?
- Да. Я хорошо его запомнила. Ни нис Лагош, ни нис Мстыш, ни даже директор городского музея не знают, что это за символ. А мне почему-то кажется, что я видела его, и не только на книге. Но вспомнить не могу.
Я жалобно посмотрела на Сейида, а он кивнул:
- Нужно поговорить с твоим деканом.
А потом вдруг вспомнился вчерашний день, и это заставило меня вскочить с дивана:
- И кстати! Вчера перед моим похищением мы с деканом были в музее. В прошлом году там обнесли экспозицию и украли два предмета: нож и кулон. Так вот, это был тот самый нож, которым убийца режет людей!
- Это точно?
- Абсолютно.
В гостиной повисла тишины. Моя логика забуксовала. Нож, книга, убитые люди… Каких целей хотел добиться этот мужчина?
- Я никогда не слышал о подобных ритуалах, - прикрыв глаза, негромко произнес Сейид.
- Я тоже. Но человеческие жертвы - это магия живой материи.
- Или крови.
- Или крови, - покорно согласился его коллега.
- В этом мире есть какие-нибудь цифры, имеющие особое значение? – спросила тихо. – Может к ним привязано количество убийств?
- Ничего такого. Для нас числа – это просто числа.
- Тогда может попробовать понять, чего не хватает для комплекта? Уныния? Гнева? Что это за органы?
- Мы не вычислим следующую жертву, - вздохнул Сейид. – Этот мерзавец очень хитер и подбирает их так, чтобы не было никакой закономерности. Разные улицы и даже районы, разные люди…
- Значит, он уже давно готовился.
- И скорее всего, у него есть сообщники. Ты ведь не видела никого похожего в своем университете?
- Нет, - покачала головой. – Для студента он слишком стар, среди провидцев его точно нет. Преподаватель… Я не всех знаю, но мне кажется, убийца не стал бы так рисковать. Если только маскировка…
- Вряд ли, - поморщился Карел Лисник. – Даже с маскировкой – это слишком ненадежно. Только не в месте, набитом магами-недоучками, экспериментальными заклинаниями и провидцами разного уровня.
- Но он ведь почему-то решил меня убрать, - промямлила я. – Может боялся, что узнаю.
Глаза Сейида потемнели.
- Ты не хочешь бросить университет? – выдал он.
- Нет, конечно, - ответила возмущенно. – Хоть и понимаю, почему ты это спросил.
- Бездна, - прошипел сквозь зубы мужчина.
А я просто прижалась к его плечу. Пусть мне страшно, пусть совсем не хочется рисковать жизнью, но прятаться не стану.
- Так, - мой дааштер прикрыл глаза и потер переносицу, - Карел, мне нужно, чтобы ты достал из музея фото пропавших артефактов и все, что о них известно. А мы поедем в университет.